Чтение онлайн

Палермское восстание и неаполитанская конституция. Из всех итальянских государств Неаполитанское королевство осталось единственным, в котором государь не сделал никаких уступок реформистскому движение. Неаполитанцы, привыкшие к деспотизму, по водимому, мирились с тем злом, которое отсюда вытекало, но сицилийцы переносили это зло менее терпеливо. Здесь деспотизм сталкивался не только с либеральными тенденциями буржуазии, но и с глубоко вкоренившимся духом местной автономии, которым проникнуты были все классы общества. Сигнал к революции был подан в Палермо, где восстание подготовлялось уже давно и где оно было почти назначено. В начале января 1848 года на стенах города появляется анонимная афиша, которая угрожает правительству восстанием, если до 12 числа текущего месяца оно не согласится на введение реформ. В назначенный день один юноша, по имени Ла Маза, выходит на улицу с трехцветным знаменем в руке, собирает кучку либералов и затевает стычку с королевскими войсками, которые слабо отвечают мятежникам. На другой день сражение продолжается, к движению присоединяются деревенские жители, и составляется комитет восстания под председательством старого адмирала Руджиеро Сеттимо; наконец, 27 января город, безуспешно бомбардируемый неаполитанским флотом, окончательно оставлен войсками, движение охватывает весь остров, и сицилийцы заявляют, что они не сложат оружия до тех пор, пока собравшийся в Палермо сицилийский парламент не восстановит в измененном виде конституцию 1812 года. События, разыгравшиеся в Сицилии и обнаружившие фактическую слабость абсолютистского правительства, не могли, конечно, остаться без влияния на население Неаполя. В течение предшествовавшего года в этом городе произошел ряд манифестаций в честь Пия IX, причем одна из них закончилась кровавым столкновением (14 декабря 1847 г.). По получении известия о палермском восстании либералы стали вести себя почти угрожающе и не хотели удовлетвориться некоторыми частичными реформами. Наконец, 27 января 1848 года на улицах Неаполя произошла громадная манифестация, которая испугала короля и заставила его, по совету окружавших его генералов, уступить желаниям своих подданных. Первой уступкой общественному мнению было увольнение ненавистного министра полиции Делькаретто и образование нового министерства под руководством либеральных вождей Боццелли и Польрио; затем, припоминая, как легко его предок в свое время усыпил народное недоверие путем дарования конституции, король со своей стороны обещал 29 января дать конституцию, которую и обнародовал 10 февраля. Эта конституция, составленная по типу, получившему распространение во Франции и в Европе с 1815 года, вручала законодательную власть парламенту, составленному из двух палат (члены одной назначались пожизненно, другой — избирались), устанавливала свободу печати, равенство перед законом, амнистию по политическим делам и, чтобы предупредить возможность абсолютистской реакции, заменяла иностранные войска национальной гвардией.

Пьемонтская, тосканская и римская конституции. Решаясь на широкие уступки, которые совсем не гармонировали с его абсолютистскими идеями, Фердинанд II действовал так не только под влиянием страха перед либеральным движением, но и с целью отомстить монархам-реформаторам, которых ему обыкновенно ставили в пример. На этот раз ему хотелось принудить их последовать его собственному примеру. События оправдали его дальновидный расчет. В Турине группа либералов, во главе которых. стоял молодой граф Кавур, уже основала газету Возрождение (RisorgimentoJ, ставившую себе целью борьбу за введение конституционного режима. Когда либералы узнали, что в Неаполе конституция уже провозглашена, требования их стали гораздо настойчивее. По совету Кавура муниципальные магистраты отправились к королю с просьбой последовать. примеру Фердинанда II. Карл-Альберт, который мог вступить на престол только после данного Австрии обещания сохранить абсолютистский режим, колебался нарушить клятву и решился на этот шаг только после беседы со своим духовником и после совещания с министрами, созванными на экстренное заседание. Он обнародовал знаменитую прокламацию от 8 февраля, в которой набросал основные черты конституционного статута, напоминавшего в главных своих положениях неаполитанскую конституцию. Этот статут появился месяц спустя (4 марта 1848 г.) и до наших дней (1923 года) лежал в основе итальянского государственного устройства. За несколько дней до обнародования этого статута, представительный режим был распространен и на Тоскану, где Леопольд II, напуганный волнениями в Ливорно, даровал своим подданным конституцию (17 февраля), сходную с конституцией Франции.

В этот момент в Италии оставалось одно только государство, лишенное конституционных учреждений, и как раз то государство, откуда некогда подан был сигнал к реформам. Пий IX, колеблясь между своими религиозными убеждениями и политическими интересами, не хотел ввести в управление Папской областью таких перемен, которые должны были отнять у духовной власти часть ее суверенитета; когда же настойчивые требования либералов заставили его дать конституцию, он по крайней мере постарался сделать ее подготовку недостаточной, обнародовал ее с запозданием, значение ее сделал иллюзорным. Выработанный комиссией духовных лиц, мало знакомых с государственными науками, «Основной статут светского управления владениями святого престола» был опубликован лишь 14 марта 1848 года. Подобно другим итальянским статутам, он учреждал две палаты, имевшие право вотировать законы (члены одной назначались пожизненно, члены другой — избирались); подготовка законопроекта возлагалась на государственный совет, ответственность за выполнение законов — на министерство. Но палатам запрещалось обсуждать всякое предложение, касавшееся религиозных или даже смешанных вопросов, а коллегия кардиналов, поставленная во главе государственного механизма, могла отвергать принятые палатами решения. Несмотря на всю свою неполноту, эти уступки казались Пию IX крайними, и он заявил, что большего дать не может.

Обнародованием папского статута завершился в Италии конституционный период, подобно тому как пьемонтским эдиктом 30 октября 1847 года закончился период реформ. Общественное движение, вызванное избранием Пия IX, — дошло к этому времени до своего логического конца; абсолютизм уступил место представительному режиму, а верховенство перешло от монархов к народам.

Восстание в Милане и Венеции. Жители Ломбард Венецианского королевства, убежденные в несовместимости австрийского владычества с установлением необходимых свобод, были также уверены в том, что всякая попытка произвести восстание закончится полным разгромом. Но когда чувство страха и бессилия покинуло их, они восстали для завоевания национальной независимости.

Этот момент наступил, как только в Милане было получено известие о революции в Вене. Испуганный вице-король бежал из Милана в Верону, а миланцы, решившись воспользоваться растерянностью правительства, толпой двинулись к заменившему вице-короля О'Доннелю и потребовали учреждения гражданской гвардии. Выстрел, произведенный в толпу часовым, превратил это мирное шествие в бурную демонстрацию; толпа ворвалась в королевский дворец, захватила О'Доннеля в плен, а город покрылся баррикадами, на которых развевалось итальянское трехцветное знамя и раздавались крики «Да здравствует Пий IX!» Между народом и войсками Радецкого, сосредоточенными вокруг замка, началась борьба. Эта борьба продолжалась 5 дней (18–22 марта 1848 г.) под руководством нескольких отважных юношей — Каттанео, Чернуски и Корренти; она была отмечена штурмом главных общественных зданий и захватом одних городских ворот и закончилась отступлением Радецкого. Испытывая недостаток в съестных припасах и опасаясь быть отрезанным в Милане восстанием ломбардских городов и деревень, старый фельдмаршал отступил со своей армией в крепости «четырехугольника» [34] .

По прибытии сюда Радецкий получил известие о восстании в Венеции. Слухи о венских событиях произвели в Венеции такое же впечатление, как и в Милане, и вызвали там революцию, хотя и не столь кровавую, но столь же глубокую. Главными эпизодами венецианского восстания были: 18 марта — освобождение из тюрьмы Манина, молодого адвоката, который стал во главе движения; 18 и 19 — сформирование гражданской гвардии, несмотря на сопротивление губернатора; 22 — занятие арсенала, очищенного по требованию Манина австрийскими войсками без кровопролития, и подписание капитуляции, после чего австрийцы окончательно покинули город; наконец, 23 марта — установление временного правительства и провозглашение Венецианской республики, к которой мало-помалу примкнули все города «материка» (т. е. бывшей Венецианской области). Так как около того же времени герцоги Пармский и Моденский бежали из своих владений, территория, на которую прямо или косвенно распространялось австрийское владычество, сведена была к незначительной площади, занимаемой австрийскими войсками, сконцентрированными вокруг Вероны и Мантуи.

Вмешательство Пьемонта. Здесь Австрии пришлось выдержать натиск всей Италии, объединившейся под руководством пьемонтского короля. Сначала Кар л-Альберт не решался вмешаться в начавшуюся в Ломбардии борьбу, но вскоре обращенные к нему настойчивые приглашения заставили его сойти с позиции постороннего наблюдателя; миланцы тотчас после одержанной ими победы отправили к нему депутацию, заклиная его перейти со своей армией границу; туринские студенты, жители Генуи, «маццинисты» всего королевства также громко требовали войны; наконец, даже умеренные умоляли его воспользоваться небывалым Случаем для расширения своих владений и выполнения исторической миссии своей династии. Один из представителей умеренного направления, Кавур, так резюмировал положение дел в статье, помещенной в газете Возрождение: «Для сардинской монархии пробил роковой час… Ввиду тех событий, которые совершаются в Ломбардии и Вене, никакие колебания уже невозможны… Мы, люди холодного рассудка, привыкшие больше к велениям разума, чем к голосу сердца, мы громко заявляем, что для правительства, для нации, для короля нет другого исхода, кроме немедленного объявления войны». Карл-Альберт понял это и 26 марта 1848 года выехал к армии. Эра восстаний закончилась; начиналась национальная война [35] .

Борьба, которую Карл-Альберт начал таким образом против Австрии, продолжалась до августа. В ней приняла участие вся Италия; но она до последнего момента велась под руководством пьемонтского короля, опиравшегося на монархическую конституционную партию. Война распадается на три стадии: удачная вначале (апрель), она принимает нерешительный характер в мае и заканчивается в июле полным поражением.

Первая стадия военных действий (25 марта — 6 мая 1848 г.). Политические успехи. В начале войны Карл-Альберт был вознагражден за свою инициативу целым рядом политических и военных удач, превзошедших самые смелые его надежды. В Риме Пий IX, напуганный бурными народными демонстрациями, должен был отправить на границу Но дивизию, состоявшую из 17 000 человек под командой Дурандо. Во Флоренции великий герцог Леопольд, несмотря на свои австрийские симпатии, призвал подданных поднять оружие на защиту итальянского дела. Наконец, в Неаполе король, после долгих и тщетных попыток сопротивления, принужден был уступить национальному движению, пригласить в министерство историка Карла Тройа и издать прокламацию, в которой говорилось: «Все государи и все народы обязаны примкнуть к борьбе, которая должна обеспечить независимость, свободу и славу. Мы намерены принять в ней участие со всеми нашими сухопутными и морскими силами…». Он обещал послать против австрийцев сорокатысячный корпус под начальством Пене, одного из ветеранов Первой империи. Во всех крупных городах сформировались батальоны волонтеров, которые рекрутировались среди студентов и средних классов и несли на помощь национальному делу если не свой опыт, то по крайней мере свой энтузиазм. Казалось, что Карл-Альберт самой судьбой предназначен был к тому, чтобы повести всю Италию в бой против австрийского владычества.

Военные успехи. В начале кампании пьемонтский король показал, что он в состоянии собственными силами поколебать австрийское могущество. Хотя в первое время он располагал не больше чем 25 000 человек, ему удалось одержать несколько частичных побед, которые, казалось, давали основание рассчитывать в будущем на полный триумф. Преследуя, — быть может с излишней осторожностью, — отступавшую австрийскую армию, Карл-Альберт достиг ломбардского четырехугольника крепостей и после блестящего авангардного дела форсировал переход от Минчио до Гоито (8 апреля). Затем он расположился между Пескиерой и Мантуей и выслал к обеим этим крепостям отряды для рекогносцировки (13 и 19 апреля). Решившись овладеть долиной Адидже (Эч), он атаковал 30 апреля австрийские позиции при Пастренго, которые, будучи расположены к северу от Вероны, господствовали над тирольской дорогой, и овладел ими после отчаянного сражения, которое могло бы быть решающим, если бы он отважился продолжать бой и ночью. Наконец, 6 мая он овладел одной из передовых позиций Вероны, ванта-Лючией, но не мог взять самой крепости. Тогда он счел благоразумным приостановить наступательные действия и перейти к выжидательной тактике, так как ему казалось, что Радецкий слишком хорошо укрепился в четырехугольнике и что выбить его оттуда возможно, только овладев предварительно крепостями, на которые тот опирался [36] .

Итак, Карл-Альберт приостановил наступательное движение и воспользовался этой передышкой для реорганизации армии, находившейся под его верховным командованием. Эти войска занимали в рассматриваемый момент следующие позиции: на севере 6000 ломбардских волонтеров под начальством Аллеманди блокировали тирольские проходы от Тонале до Стельвио и угрожали верхней долине Адидже (Эч); в центре пьемонтская армия, численность которой была доведена до 55 000 человек, осаждала Пескиеру и Мантую; с правого фланга она была усилена тосканской дивизией, состоявшей из 5000 человек и расположенной перед Мантуей; Дурандо с 7000 папских войск перешел без приказа границу и занял позицию в южной части четырехугольника между По и нижним течением Адидже (Эч); 15 000 венецианских волонтеров занимали Фриульские ущелья и главные города Венецианской области; наконец, 14 000 неаполитанцев прибыли на нижнее течение По. Положение Радецкого, запертого в четырехугольнике, казалось совершенно безнадежным, и принц Евгений Савойский, регент Пьемонта, выразил надежды всей Италии, когда при открытии заседания первого парламента (8 мая) сказал: «Мы твердо надеемся, что в скором времени общее согласие тесно свяжет между собой народы, которые самой природой предназначены составить единую нацию».

Вторая стадия войны (6—30 мая). Отпадение Пия IX. События, наступившие в Италии в мае, разбили эти оптимистические надежды; если результат их еще не был для Карла-Альберта потерей его славы, то во всяком случае военное счастье перестало ему улыбаться; а для дела итальянского освобождения наступил если не конец успехов, то период тяжких испытаний. Итальянцы потерпели ряд неудач, которые изменили соотношение сил к их невыгоде. Мы разумеем отпадение Пия IX, неаполитанскую революцию и потерю Венеции.