Чтение онлайн

Ей хотелось поделиться с ним размышлениями и переживаниями по поводу детей, своими страхами и болью от невозможности вспомнить себя. А еще она боялась признаться в том, что он казался ей чрезвычайно привлекательным мужчиной. Ее муж не вызывал в ней таких чувств, какие проснулись при встрече с графом. К Д?Арси она испытывала уважение, благодарность, восхищалась его твердостью, терпением, но любви и теплоты к супругу не чувствовала. Скорее, она его немного побаивалась — слишком грозный, властный и совсем чужой. От того Сильвия и мучилась, плохо спала и ждала приезда герцога с надеждой, что тот поможет ей забыться.

Д?Арси вернулся через две недели. Он очень волновался за свою супругу, что той слишком одиноко без его поддержки, тосковал без нее даже эти несколько недель и был счастлив видеть ее дома снова, как раньше. Герцог прибыл ночью, и утром, когда Сильвия встала, приветствовал ее уже за завтраком. Они договорились отправиться после на небольшую верховую прогулку. Д?Арси расспрашивал жену о ее пребывании в столице, и Сильвия принялась рассказывать о новых нарядах, о соколином представлении у Дюморье, вскользь упомянув и встречу с графом де Вальми. Д?Арси порадовался за жену, что та не скучала в одиночестве, и понадеялся только, что общение с де Вальми не было слишком обременительным. Сильвия со сдержанным восхищением описала красноречивость и широкий кругозор графа, и на этом разговор о де Вальми был окончен.

Сильвия твердо решила начать новую жизнь. Правда, привыкнуть к этой мысли было делом нелегким. После встречи с графом Сильвии, в конце концов, надоело прятаться от своего прошлого, а захотелось гордо идти ему навстречу. С тех пор как не увенчались успехом несколько первых попыток, когда она не сумела вспомнить ни свою подругу Камиллу, ни опекуна, господина Лессаржа, ни Клариссу де Вьен, сыгравшую такую важную роль в их жизни, она просила мужа более ни о чем ей не напоминать. Д?Арси по ее просьбе сам навестил Лессаржей и Ла-Димонов, а Клариссе отправил подробное письмо с объяснениями. Ему пришлось на себе испытать ту бурю эмоций, какая вылилась на него в доме Камиллы, отвечать на закапанное слезами послание Клариссы и выслушать рассказ адъютанта, посланного с сообщением к Марии. Все, кто знал и любил Сильвию, были вне себя от счастья, узнав о ее чудесном спасении, и рвались задушить ее в объятиях, но герцог всех их просил повременить с визитами, обещав, что вскорости они сами приедут к ним в гости. Теперь Сильвия подумывала сама отправиться в свой родной Альес и встретиться с друзьями. Она составила своим близким послания, в которых обязалась в обозримом будущем навестить их всех. Герцогиня продумывала большое путешествие на юг и намеревалась в ближайшее время обсудить с Александром свои планы. К ее сожалению, сразу по возвращении Александр был вынужден снова уехать на несколько дней, теперь уже в столицу, и поговорить по душам они пока так и не успели.

Из столицы Александр вернулся хмурым и рассерженным. Поцеловав руку жене в знак приветствия, он извинился, что не сможет составить ей компанию за обедом. Сильвия, заметив его настроение, осторожно поинтересовалась:

— Дурные вести, Александр?

— Да, довольно неприятные, — он потер руками виски. — Ты ведь хорошо помнишь графа де Вальми?

У Сильвии беспокойно забилось сердце.

— Да, конечно. Я же рассказывала тебе, что его сиятельство произвел на меня очень приятное впечатление. С ним что-то случилось?

— Случилось, к всеобщему великому сожалению. Не понимаю, как такое могло произойти! Как вообще посмели напасть на дипломатический кортеж! — лицо герцога исказила злость. Сильвия впервые видела мужа в таком настроении.

— Наше посольство не успело доехать до места назначения. У границы, ночью, на них было совершено нападение. Лихие люди, видно рассчитывали неплохо поживиться, да и атаковали подло, когда все спали. Бой вышел жарким, немногим из нападавших удалось уйти, но погибло трое. Двое из них слуги, но третий — граф Де Вальми. Какая нелепая смерть! От руки какого-то разбойника! Что с тобой! — обеспокоенно спросил он побледневшую герцогиню. Казалось, женщина была близка к обмороку.

В груди Сильвии разливалась боль, будто ее ударили под дых, и от этой боли стало нечем дышать. Перед глазами на мгновение потемнело, но она усилием воли сумела взять себя в руки.

— Это очень печальная новость, Александр. Граф де Вальми был так молод…, — медленно проговорила она, с трудом разжимая губы.

— Ты пугаешь меня. Давай я провожу тебя в спальню?

— Нет-нет, просто это стало слишком неожиданным известием. Со мной уже все в порядке, не тревожься. Когда ты закончишь заниматься делами, зайди за мной, я буду в своей комнате. Госпожа Изабелла прислала письмо с вопросом, не забыли ли мы еще о своих детях. Я полагала, что мы сможем навестить их, как только ты вернешься. — Сильвия выдавила из себя подобие улыбки и, извинившись, почти выбежала из кабинета мужа, в котором они беседовали. С трудом дойдя до спальни, она упала на кровать и зарыдала. В памяти возникали образы: де Вальми с ее туфелькой в руке, он же, улыбающийся ей у входа в собор, исчезающий за поворотом силуэт всадника. В голове звучал его голос, а кожа ощущала его прикосновение. Как он сказал ей тогда?.. «При других обстоятельствах…» «Прощайте, и до встречи…». Прощайте, граф.

К детям они так и не поехали. У Сильвии разболелась голова, а к вечеру даже начался жар. Женщина уверила мужа, что просто переохладилась на свежем воздухе — в июле неожиданно сильно похолодало — и ее здоровью ничто не угрожает. Александр решил не беспокоить супругу, хотя ночью несколько раз подходил к дверям ее комнаты и прислушивался, но не осмеливался входить в спальню.

С момента знакомства с де Вальми Сильвия ощущала, что у нее появилась поддержка, человек, которому ничего от нее не требовалось, ни любви, ни воспоминаний. Такого человека рядом с ней не было давно. Теперь она снова осталась один на один со своими страхами.

Забывшись, герцогиня увидела сон, который, в отличие от других своих сновидений, она на утро все еще помнила.

В нем Сильвия оказалась в центре восточного базара. Вокруг нее кипела жизнь, крики продавцов и голоса покупателей сливались в единый гул. Во сне женщина даже, казалось, ощущала запахи. Ароматы специй, запах пота и благовоний смешивались и кружили голову. Тут мимо Сильвии, так близко, что мог бы ее задеть, прошел какой-то человек, босоногий, одетый в широкую льняную рубаху и просторные коричневые шаровары. Длинные черные курчавые волосы мужчины были схвачены в хвост. Незнакомец неторопливо пробирался межу рядами. Она видела его лишь со спины, но на мгновение он обернулся, и Сильвия узнала в мужчине де Вальми. «Господин граф!» — крикнула она, но тот ее не слышал. Женщина бросилась было за ним, но торговцы то и дело хватали ее за рукава платья, предлагая попробовать свой товар, и как она ни старалась, догнать графа ей не удалось.

Наконец она высвободилась и побежала вперед, туда, где за углом, как ей показалось, скрылся де Вальми. И тут город внезапно кончился, а перед ней расстилалось море сказочного бирюзового цвета. На тихой воде играли солнечные блики. Теплый ветер обдувал ее лицо. Невдалеке на мокром песке виднелись отпечатки чьих-то босых ног. Поглядев по сторонам, она снова заметила де Вальми. Тот шел по берегу в ту сторону, где на волнах качалась изящная, словно игрушечная лодка с золотистыми парусами. Сильвия хотела его окликнуть, но мужчина обернулся к ней сам. Он посмотрел Сильвии прямо в глаза, улыбнулся и взмахнул рукой в прощальном жесте. Вдруг Сильвии показалось, будто кто-то тронул ее за плечо. Однако за спиной никого не было, только пенистая волна с шелестом набегала на песок. Сильвия повернулась, чтобы позвать графа, но на берегу стояла лишь она одна. И лодка тоже исчезла. Лишь далеко-далеко блеснули и скрылись за горизонтом золотистые паруса.

Граф, ненадолго появившись в ее жизни, вернулся в свою сказку, вернулся будто к себе домой. С этой мыслью Сильвия проснулась совершенно здоровой и больше уже никогда не плакала, вспоминая Артура Леонарда де Вальми.

Спустя примерно две недели после королевского бала у замка Шатодюнуа, где сейчас обитала Изабелла Д?Арси со своими внуками, остановилась карета. Из нее на землю, тяжело ступая, выбралась Маргарита Монфор д?Анвиль.

Все это время она размышляла над произошедшим, собирала по крупицам сведения о возвращении Сильвии Д?Арси и продумывала план действий. Она намеренно убедила мужа не появляться на балу в честь праздника Тела и Крови Христовых. Тем не менее проведав, что Д?Арси покинул столицу, побывала на соколином представлении у графа Дюморье, где издалека наблюдала за герцогиней. Воспользовавшись простотой Дюморье, она даже смогла вытянуть из того подробности поисков герцогини, вот только узнать, где та находилась столько месяцев, она не смогла.