Чтение онлайн

— Да что эти простаки понимают в настоящей еде? — вопрошала она. — Им хватит похлебки и каши, а я художник! И пусть мой холст — кастрюля, а кисть — поварешка, но я создаю шедевры.

И это была истинная правда! Почувствовав, какой дурманящий запах идет из ее кастрюль, я сама напросилась на тарелочку аппетитного мясного рагу. Женщина самодовольно хмыкнула и накормила так, что из-за стола я еле встала. Может и не встала бы вовсе, если бы не появился Аристан и не спас меня от смерти от обжорства. И, скажу честно, из рук мамаши Бэрри такую смерть принять было даже приятно… и очень вкусно.

В общем, услышав предложение диара, изнывающая от желания творить, кухарка с радостью согласилась.

— Уж я научу детишек ценить вкусную пищу, — так сказала она, воцаряясь на приютской кухне.

Стоит заметить, что побеги сирот сократились в немалой степени благодаря мамаше Бэрри. За короткое время дети распробовали ее блюда и теперь опасались пропустить обед или ужин. К тому же кухарка, с разрешения его сиятельства, брала себе каждый раз помощников. И теперь на кухню выстроилась целая очередь. Не мечтал попасть в царство матушки Бэрри только тот, кто не любит есть, но таких в приюте не было. Снять пробу, облизать венчик от крема, или же первым съесть теплую румяную булочку с повидлом мечтал каждый.

За мои пирожные, которые я отправляла сейчас сиротам, кухарка непременно проклянет меня, но мне нравилось делать маленькие и приятные подарки детям. Потом я непременно с ней помирюсь, а пока приказчик из кондитерской лавки упаковывал мой подарок в красивую коробку, к которой прикрепил карточку с адресом, и передал посыльному.

— Ближайшие пару недель, вам лучше не появляться в приюте, — усмехнулся Арис, весело поглядывая на меня. — Раньше Бэрри не отойдет.

Я легкомысленно отмахнулась, но в душе решила с мужем согласиться. Фанатичный блеск в глазах этой женщины, стоило заговорить о конфетах или пирожных от других кондитеров, настораживал до крайности.

— Возвращаемся? — спросила я, глядя, как посыльный с моей коробкой покидает лавку.

— Да, дел на сегодня в Кольберне не осталось, — кивнул его сиятельство. — Все, что необходимо для празднования вашего дня рождения, доставят в поместье уже завтра.

— Мне кажется, вы превзошли даже нашу свадьбу, — я укоризненно покачала головой.

— Вам показалось, — не менее легкомысленно, чем я, отмахнулся супруг. — Всего лишь маленький праздник. Ничего особенно.

— Бал-маскарад, — я хмыкнула, — совсем ничего особенного.

— Совсем, — кивнул диар, взял меня за руку и повел к дверям.

— И ваш давний сюрприз, о котором инар Рабан не устает намекать…

— Пф, — сделал неопределенный жест рукой его сиятельство.

— Вы невероятно скромны, Арис, — лукаво улыбнулась я.

— Я невероятно влюблен в собственную жену, — ответил Аристан таким тоном, словно рассуждал о погоде, а я остановилась, не в силах сделать и шага. Он обернулся, с легкой иронией посмотрел на меня. — Что?

— Вы сказали…

— Что я сказал? — фальшиво удивился супруг.

— Наверное, мне показалось, — неуверенно произнесла я и сделала шаг вперед.

— Наверное, — пожал плечами диар, глядя на мое вытянувшееся лицо. После рассмеялся, подхватил меня за талию и увлек к карете.

— Или не показалось? — уточнила я, вновь замирая на подножке и оборачиваясь к мужу.

— Или не показалось, — согласился Аристан. — Может, да, а может, и нет, как знать…

Это живо напомнило мне, как мой жених застал меня на полу после знакомства с инаром Рабаном. Фыркнув, я все-таки забралась в карету и исподлобья взглянула на мужа, устраивавшегося напротив.

— Какой же вы все-таки скользкий человек, ваше сиятельство, — проворчала я.

— А вы недоверчивая наивность, — усмехнулся диар. — Или наивная недоверчивость…

— Ну, вот опять! — воскликнула я, нацеливая на супруга палец. — Или-или. Вы опять виляете. Говорите прямо, в конце концов!

— Что сказать? — живо заинтересовался его сиятельство.

— Влюблены или нет, — выпалила я и смутилась.

— А вы как думаете?

— Вы невозможны, — всплеснула я руками. — Неужели так сложно не вилять, а ответить прямо…

— Я люблю вас, — перевал меня супруг, и я порывисто обернулась.

Гулко сглотнув, я медленно выдохнула.

— Вы сказали, что… любите меня? — шепотом переспросила я. — Или мне послышалось…

— Какой же вы все-таки скользкий человек, ваше сиятельство, — передразнил меня диар. — Все виляете: послышалось, не послышалось. Вы уж решите для себя, а потом меня обличайте.

Я вспыхнула и отвернулась к окошку. Конечно, я все слышала и, наверное, даже подозревала, просто… Поверить в то, что брак, который начинался со слов: «Мое сердце не бьется чаще, когда я вижу вас», — вдруг пришел к тому, от чего мой супруг хотел уйти — к чувствам, было сложно, несмотря на все, что между нами происходило. Или же просто страшно поверить в то, что такой человек, как Аристан Альдис, может полюбить невзрачную бесприданницу. Я мечтала о любви, но никогда не верила, что смогу стать объектом чьей-то страсти.

— Так куда же завели вас ваши размышления? — голос мужа раздался неожиданно близко.

Я развернулась и охнула, оказавшись с ним лицо к лицу. Его глаза, такие же серые, как небо за окошком кареты, смотрели на меня испытующе, и все же я уловила смешинки.

— Так вы смеетесь надо мной! — воскликнула я, чувствуя прилив жгучей обиды. Глаза защипало, но я сердито мотнула головой. — Это бесчестно, ваше сиятельство.

Он поймал мое лицо в ладони и ответил с легкой грустью:

— Если над кем и стоит смеяться в этой карете, то только над самоуверенным дураком, который решил, что все знает об этой жизни. Он возомнил, что властен над своими чувствами, но проиграл схватку, едва она началась. Нет, Фло, вам не послышалось. И я не смеюсь над вами. Говорю прямо, как вы хотели, а вы слушайте внимательно, иначе я подумаю, что вы попросту издеваетесь надо мной. — И закончил с улыбкой: — Я люблю тебя, моя недоверчивая наивность.

— Правда? — выдохнула я. — Вы…

— О, Богиня, — закатил глаза Арис, после снова посмотрел на меня. — Вы со мной не разговариваете до возвращения в поместье.

Я рассеянно кивнула, соглашаясь.

— Вот и отлично. Вы бываете такой очаровательной, когда молчите, — широко улыбнулся диар и завладел моими губами. И пока он целовал меня, я подумала: «И я вас люблю», — но вслух, разумеется, ничего не сказала. Мне велели молчать до поместья, а я послушная жена…

В поместье нас уже ждала агнара Данкир с отчетом о поездке в Берси — городок, находившийся ближе всего к Кольберну. Он был нашей следующей целью. Пока же агнара Данкир проехалась по городу, поговорила с жителями, узнавая, где наша помощь нужна в первую очередь. Мои шпионы в юбках распределили между собой несколько городков и поселений и теперь объезжали их, собирая сведения. Это было необходимо для того, чтобы смотрители казенных заведений, прознав о начавшейся инспекции, не вздумали пускать пыль в глаза. Хотелось знать настоящее положение дел, а не то, что нам будут преподносить.

Однако разговор сегодня клеился плохо. Я изо всех сил старалась быть внимательной, даже задавала какие-то вопросы, но мысли разбегались, устремляясь к обратной поездке от Кольберна до поместья, и слова супруга в моей голове звучали громче слов агнары Данкир.

— Ваше сиятельство, — наконец не выдержала женщина. — Да что с вами сегодня? Вы сама не своя. Совсем меня не слушаете.

— Я слушаю, — попыталась я уверить ее.

— Нет же, д’агнара Флоретта, вы витаете в облаках, — пожурила меня визитерша и погрозила пальцем. Затем улыбнулась: — Понимаю, ваши мысли сейчас витают вокруг празднества. И это так понятно. — Она мечтательно улыбнулась: — Ах, как же и для меня все было ярко в мои двадцать лет. Вы еще так молоды, и развлечения привлекают вас больше, чем дела.