Чтение онлайн

Она была переполнена то любовью к нему, то злостью. Менее опасно злиться, но как же это трудно!

— Что вы предлагаете? Я сяду к вам спиной в одном конце комнаты, а вы сядете в другом?

— Почему вы с таким упорством пытаетесь держать меня на расстоянии?

Понимая, что с каждой минутой она все более становится похожей на скандалистку, Эми тем не менее отрезала:

— Вряд ли вам надо было об этом спрашивать, но я все равно отказываюсь читать стихи.

— Я так и предполагал, но зато увидел, как сверкают ваши глаза, моя дорогая. Ладно, сжалюсь над вами и разрешу вам почитать роман, но с одним условием.

— Каким же?

Что он задумал?

— Поскольку мисс Остин [1] пишет так, что пробуждает в читателе воспоминания, нам надо устроиться поудобнее. Я сяду в кресло, а вы сядете на подушку у моих ног спиной ко мне. Таким образом, вам не придется на меня смотреть.

— Мисс Остин? — переспросила Эми.

— Вы читали ее романы?

— Конечно. Ваша тетушка любила их слушать. Просто я удивлена, что вы выбрали именно ее.

— Хороший автор — это хороший автор, — с загадочной улыбкой произнес Маркус. — Я всегда поражался проницательности этой писательницы.

И Маркус без дальнейших рассуждений протянул Эми книгу. Увидев заглавие, она скривила губы.

— Интересно, какой же из дочерей мистера Беннета кажусь вам я? Судя по недавним событиям, я наверняка так же безрассудна, как Лидия…

— И так же элегантны, как Джейн, и не менее красивы, чем Элизабет.

— Если я такой уж идеал, странно, что ни один джентльмен до сих пор меня не заметил, не правда ли? — возразила она, отказываясь принимать всерьез его игривые комплименты.

— За что я им искренне благодарен.

Да, если бы кто-нибудь ее заметил, она не была бы сейчас здесь, спасая его наследство и совершенно отчаянно влюбляясь, как упрямая Лидия Беннет из романа.

Маркус уселся в кресло, кинув к своим ногам большую подушку. Видимо, придется смириться, подумала Эми. Резким движением, будто ее перестали держать ноги, она опустилась на подушку. Платье колоколом легло вокруг нее.

— Прислонитесь спиной к моим коленям и садитесь поудобнее, — распорядился Маркус. — Прочтем несколько глав, перед тем как отойти ко сну.

— «Гордость и предубеждение», — объявила Эми бесстрастным голосом профессиональной чтицы. Открыв первую страницу, Эми начала читать немного хрипловатым голосом: — «Холостяк, если он обладает солидным состоянием, должен непременно нуждаться в жене, такова общепризнанная истина».

Эми резко прервала чтение и обернулась лицом к Маркусу. Она читала этот роман давно и не помнила первых строк.

— Вы нарочно выбрали именно эту книгу, — обвиняющим тоном заявила она.

Маркус наклонился и погладил ей шею. Дрожь пробежала по телу Эми.

— Дорогая, не стоит все переводить на себя. Мисс Остин просто констатирует факт, который ни один нормальный человек не станет оспаривать.

— За исключением того, что в данном случае холостяк только собирается завладеть богатством, — сказала она, не задумываясь над тем, какова будет его реакция.

А когда очнулась, то поняла, что нехорошо было так точно определять ситуацию. Сейчас он устроит ей разнос, и поделом. Но Маркус только рассмеялся и стал совершенно непозволительным образом гладить ее по волосам и плечам, так что по телу у нее пошла дрожь, а во рту пересохло.

— Возможно, но все остальное отрицать нельзя. Я очень нуждаюсь в том, чтобы у меня была жена.

Эми лежала в постели и размышляла о том, какой это было ошибкой — согласиться читать злополучную книгу. Она с теплотой относилась к глупой и восхитительно беспомощной миссис Беннет, так отчаянно стремившейся пристроить своих дочерей. Но ее собственное положение было слишком схоже с тем, которое с таким мастерством и силой описала Джейн Остин.

Все же ситуация была другая! Хотя, если сравнивать неумелое сватовство леди Беллингем с безнадежными попытками миссис Беннет… Эми страшно устала, но сон не шел к ней. Каковы бы ни были мотивы двух дам, результат оказался одинаковый.

Она не думала о счастье, которое наконец нашли Джейн Беннет и мистер Бингли. Ее больше интересовали отношения Лиззи Беннет и Дарси, так похожие на ее собственные тем, что они были обречены.

На самом деле, размышляла она, они с Маркусом не похожи на героев Остин. Напыщенный Дарси считал мисс Лиззи Беннет не ровней себе и потому не делал ей предложение. А Эми Финч оказалась обрученной с человеком, которому она, в сущности, была не нужна: ему надо жениться, чтобы получить наследство.

Если вдуматься, вообще нет ничего общего между ней и этими выдуманными героями. Ее расстраивала сама фабула романа. Если ей снова придется читать вслух, она попросит Маркуса принести другую книгу.

Эми никак не могла уснуть, ворочаясь на непривычной кровати, а из головы не выходили слова Маркуса: «Я очень нуждаюсь в том, чтобы у меня была жена».

Его слова прозвучали убежденно и искренне. Но надо быть такой ненормальной, как она, чтобы поверить, будто Маркус говорил о чем-то личном, а не просто цитировал роман.

Эми проснулась от яркого солнечного света. Она, видимо, все же заснула под утро, но постель была в таком виде, будто по ней пронесся табун лошадей. Эми глянула на свои часики и с изумлением увидела, что уже десять.

— Почему вы не разбудили меня раньше? — обратилась она к служанке, отдергивавшей шторы. — Я обычно так долго не залеживаюсь.

— Мистер Беллингем приказал вас не тревожить, мисс. Он просит вас спуститься вниз через полчаса и позавтракать с ним. Я принесла свежей воды для умывания. Если вам еще что-нибудь надо, только скажите — я все сделаю.

Слабая улыбка мелькнула на лице Эми. Слыхал ли кто-нибудь, чтобы так обхаживали компаньонку? Или что эта самая компаньонка валяется в постели Бог знает до которого часа? До этого момента Эми и в голову не приходило, что ее положение в доме совершенно изменилось — она невеста Маркуса Беллингема!

— Спасибо, я предпочитаю все делать сама, Догерти, так вас зовут?

— Да, мисс. — Служанка вышла из комнаты, осчастливленная тем, что ее собираются звать по имени.

Вспомнив, что сегодня ей предстоит поездка по городу, Эми выбрала элегантное зеленое платье из кисеи на чехле и такого же цвета шляпку и накидку. Слава Богу, что леди Беллингем, не переносившая неряшливого или убогого вида, всегда требовала, чтобы ее компаньонка была прилично одетой.