Чтение онлайн

Когда тысяченачальник повелел вести Павла в крепость, где он лучше надеялся получить от него все показания, толпа, естественно, могла подумать, что его могут освободить, и потому бросилась за воинами по ступенькам крепостной лестницы. Слышались ропот и крики, требовавшие смерти. Воины, ведшие Павла, должны были нести его, потому ли, что цепи мешали ему идти скоро, или он не хотел ускорить шагов ввиду возмущения.

"При входе в крепость"– где, вероятно, представлялось особенно удобное место для общенародной проповеди и где, в присутствии властей, готовых лишить его сейчас же свободы, народ более спокойно мог выслушать Павла.

За позволением держать речь к народу Павел обратился к тысяченачальнику по-гречески, что удивило его и уверило в ошибочности его предположения, будто Павел одно лицо с бывшим возмутителем египтянином. Это разуверение свое тысяченачальник и высказывает в ст. 38.

Русский, а равно и славянский тексты данного места искажают оттенок мысли подлинника, благодаря неправильному чтению греческого . Это с острым ударением в отличие от (ли - с ударением облеченным) означает следовательно, итак, вправду, в самом деле, значит. Посему греческое – - должно быть переведено, с оттенком удивления - "так не ты, значит, тот египтянин, который?".. и т. д. Этим предполагается, что тот египтянин не говорил по-гречески, о чем было известно тысяченачальнику.

По свидетельству Флавия (о войне Иуд. II, 13, 25; Археол. XX, 8. 6), этот египтянин был чародей, выдававший себя за пророка и имевший много приверженцев. Своими ложными пророчествами он привлек иудеев на Масличную гору, откуда обещал показать им чудесное зрелище - падение городской стены. Отсюда, с четырьмя тысячами иудеев (по Флавию - всех приверженцев его было до 30 000), он прошел всю страну, всюду доводя свой фанатизм до разбоя. Правителю страны Феликсу удалось захватить их, но сам предводитель их успел убежать.

Разбойников– собственно сикариев (от латинского sica - кинжал), ножовщиков. В отличие от обыкновенных разбойников, это была партия головорезов, террористов, поставивших себе целью не грабеж и убийство всех без разбора, а лишь наиболее вредных, с точки зрения иудея, прислужников Рима, а впоследствии вообще - всех, заподозренных в римских симпатиях. Конечно, как и всегда, в ряды этих "идейных" носителей меча прокрадывались и завзятые разбойники, преследовавшие свои особые личные цели, чисто воровского характера. Таких разбойников особенно много расплодил по стране Феликс (Флав. Археол. XX, 6 и д.; О войне Иуд. IX, 13, 3).

"Прошу тебя, позволь..." Это - доказательство истинности слов его, что он всех приводит в свидетели, - что так готов оправдывать себя и решается противостать словом толпе иудеев" (Златоуст).

"Стоя на лестнице..." Весьма благоприятствовало ему и место, так как он говорил с высоты, и то, что он был связан. Что может сравниться с этим зрелищем, когда Павел говорил, связанный двумя цепями..." (Златоуст).

"На еврейском языке..."– т. е. на тогдашнем сирохалдейском наречии. "Прежде всего располагает их к себе родным их языком" (Златоуст). Это действительно возбудило большее внимание и содействовало водворению глубокой тишины (XXII, 2).

"Мужи, братья и отцы!.. " Почтительное обращение ко всем присутствующим (ср. VII, 2).

"Мое оправдание..."– против обвинений, взведенных малоазийскими иудеями (XX, 27-28).

См. XXI, 40, прим.

Довольно подробное изображение Павлом своего происхождения, воспитания и первоначального направления имеет целью показать, что, вопреки взведенным обвинениям, он по самому рождению принадлежит к народу иудейскому, по воспитанию своему связан тесными духовными узами с Иерусалимом и отличался направлением самым строгим, фарисейским, преданным закону и враждебным христианству. "Иудеянин, родившийся в Тарсе..." (ср. IX, 11 и паралл.), - хотя и родился не в Иерусалиме и не в Палестине, а в городе языческом, однако же - от иудеев: этим опровергается обвинение, что он учил всюду против народа сего (XXI, 28).

"Воспитанный в сем городе..."– т. е. Иерусалиме, центре иудейской народности; этим подчеркивается, что если бы даже по своему рождению вдали от Иерусалима Павел мог быть недостаточно привязан к родному народу, то воспитание в Иерусалиме с детства во всяком случае должно было завязать в нем узы неразрушимой связи с общеиудейской столицей и родным народом.

"При ногах Гамалиила"– этого знаменитейшего фарисейского учителя (V, 34 и дал.). Это еще более сильное ручательство за иудейство Павла - не только по происхождению, но и по настроению. Выражение означает также почтительное отношение ученика к уважаемому учителю, "постоянство, рачение, усердие к слушанию и великое уважение к этому мужу" со стороны Павла (Златоуст, ср. Феофил.).

"Тщательно наставленный в отеческом законе...", за что ручается самое имя Гамалиила. Тщательность здесь разумеется и в смысле усердия изучения закона, и в смысле строго иудейского его изучения и понимания.

"Ревнитель по Богу, как и все вы ныне..." Это, конечно, принято ими за похвалу, хотя в этой похвале скрыто достаточно горечи. Но прежде всего слова эти имеют целью показать, что Павел не мог быть таковым, каковым выставляют его обвинители.

"Гнал последователей сего учения...", - точнее: гнал сей путь (ср. IX, 2; XVIII, 25; XIX, 9, 23).

"Даже до смерти"– выражение для обозначения особенной страстности чувства или действия, в данном случае - гонения.

"Связывая и предавая..." - ср. VIII, 3.

Очевидно, лица, на которых ссылается апостол, были еще живы, хотя первосвященник был уже смещен с должности (см. к IX, 2).