Как сумасшедший, руки сжав крестом,Стоял его товарищ. Он хотелСмеяться… И с открытым ртомОстался – взгляд его оцепенел.Пришли к ним люди: зацепив крючкомХолодный труп, к высокой груде телОни без сожаленья повлекли,И подложили бревен, и зажгли…
«Нередко люди и бранили…»
Нередко люди и бранили,И мучили меня за то,Что часто им прощал я то,Чего б они мне не простили.И начал рок меня томить.Карал безвинно и за дело –От сердца чувство отлетело:И я не мог ему простить.Я снова меж людей явилсяС холодным, сумрачным челом;Но взгляд, куда б ни обратился,Встречался с радостным лицом!
Романс («В те дни, когда уж нет надежд…»)
В те дни, когда уж нет надежд,А есть одно воспоминанье,Веселье чуждо наших веждИ легче на груди страданье.
Отрывок («Приметив юной девы грудь…»)
Приметив юной девы грудь,Судьбой случайной, как-нибудь,Иль взор, исполненный огнем,Недвижно сердце было в нем,Как сокол, на скале морскойСидящий позднею порой,Хоть недалеко и блестят(Седой пустыни вод наряд)Ветрила бедных челноков,Движенье дальних облаковСледит его прилежный глаз.И так проходит скучный час!Он знает: эти челноки,Что гонят мимо ветерки,Не для него сюда плывут,Они блеснут, они пройдут!..
Баллада
(Из Байрона)
Берегись! Берегись! Над бургосским путем [25]Сидит один черный монах;Он бормочет молитву во мраке ночном,Панихиду о прошлых годах.Когда Маврпришел в наш родимый дол, [26]Оскверняючи церкви порог,Он без дальних слов выгнал всех чернецов;Одного только выгнать не мог.Для добра или зла (я слыхал не один,И не мне бы о том говорить),Когда возвратился тех мест господин,Он никак не хотел уходить.Хоть никто не видал, как по замку блуждалМонах, но зачем возражать?Ибо слышал не раз я старинный рассказ,Который страшусь повторять.Рождался ли сын, он рыдал в тишине,Когда ж прекратился сей род,Он по звучным полам при бледной лунеБродил и взад и вперед.
25
Бургос– город в Испании, в средние века – важный транзитный пункт.
26
«Когда Мавр пришел»– Испания в начале VIII в. была завоевана арабами.
Ночь («Один я в тишине ночной…»)
Один я в тишине ночной;Свеча сгоревшая трещит,Перо в тетрадке записнойГоловку женскую чертит;Воспоминанье о былом,Как тень, в кровавой пелене,Спешит указывать перстомНа то, что было мило мне.Слова, которые моглиМеня тревожить в те года,Пылают предо мной вдали,Хоть мной забыты навсегда.И там скелеты прошлых летСтоят унылою толпой;Меж ними есть один скелет –Он обладал моей душой.Как мог я не любить тот взор?Презренья женского кинжалМеня пронзил… Но нет – с тех порЯ всё любил – я всё страдал.Сей взор невыносимый, онБежит за мною, как призрак;И я до гроба осужденДругого не любить никак.О! Я завидую другим!В кругу семейственном, в тиши,Смеяться просто можно имИ веселиться от души.Мой смех тяжел мне, как свинец:Он плод сердечной пустоты.О боже! Вот что наконец,Я вижу, мне готовил ты.Возможно ль! Первую любовьТакою горечью облить;Притворством взволновав мне кровь,Хотеть насмешкой остудить?Желал я на другой предметИзлить огонь страстей своих.Но память, слезы первых лет!Кто устоит противу них?
К *** («Когда к тебе молвы рассказ…»)
Когда к тебе молвы рассказМое названье принесетИ моего рожденья часПеред полмиром проклянет,Когда мне пищей будет кровьИ стану жить среди людей,Ничью не радуя любовьИ злобы не боясь ничьей;Тогда раскаянья кинжалПронзит тебя; и вспомнишь ты,Что при разлуке я сказал.Увы! То были не мечты!И если, если наконецМоя лишь грудь поражена,То, верно, прежде знал творец,Что ты терпеть не рождена.
«Передо мной лежит листок…»
Передо мной лежит листокСовсем ничтожный для других,Но в нем сковал случайно рокТолпу надежд и дум моих.Исписан он твоей рукой,И я вчера его украл,И для добычи дорогойГотов страдать – как уж страдал!
«Свершилось! Полно ожидать…»
Свершилось! Полно ожидатьПоследней встречи и прощанья!Разлуки час и час страданьяПридут – зачем их отклонять!Ах, я не знал, когда гляделНа чудные глаза прекрасной,Что час прощанья, час ужасный,Ко мне внезапно подлетел.Свершилось! Голосом бесценнымМне больше сердца не питать,Запрусь в углу уединенномИ буду плакать… Вспоминать!
«Итак, прощай! Впервые этот звук…»
Итак, прощай! Впервые этот звукТревожит так жестоко грудь мою.Прощай! – шесть букв приносят столько мук!Уносят всё, что я теперь люблю!Я встречу взор ее прекрасных глаз,И, может быть, как знать… В последний раз!
Новгород
Сыны снегов, сыны славян,Зачем вы мужеством упали?Зачем?.. Погибнет ваш тиран,Как все тираны погибали!..До наших дней при имени свободыТрепещет ваше сердце и кипит!..Есть бедный град, [27] там видели народыВсё то, к чему теперь ваш дух летит.
27
«Бедный град»– древний Новгород, общественное устройство которого воспевалось декабристами. Предполагают, что стихотворение представляет собой замаскированное обращение к сосланным участникам декабрьского восстания.
Глупой красавице
1
Амур спросил меня однажды,Хочу ль испить его вина, –Я не имел в то время жажды,Но выпил кубок весь до дна.
2
Теперь желал бы я напрасноСмочить горящие уста,Затем что чаша влаги страстной,Как голова твоя, – пуста.
Могила бойца
(Дума)
I
Он спит последним сном давно,Он спит последним сном,Над ним бугор насыпан был,Зеленый дерн кругом.
II
Седые кудри старикаСмешалися с землей;Они взвевались по плечам,За чашей пировой,
III
Они белы, как пена волн,Биющихся у скал;Уста, любимицы бесед,Впервые хлад сковал.
IV
И бледны щеки мертвеца,Как лик его враговБледнел, когда являлся онОдин средь их рядов.
V
Сырой землей покрыта грудь,Но ей не тяжело,И червь, движенья не боясь,Ползет через чело.
VI
На то ль он жил и меч носил,Чтоб в час вечерней мглыСлетались на курган егоПустынные орлы?
VII
Хотя певец земли роднойНе раз уж пел об нем,Но песнь – всё песнь; а жизнь – всё жизнь!Он спит последним сном.
Смерть («Закат горит огнистой полосою…»)
Закат горит огнистой полосою,Любуюсь им безмолвно под окном,Быть может, завтра он заблещет надо мною,Безжизненным, холодным мертвецом;Одна лишь дума в сердце опустелом,То мысль об ней. – О, далеко она;И над моим недвижным, бледным теломНе упадет слеза ее одна.Ни друг, ни брат прощальными устамиНе поцелуют здесь моих ланит;И сожаленью чуждыми рукамиВ сырую землю буду я зарыт.Мой дух утонет в бездне бесконечной!..Но ты! – О, пожалей о мне, краса моя!Никто не мог тебя любить, как я,Так пламенно и так чистосердечно.