Чтение онлайн

Таковы мысли, вызываемые в нас чтением первых строк книги "Исход". "Мой совет состоится, и все, что Мне угодно, Я сделаю" (Ис. 46,10). Враг может противодействовать - Бог всегда окажется сильнее его; нам же надлежит с детской простотой доверяться Богу и благим предначертаниям Его. Неверие придаёт большее значение усилиям, которыми враг силится противиться осуществлению планов Божиих, чем всемогуществу Божию, наметившему Свои планы. Взгляд же веры покоится на могуществе Божием; вот что даёт ей силу победы, дарует ей безмятежный мир; она имеет дело с Богом и верностью Божией, вовеки неизменною; она не основывается на мудрствованиях человеческих, на сильных влияниях мира сего, не полагает основания своего на зыбучем песке: она опирается на несокрушимую скалу вечного Слова Божия. Слово это становится святой оградой, безопасным прибежищем веры; что бы ни случилось, верующая душа остаётся сокрытой в этом тайнике силы. "И умер Иосиф и все братья его и весь род их " Но что же из этого? Могла ли смерть нанести ущерб предначертаниям живого Бога? Конечно, нет. Бог выжидал лишь наступления Своего часа, времени, благоприятного для того, чтобы все ухищрения вражьи обратить в пользу развития планов Своих.

"И восстал в Египте новый царь, который не знал Иосифа. И сказал народу своему: вот, народ сыновей Израилевых многочисленен и сильнее нас. Перехитрим же его, чтобы он не размножался; иначе, когда случится война, соединится и он с нашими неприятелями, и вооружится против нас, и выйдет из земли нашей" (ст. 8-10). Так рассуждает сердце, не наученное принимать Бога в расчёт. Невозрожденное сердце не находит нужным считаться с Богом; поэтому, лишь только дело коснётся Бога, все его рассуждения обращаются в ничто; вне Бога или независимо от Него планы и расчёты могут казаться вполне разумными, но стоит вступиться в дело Богу, и все безумие обнаружится.

Возможно ли ввиду всего этого так или иначе руководствоваться суждениями, видимая справедливость которых держится только на безусловном исключении Бога? Мыслящий так явно впадает в атеизм. Фараон был способен вполне точно определить ход дел человеческих: приращение народа, вероятность войны, возможность соединения израильтян с неприятелем, их бегство из страны Египетской; с невероятной прозорливостью он мог взвесить все обстоятельства; но ни на минуту не остановился он перед мыслью, что во всем этом могла бы действовать рука Божия. Приди ему на ум эта мысль, и все доводы его разлетелись бы в прах, обнаружилось бы безумие его планов.

Полезно всегда иметь в виду, что мудрствования человеческого неверия непременно исключают Бога; более этого: их правота, их сила основываются единственно на отрицании Бога. Вмешательство Божие наносит смертельный удар всякому скептицизму, всякому неверию. Если до явного проявления действия Божия они ещё находят возможность превозноситься, выставлять напоказ свою предусмотрительность, то стоит проявиться малейшему отражению благодатного действия Божия, и тотчас же исчезают облекавшие их одежды, являя всю их духовную наготу.

Что касается царя Египетского, про него с достоверностью можно сказать, что он глубоко заблуждался, не зная ни силы Божией, ни вечных предначертаний Господних. Он не знал, что прежде всех веков, раньше, чем он получил дыхание жизни, Бог неизменным Словом и непреложною клятвою Своей удостоверил полное и славное освобождение того самого народа, который он, фараон, порывался стереть с лица земли. Ничего этого не видел фараон; все мысли, все планы его покоились на незнании великой истины, лежащей в основании всех истин, а именно - истинности существования Бога. В невежестве своём, своей мудростью и силою он надеялся предотвратить умножение народа, о котором Бог, сказал: "Умножая, умножу семя твоё, как звезды небесные и как песок на берегу моря"; (Быт. 22,17). Вот почему все его планы, вся его мудрость оказались безумием.

В глубокое заблуждение впадает человек, не справляющийся с волей Божией. Рано или поздно Бог даст ему почувствовать всю непреложность Своих намерений; тогда все планы и расчёты его разлетятся в прах. Все, что человек предпринимает независимо от воли Божией, неминуемо рушится. Всякое дело человеческое, каким бы прочным, блестящим, привлекательным оно ни казалось, обречено сделаться добычею смерти, исчезнуть во мраке и безмолвии могилы: таков конец всякой славы, всякого величия человеческого. Печать смерти лежит на челе человека: ни один из его безосновательных планов не устоит. Все же, относящееся к Богу и предначертанное Им, пребывает, напротив, вовек. "Будет имя Его вовеки, доколе пребывает солнце, будет передаваться имя Его" (Пс. 71,17).

Поэтому безумен слабый смертный, восстающий против Предвечного Бога, "устремляющийся против Него с гордою выею" (Иов. 15,26). Царь Египетский не мог слабой своей рукой остановить размножение народа, составлявшего предмет вечных предначертаний Божиих, как он не мог остановить движение морских вод. И вот, когда он поставил над народом "начальников работ, чтобы изнуряли его тяжкими работами" (ст. 11), то "чем более изнуряли его, тем более он умножался" (ст. 12). Так и будет всегда. "Живущий на небесах посмеётся, Господь поругается им" (Пс. 2,4). Вечное посрамление падает на голову всякого человека и дьявола, кто решается противиться Богу, превозноситься перед Ним. Эта уверенность даёт сердцу покой среди мира, дышащего злобою на Бога: не будь мы твёрдо уверены, что "и гнев человеческий обратится во славу Богу", как часто приводили бы нас в уныние обстоятельства и влияния мира сего! Но взоры наши, благодарение Богу, обращены "не на видимое, а на невидимое: ибо видимое временно, а невидимое вечно" (2 Кор. 4,18). Благодаря этой блаженной уверенности мы можем говорить: "Покорись Господу и надейся на Него. Не ревнуй успевающему в пути своём, человеку лукавнующему" (Пс. 36,7). Как удивительно подтвердились слова эти в рассказе, занимающем нас, как относительно притесняемых, так и относительно притеснителя! Что давало Израилю "видимое"? Гнев фараона, суровых начальников работ, изнурительный труд, безотрадное рабство, глину и кирпичи. А что невидимое возвращало в то же самое время? Вечные предначертания Божий, непреложное обетование Господа, приближающуюся зарю дня, в который Израиль будет спасён Иеговой, подобно "головне из огня". Чудный контраст! Одна лишь вера могла его усвоить; одна лишь вера могла перенести взоры бедного, теснимого отовсюду израильтянина от раскалённой печи египетской на зелёные пажити и роскошные виноградники земли Ханаанской. Одна лишь вера могла видеть людей, притеснённых и обременённых тяжким трудом рабов, пользовавшихся особым вниманием, особым благоволением Неба.

Порядок вещей и до наших дней остаётся тот же: "Мы ходим верою, а не видением" (2 Кор. 5,7); "Ещё не открылось, что будем" (1 Иоан. 3,2).

"Водворяясь в теле, мы устранены от Господа" (2 Кор. 5,6). Но фактически, живя в Египте, духом мы уже переносимся в небесный Ханаан. Вера укрепляет сердце в мире невидимом и небесном, возносит его над всем земным, над царством мрака и смерти. Да исполнит нас Господь детской верой, которая пребывает у чистого источника вечной истины и, напоённая потоками воды живой, восстанавливает утомлённую душу и дарует человеку новую силу бодро продолжать свой путь к небесной родине.

В последних стихах этой главы мы находим поучение для себя в поступках Шифры и Фуи - женщин, боящихся Бога. Не страшась царского гнева, женщины эти решились не исполнять повеления Фараона; за это Бог "устроил дома их". "Я прославлю прославляющих Меня, а бесславящие Меня будут посрамлены" (1 Цар. 2,30). Да не изгладится пример этот из нашей памяти, дабы мы всегда сообразовывались с волей Божией во всех обстоятельствах жизни!

Глава 2,1-10

Эта часть книги Исход полна свидетельства о Божественной истине в трёх её проявлениях: силе сатаны, силе Бога и силе веры.

В последнем стихе предыдущей главы мы читаем: "Тогда Фараон всему народу своему повелел, говоря: всякого новорождённого у Евреев сына бросайте в реку. В этом сказалась сила сатаны. Река должна была сделаться могилой, смертью силился враг разрушить план Божий. Орудия, предназначенные Богом для выполнения его благих предначертаний испокон веков возбуждали к себе злобу змея. Так, в 4-й главе Бытия змей обращает особое внимание на Авеля, избранный сосуд Божий, посредством смерти стараясь устранить его со своего пути. В 37-й гл. Бытия в истории Иосифа снова перед нами открываются действия врага, прилагающего все усилия к тому, чтобы умертвить человека, избранного Богом для исполнения Его планов. Тоже мы видим в истреблении всего "царского племени" (2 Пар. 22), в умерщвлении младенцев Вифлеемских (Матф. 2); в смерти Христа (Матф. 27); во всех этих случаях враг старался смертью прервать течение действий Божиих.

Но, благодарение Богу, существует нечто сильнее смерти. Вся сфера действий Божиих, связанных с делом искупления, выходит за пределы владычества смерти. Когда вся сила сатаны истощается, начинает действовать Бог. Могила составляет конечный предел действий сатаны; затем начинается область действий Божиих. Блаженная истина! Сатана имеет власть над смертью; но Бог есть Бог живых; и Он создаёт жизнь, над которой смерть уже теряет свою силу, жизнь, посягать на которую сатана уже не может. Этот факт даёт сладкое успокоение верующему сердцу и среди царства смерти; без содрогания следит оно за тем, как сатана развёртывает перед ним всю свою силу; оно с доверием может ожидать могущественного вмешательства Бога, воскрешающего мёртвых. Спокойно смотрит оно на могилу, только что скрывшую любимое им существо, получая из уст Того, Кто есть воскресение и жизнь, верное обетование славного бессмертия. Зная, что Бог неизмеримо сильнее сатаны, оно может в мире ожидать полного проявления державной силы Божией, черпая в ожидании этом победу и мир, присущие ей. Первые стихи этой главы дают нам чудный образец этой силы веры.