Чтение онлайн

Раз проявление славы Божией, проявление величия имени и характера Божия связано с уничтожением плоти, мы не можем быть и свидетелями проявления величия Божия, пока не выйдем из-под власти плоти. Вот почему, хотя Иаков и был теперь призван возвещать значение своего имени - "Иаков", т.е. "Вытесняющий" или "Обманщик" - он не узнал имени Боровшегося с ним и Низложившего его в прах. Для себя он получает новое имя - "Израиль", т.е. "Князь" или "Богоборец"; это уже свидетельствует о его духовном росте. Но когда он говорит: "Скажи имя Твоё", он получает ответ: "На что ты спрашиваешь о имени Моем?" Бог отказывается сообщить ему Своё имя, хотя Он и довёл Иакова до чистосердечного признания своей немощи и вследствие этого благословил его. Летопись семьи Божией изобилует фактами подобного рода. Плотское "я" обнаруживается во всей своей нравственной неприглядности; и всё-таки человек не усваивает себе верного понятия о Боге, хотя Бог уже близко подошёл к человеку и благословил его соразмерно с познанием, которое он приобрёл о своей собственной немощи.

Иаков получил новое имя "Израиль", когда состав бедра его был повреждён. Он сделался могущественным князем, когда познал и признал себя человеком немощным. И тем не менее Господь должен был ему сказать: "На что ты спрашиваешь о имени Моем?" Так и не узнал Иаков истинного имени Того, Который обнаружил истинное имя и истинное духовное состояние Иакова.

Из этого мы выводим заключение, что получить благословение Божие - не значит ещё получить от Духа Святого откровение характера Божия. "Он благословил его Там", но не открыл ему при этом имени Своего. Мы всегда получаем благословение, в той или другой степени познавая самих себя; этим путём мы научаемся видеть, чем для нас является Бог во всех подробностях нашей жизни. Так было с Иаковом; как только состав бедра его был повреждён, он очутился в положении, помочь ему в котором мог только Один Бог. Бедный хромой не мог сделать многого; ему было выгодно сблизиться с Всемогущим.

Оканчивая эту главу, мы заметим, что книга Иова является в известном смысле пояснением этого события жизни Иакова, только что рассмотренного нами. Читая первые тридцать одну главу книги Иова, мы видим, что сначала до конца Иов борется в них со своими друзьями и силится всячески разбить их доводы; но в 32-й главе Бог в лице Елиуя вступает в борьбу с Иовом; в 28-й же главе Бог во всем могуществе славы Своей непосредственно Сам ополчается на Иова, подавляет его величием необъятной Своей силы и исторгает из уст Иова хорошо известные слова: "Я слышал о Тебе слухом уха, теперь же мои глаза видят Тебя; поэтому я отрекаюсь и раскаиваюсь в прахе и пепле" (Иов. 42,5-6). И здесь Бог повредил состав бедра его! И заметьте выражение: "Глаза мои видят Тебя." Иов не говорит только: "Я вижу самого себя"; нет, но: "Я увидел Тебя, Тебя!" Лишь тот, кто видит Бога, способен принести достойные плоды покаяния, способен возгнушаться самим собою. Таков будет конец истории народа Израилева, во многом сходной с историей Иова. Когда Израильтяне, "воззрят на Того, Которого пронзили", они "возрыдают о Нем". Тогда Господь изольёт на них благословения Свои и вполне восстановит народ Свой. Они познают истинное значение слов: "Погубил ты себя, Израиль. Ибо только во Мне помощь твоя" (Ос. 13,9).

Главы 33-34

Сейчас мы увидим, как неосновательны были все опасения Иакова, как бесполезны были все его планы. Несмотря на борьбу, несмотря на то, что Бог повредил состав его бедра и сделал его хромым, Иаков продолжает составлять планы. "Взглянул Иаков, и увидел, и вот, идёт Исав, и с ним четыреста человек. И разделил детей Лии, Рахили и двух служанок. И поставил служанок и детей их впереди, Лию и детей её за ними, а Рахиль и Иосифа позади." Страх Иакова не прошёл. Он все ещё ожидает мести Исава и подставляет под первые удары тех, жизнью которых он наименее дорожит. Поразительные глубины сердца человеческого! Как медлительно оно в вопросе доверия к Богу! Если б Иаков действительно уповал на Бога, никогда ему не пришлось бы опасаться за жизнь свою и семьи своей. Но, увы! Мы знаем, как трудно сердцу решиться успокоиться в мирном уповании на Бога, с нами всегда пребывающего, Всемогущего, безгранично милосердного.

Бог показывает нам здесь, как безумно было все это беспокойство души. "И побежал Исав к нему навстречу, и обнял его, и пал на шею его, и целовал его, и плакали." Дары Иакова оказались ненужными, все планы его - бесполезными. Бог "умилостивил" Исава, как перед этим Он же умилостивил и Лавана. Бог любит доказывать нам все малодушие, все неверие немощных сердец наших, рассеивать таким путём все наши страхи. Вместо меча Исава Иаков встречает отверстые объятия брата, вместо того, чтоб сражаться, они оба плачут! Таковы пути Божий. Кто решится упорствовать, не доверяясь Ему? Почему, несмотря на все доказательства, которые мы получаем относительно верности Бога к уповающим на Него, мы так склонны при всяком удобном случае сомневаться и колебаться? Увы! Да все оттого, что мы не достаточно знаем Бога. "Сблизься же с Ним, и будешь спокоен" (Иов. 22,21). Это применимо как к человеку мира сего, так и к чаду Божию. На деле познать Бога, действительно сблизиться с Ним - вот жизнь и мир. "Сия есть жизнь вечная, да знают Тебя, единого истинного Бога, и посланного Тобою Иисуса Христа" (Иоан. 17,3). Чем ближе узнаем мы Бога, тем прочнее делается также и мир наш, тем более освободимся мы от всякой зависимости человеческой. "Бог мой - скала моя": сделаем Его опорою нашей, и мы узнаем, как Он готов поддерживать нас, как силён совершить это.

После этого проявления благости Божией по отношению к Иакову, он поселяется, как мы видим, в Сокхофе и, вопреки обычаям и духу жизни странника, строит себе дом в этой чуждой ему земле. Но Сокхоф не мог, очевидно быть местом, ему назначенным от Бога. Господь не сказал ему: "Я Бог Сокхофа", но: "Я - Бог Вефиля". К Вефилю, а не к Сокхофу лежал путь Иакова. Но, увы! Сердца наши всегда склонны довольствоваться положением и уделом, несравненно низшим, чем то, что в милосердии Своём благоволит нам назначить Бог.

Далее Иаков направляется в Сихем и там покупает участок земли, и на этот раз, оставаясь вне границ, ему определённых Богом, и выражая нравственный уровень своей души даже в названии, которое он даёт своему жертвеннику. Он называет его жертвенником "Господа Бога Израилева"; знать Бога как нашего личного Бога - великое преимущество для нас; но ещё несравненно лучше признавать в Нем Бога Его собственного святилища, включая себя в составные элементы этого святилища. Верующий пользуется правом знать Христа, как Главу свою; но ещё несравненно благословеннее для нас признавать Христа Главою собственного Его тела, Церкви, и знать, что мы - члены тела этого.

В 35-й главе, Иаков, видим мы, доходит путём Божиим до полного и славного познания Бога, но в Сихеме он ещё стоит на весьма низком нравственном уровне, и отсюда истекают все его страдания; так всегда случается с нами, когда мы не умеем постичь всей высоты положения, созданного нам Богом. Два с половиной колена, оставшиеся за Иорданом, первыми попали в руки врага; то же было и с Иаковом. Глава 34-я знакомит нас с горькими плодами его пребывания в Сихеме; ни плотская энергия, ни жестокость Симеона и Левия не в силах были снять позорное пятно, которое легло в Сокхофе на семью Иакова; совершенное ими новое преступление прибавило лишь новую печаль к скорбям Иакова. Их преступные действия огорчили Иакова даже более, чем бесчестие, нанесённое его дочери. "И сказал Иаков Симеону и Левию: Вы возмутили меня, сделав меня ненавистным для жителей земли сей, для Хананеев и Ферезеев; у меня людей мало, соберутся против меня, поразят меня; и истреблён буду я и дом мой" (ст. 30). Более всего мучился Иаков мыслию о последствиях, которые может повлечь за собой все это дело как для него самого, так и для всего дома его. Он, по-видимому, всегда жил в страхе за себя и своё семейство, всюду проявляя свой характер - беспокойный, боязливый, расчётливый, несовместимый с истинным упованием на Бога.

Неверующим Иакова назвать нельзя; он, мы знаем, имеет своё место в "облаках свидетелей" (Евр. 11-12), но в повседневной жизни своей он не руководился волею Божией, последствием чего и были его прискорбные падения. Могла ли вера заставить Иакова сказать: "Истреблён буду я и дом мой" после того, что Бог дал ему обетование: "Сохраню тебя... не оставлю тебя"? (гл. 28,14-15). Обетование Божие должно было успокоить его сердце; на самом же деле Иаков был более занят опасностями, связанными с его пребыванием в Сихеме, чем давал себе отчёт в безопасности, в которой он находился в руках Бога обетования. Ему следовало знать, что ни один волос не упадёт с его головы; вместо того, чтоб останавливаться на Симеоне и Левин и на последствиях их необдуманного поступка, следовало осудить самого себя; зачем поселился он в Сихеме? Если б он этого не сделал, Дина не была бы обесчещена, жестокость его сыновей не была бы обнаружена. Сколько христиан, видим мы, своим собственным неверием сами на себя навлекают горе и страдания, а затем обвиняют обстоятельства вместо того, чтоб осудить самих себя!

Множество верующих родителей смущаются и изнывают при виде буйства, неповиновения и светских вкусов своих детей; в большинстве случаев, однако, им приходится винить лишь самих себя, потому что сами они не были верны Богу по отношению к своей семье. Так было и с Иаковом. Ему не следовало останавливаться в Сихеме; но ему недоставало той духовной чуткости, которая одна могла доказать ему ложность путей его; и вот, Бог, по верности Своей, пользуется обстоятельствами, чтоб наказывать его. "Бог поругаем не бывает; что посеет человек, то и пожнёт" (Гал. 6,7). Промысел Божий о человеке создаёт это правило; никому не дано его избежать; что чадо Божие призвано пожинать плоды своих заблуждений - в этом скрыта великая милость Божия. Милость Его так или иначе доводит нас до сознания, как пагубно удаляться и жить вдали от Бога живого. Мы должны убедиться, что земля эта не есть "место покоя" нашего, потому что Бог - слава Ему за это - не желает дать нам покой греховный. Бог жаждет, чтоб мы пребывали в Нем и с Ним. Таково совершенство Его благодати. Когда же мы заблуждаемся или запаздываем в пути, Он говорит нам: "Если хочешь обратиться, ко Мне обратись" (Иер. 4,1). Ложное смирение, плод неверия, руководит заблудившимся или отставшим на пути человеком, когда он довольствуется положением низшим, чем то, которое ему даровано Богом; это значит, что он не знает, ни на каком основании, ни в какой мере "восстановляет Бог низверженных". Блудный сын просит принять его в число наёмников отца, не зная, что сам по себе он и на положение наёмника имеет прав не более, чем на положение сына; не знает он также, что дать ему это положение было бы недостойным Бога или же придётся оставаться вдали от Него.

Глава 35

Бог сказал Иакову: "Встань, пойди в Вефиль, и живи там." Эти слова подтверждают высказанную нами мысль. Лишь только обнаруживаются признаки нравственного падения или духовного уклонения, Господь увещевает душу возвратиться к Нему: "Вспомни, откуда ты ниспал, и покайся, и твори прежние дела" (Отк. 2,5). Душа призывается занять высшее положение, дарованное ей сообразно с мерилом Божиим. Господь не говорит: "Вспомни, где ты теперь", но "вспомни, откуда ты ниспал". Только таким путём познаётся величина заблуждения, измеряется глубина падения, даётся возможность для возвращения на прежнее место.