Чтение онлайн

Ирландия терпит ошибки,

Терпеть поражения может.

Египет - в песках похоронен.

Рамзесу в гробу не до жиру,

Арабов горячие кони

Рванули на запад к Алжиру

Дрожат катапульты в отдаче

|

Раскатом салютных орудий,

Избитое воинство плачет --

Империи больше не будет.

Розеткой холодного света

Луна отразилась в Лох-Нессе,

Алмазная твердость планеты

Надежно висит в поднебесье.

Держава пока под угрозой,

Истории суд не закончен,

Ирландия -- в сердце заноза,

Иглы отравляющий кончик.

Младая гречанка в гареме

Пусяня спешит успокоить --

Еще не закончилось время

Рассказов о прежних героях.

Атланты в холодных глубинах

Тоскуют о прежнем величье,

О храмах и башнях высоких,

Равнинах, наполненных дичью.

Скачи с донесением, вестник!

Князьям на востоке поведай --

Отважные воины с песней

Тогда одержали победу.

Орлы побежденных преторий

Рассвет провожают постылый,

У самого синего моря

Молчат на пригорке могилы.

На поле разбросаны кости -

Их жадные псы раскопали.

В холодной Ирландии осень.

Весна возвратится? Едва ли.

Солдат из далекого края

Тут бродит, закутавшись в знамя,

И вечный вопрос повторяет:

– Кто поле усеял костями?

Какие ужасные звери

На этот набросились берег?

Вот бедного Йорика череп...

– Он звался не Йорик, а Эрик, -

Ему возражают подруги,

Валькирии-девы с поклоном,

– Ты видишь надбровные дуги,

Рожденный в лесах Кроманьона?

Его не убил калифорний;

Сраженный бохайской катаной,

Он был из арийского корня,

Потомок Ашшура и Дана!

Солдат ничего не ответил;

К заливам оставленной Мальты

Проносит валькирию ветер

Над черной громадой базальта.

А там - похоронные списки;

Солдат оценил кубометры,

И надпись на том обелиске

Прочел, содрогаясь от ветра:

Финал - приближение к славе,

Исчезнут гнилые колосья,

Глашатай народу объявит:

В холодной Ирландии осень!

Архангел послушников просит:

Молите о праведной цели!

Смотрите, в Ирландии осень!...

Мой друг, продержись до апреля!

Английские флаги заносит;

Сковала внезапным набегом

Ландшафты ирландские осень -

Они покрываются снегом.

Монеты звенят на подносе,

А волки замерзли на тропах,

Не только в Ирландии осень -

Европа и вовсе в сугробах.

Шотландские мхи медоносят,

АлЬбанские верески тоже,

Расколят ирландскую осень

Андалы из Мартина Джорджа.

Покинут незванные гости

Обитель зеленого света,

В холодной Ирландии осень,

А в жаркой Британии лето".

Глава 34. Уэльсмерть, Четырнадцатый воин и Король Севера

Британия встретила хмуро. Она не простила обид. Когда возвращались манчьжуры, был берег туманом укрыт. Три шлюпки разбились о скалы, но это еще полбеды. Отправленный в море штурвалом, Пусянь наглотался воды. Пытался убить полководца, ему заслонивший маяк, ударом предательским лоцман - наемный английский моряк. Он мстил за семью и отчизну, тирана пытался сразить. Судьба оказалась капризной, Пусяня оставила жить. В парламенте лондонском спикер от ужаса громко кричит, что только с трудом превеликим его откачали врачи. И шепот на улицах: "Братцы! Управа нашлась на чуму! Пусянь начинает сдаваться, недолго осталось ему".

Очнувшись на пятое утро, напомнил врачам мертвеца. И долго румянами с пудрой закрашивал бледность лица. Сменил после ванны одежду, уселся на трон, не в постель. Быть должен красивым и свежим владыка несчестных земель. В душе проклиная бригантов, велел созывать курултай. Собрались его лейтенанты - Ваньянь, Хушаху, Хубилай. Последний из этой обоймы, в делах и сражениях скор, отдельных рассказов достоин, пока что - короткий обзор:

Когда Темуджина казнили (ему поломали хребет), шести благородных фамилий простыл из Монголии след. Бежала семья Темуджина, что власть в потеряла в борьбе - четыре наследника-сына, батыр Субудай и Джебе. Спешили уйти от расправы, стремились укрыться в тайге, в пределах китайской державы, где правил тогда Мадагэ. Погонщики многих настигли еще на монгольской земле. Кого-то поджарили в тигле, кого-то сварили в котле. Устали Джамухи холуи за пядью прочесывать пядь, но младшего сына - Толуя - они не смогли отыскать.

Испачкан в навозе и глине, и в грязные тряпки одет, был принят с почетом в Пекине, теплом и заботой согрет. Его не считали балластом, напротив - тузом в рукаве. Закон "разделением властвуй" сидел у царя в голове. Толуй, не совсем бестолковый, в течение множества зим наследником трона степного считался - и был таковым. Когда возмутились кидани, меж двух наковален зажат, Толуй, поддержавший Пусяня, отправился с ним на закат. В десятках порученных миссий, живой демонстрируя пыл, отважно сражался в Ориссе, где грудью Пусяня прикрыл. Ему завещал, умирая, вцепившись в застежку плаща, следить за судьбой Хубилая -- и другу Пусянь обещал, что с ним ничего не случится, и слово пока что сдержал.

Уже Хубилаю за тридцать, и он боевой адмирал. Доверить такую работу монголу?! Да будет ли прок?! Но водит морскую пехоту успешно Толуев сынок. Английских баронов немало сразила его татарва. Он брал в Нидерландах каналы, и даже топил острова. Залив перекрывший баллистой, лежал островок Березань. На нем гарнизон эллинистов велел уничтожить Пусянь. Почуял сернистые газы монгол, прогулявшись по дну, поджег -- и взметнул камикадзе цунами взрывную волну! Теперь ни на карте, ни в море тот остров с огнем не сыскать -- косатки с акулами спорят, и трупы спешат обглодать...

Но груз этих воспоминаний, весьма для души дорогой, сейчас не волнует Пусяня, он занят проблемой другой.

– - Что слышно в Британии нынче?

– - Собачий не слышится лай. Страна - как без челюсти пинчер, -- пытался сострить Хубилай.
– - Я здесь умираю со скуки, и блох развожу в бороде. К оружию тянутся руки, но цели достойные где?! Монгольские волки - не овны, -- Толуя волнуется сын, -- мы тоже на что-то способны, не только с тобой, господин!

– - Путь к славе быть может порочным, -- не к месту заметил Пусянь.
– - Я выбрал на глобусе точку. Мой друг, отправляйся в Бретань. С собой прихвати легионы, и сразу подмоги не жди. Да ладно, ты вроде ученый. К покорности край приведи. И герцога Красного Джона, -- Пусянь покрутил кадуцей, -- заменит тиран просвещенный в моем безупречном лице. Заменит тиран просвещенный, какого бретонец не знал! Я варвар, но только не Конан -- другой породил сериал. Пускай боевые тамтамы врагам предвещают беду! Я знаю -- ты чудные храмы построишь в стране Гвеннхаду.