Чтение онлайн

История, поведанная Ирьей, оказалась малоутешительной. Дома никакой радости, только труд и нужда. Младенческая смертность в приходе была высокой, и тем не менее семейство в Эйкебю оставалось многочисленным, так что в доме им было тесновато. Ирье негде было даже поместиться. И было совершенно очевидно, что она с нетерпением поджидала, когда же в очередной раз можно отправиться в Линде-аллее.

Когда Ирья помогала по дому, то Силье стыдилась иногда того, что совала украдкой девушке то деньги, то лакомства, - все же она была товарищем по играм для господских детей. Но впоследствии она поняла, что поступает правильно. Хотя Ирья сама не говорила об этом, но родители ее видели в приношениях из усадьбы существенную поддержку своей семье и сами посылали дочь в Линде-аллее - не просто поиграть, а услужить хоть чем-то. И Ирья постепенно превратилась в служанку госпожи Силье. Родители девушки не признавали дружеских отношений с этой семьей. И они наверняка забрали бы девушку домой, если бы узнали об этом.

Силье виновато думала о том, что надо бы поприличнее платить Ирье за ее работу в усадьбе. Она не догадывалась, как много значили для Ирьи даже те мелкие монеты, которые она получала от своей госпожи.

В Эйкебю было много голодных ртов.

Какая жалость, что эта достойная девушка не привлекает к себе внимания, а тем временем она была бы прекрасной матерью и женой. Однако ее отец, выдавший поочередно замуж остальных своих дочерей, уже решил, что Ирья останется в девках и будет помогать дома родителям, когда те состарятся. Решил он так по своей воле, никого не спрашивая, и меньше всего саму Ирью. Что и говорить: девочек даже не считали за настоящих детей в семье, заботясь только о сыновьях. Привычным было услышать, как крестьянин отвечает, что у него "четверо детей", добавляя при этом: "И три дочери".

Глаза Ирьи делались печальными, когда она заговаривала о своем будущем. Остаться вместе с престарелыми, ворчливыми родителями было делом нелегким.

–  Ну-ка, взгляни теперь в зеркало, - сказала наконец Силье.
– Теперь я обвиваю голову косами, закалывая их жемчугом. Вот так... жемчужная нитка на лбу! А теперь я немного припудрю твое лицо, иначе нос у тебя блестит как маяк. А где сейчас Суннива?

–  Я... видела ее вместе с Таральдом.

–  Где это?
– спросила Силье более строгим тоном, чем сама ожидала.

–  Я не знаю, куда они пошли, госпожа Силье. Они просто проходили через усадьбу.

"Боже правый, нельзя говорить Тенгелю об этом, - подумала Силье.
– Я сама должна поговорить с одним из них".

–  Ну как, ты довольна прической?
– произнесла она вслух.

Ирья очарованно гляделась в зеркало.

–  Как мне нравится!
– прошептала она наконец.

–  Да, ты красива, - подхватила Силье, хотя и сознавала, что это легкое преувеличение. Но в самой непривлекательности Ирьи таилась такая необъяснимая красота.
– Эту жемчужную нитку ты можешь оставить себе, камни на ней поддельные.

–  Благодарю вас, - сказала Ирья со слезами на глазах.
– Благодарю, милая госпожа Силье!

В этот миг в комнату вошли Суннива и Таральд.

–  Добрый день, бабушка, - сказала Суннива с сияющими глазами.
– Как ты себя чувствуешь?

–  Спасибо, хорошо. Где вы были?

–  Мы просто прогулялись немного, - уклончиво ответила Суннива.

Таральд, в свою очередь, приветствовал бабушку. При этом он равнодушно кивнул Ирье, в ожидании стоявшей со своей новой прической:

–  Здравствуй, и ты здесь? Хорошо.

Блеск в глазах девушки померк. Силье поняла, что мысли этой парочки витали далеко отсюда.

Суннива держалась увереннее, чем обычно. Она улыбалась, бросая незаметные взгляды на Таральда. И она с восторгом слушала, как он рассказывал об их прогулке.

Наконец, Суннива заметила перемену, происшедшую с Ирьей.

–  Ирья, - изумленно усмехнулась она, - что это ты вырядилась?

Ирья, простая крестьянская девушка, бросила беспомощный взгляд на Силье.

–  Это я сделала ей новую прическу, - ответила Силье.
– И я считаю, что она очень мила.

Слава Богу, и Таральд наконец заметил, как изменилась Ирья. Но мысли его были все еще далеко отсюда.

–  Да, я обратил на это внимание, - прибавил он.
– Тебе это очень к лицу, Ирья.

Суннива смутилась. Она не хотела обидеть Ирью.

–  Я тоже заметила, что тебе идет новая прическа, - коротко сказала она.
– Я просто не сразу узнала тебя. Пойдем в столовую, я проголодалась.

–  Мне можно пойти?
– спросила Ирья у Силье.

–  Конечно, иди же, я справлюсь без тебя.

–  Я скоро вернусь. Госпожа Силье желает, чтобы я принесла что-нибудь?

–  Пожалуй, - ответила Силье.
– Принеси мне медовый пряник.

Она позволила себе это. Она всю жизнь ограничивала себя во всем, и теперь ей захотелось полакомиться, чтобы отвлечься от боли в ноге.

Она уже с трудом писала картины. Изредка она принималась ткать, но и это занятие утомляло ее. Время от времени она все же писала небольшие акварели, чтобы чем-то заняться. Ей казалось, что она съеживается с возрастом, все платья на ней болтались, и ей приходилось ушивать их.

Так что лишний медовый пряник здоровью не повредит.

Тенгель был очень занят в эти дни. Он обучал юного Тарье, брал его с собой к больным, и они лечили пациентов старыми травами и настоями, секреты которых хранились потомками рода Людей Льда. Тенгель подчас поражался смышлености Тарье. Он считал себя весьма одаренным, но мальчик превзошел даже его. Тарье изучал растения и травы, пытался определить их воздействие на человека. Однажды он решил на себе испытать приготовленную им смесь, однако в результате этого опыта испуганному Тенгелю пришлось приложить большие усилия, чтобы вернуть мальчика к жизни. Тарье пришел в себя и первым делом воскликнул:

–  Теперь я знаю, что это такое! Эти травы смешивать нельзя, они не сочетаются.

–  Но зачем надо было пробовать их действие на себе?
– спросил Тенгель сердито.

И все же они прекрасно уживались друг с другом. Силье улыбалась, когда она вспоминала их серьезные лица: Тарье обращался к Тенгелю за разъяснениями, а тот, никогда не задавая себе этих вопросов, пытался теперь найти на них ответ.

В комнату вошла Суннива, неся бабушке медовые пряники.

–  Кухарка хотела заставить меня помогать на кухне, но я не стала разговаривать с ней и прислала вместо себя Ирью, - с улыбкой сообщила она.

–  Тебе не следовало этого делать, потому что Ирья нужна мне здесь...

Глаза Суннивы округлились и стали изумленными.

–  Ты не хочешь говорить со мной, бабушка? Ты хочешь, чтобы здесь была Ирья?

–  Ну, конечно же, нет, милая девочка. Я только подумала... Забудем это. Так о чем же ты собираешься поговорить со мной?

Суннива взяла со стола зеркало и посмотрелась в него, явно довольная своим видом. Затем она положила зеркало на место и глубоко вздохнула.

–  Бабушка, я так счастлива!