Тонкости эльфийской генеалогии
Шрифт:
– Он был свободным.
– Но вряд ли настолько, чтобы самому решать, – не удержался снова. Что поделать, если что-то тревожит мое любопытство, остановиться всегда непросто.
– Мог, – ответила за сестру Рим-Доль и холодно посмотрела на меня. Понятно, больше мы это не обсуждаем.
Я только рот открыл, чтобы представить Самифле (надеюсь, что не перепутал имя) светлым эльфам и людям, как с задних парт раздался нетерпеливый голос Рутберга-старшего, которому, как любому нормальному мужику, было глубоко плевать на бабские шуры-муры, когда у него самого обнаружился целый воз проблем.
– Так что там с моим сыном? Что вы предлагаете?
И знаете что, в тот момент я очень обрадовался, что к такому вопросу успел подготовиться еще вчера. Ага. Перед сном. Случилось нежданное озарение. Поэтому, когда он спросил, я легко и непринужденно ответил:
– Ваш сын звезда местной арены боев без правил. Как насчет того, чтобы выйти против него?
– Боев без правил?! – возмущенно вскричал Дэниз, вскочил и со всей дури хлопнул ладонями по парте. И как только та, бедняжка, выдержала?
– А что… – неожиданно обратился к нему Виттебранд, вежливо улыбаясь, рыжий уставился на рыцаря. – Может, выступим против сынишек? Пара на пару?
Что-то мне в тот момент подсказало, что Улька уже провел с Витаусом какие-то свои разъяснительные работы. И, судя по всему, попросил помочь своему другу Тому наладить отношения с отцом.
– А что, сестрица, – вдруг подала голос Варя, обращаясь, разумеется, к Сами… короче, пусть будет Софьей, – может, покажем местным мужчинам, что такое подлинные воины-дроу?
– Дроу? – опешил я, прекрасно помня, что так называть темных вроде как не принято. Но меня перебил папа Лии:
– Ну мы с Ромашелем, конечно, не герои войны, но тоже не отказались бы поучаствовать. – И обратился ко мне: – Андрей?
– А меня в кабинете ректора Камю ждет… – Похоже, родителям моих деток я был нужен лишь как трамплин, а теперь они уже и сами способны были разобраться, что к чему. Кто бы мог подумать, что они… такие! Я даже правильных слов подобрать не мог.
– Нет. Сначала мы к нему зайдем, а уж потом ты, – решила за всех Софи. – Так что отдыхай пока. Думаю, тебе стоит рассказать детям о наших планах на вечер.
– А они что, все дружно ждут под дверью? – недоверчиво уточнил я.
– Еще бы! – заявила Верховная Великая Мать и залихватски мне подмигнула.
Боже, и куда я попал?
Глава седьмая
А краник просто открывался
Андрей
Они ушли, а я остался. И не с кем-нибудь, а с Иром, который уже успел основательно завести «колокольчиков», пока те в коридоре ждали окончания моей беседы с родителями. Как Иля посмотрела, проходя мимо на свое привычное место! У меня по спине аж мурашки поползли. Зато до неприличия довольный жизнью Ир не вызвал ничего, кроме зубовного скрежета.
– Ну как успехи? – весело спросил он, подходя.
А я подумал, что со всеми этими волнениями вполне могу снова сорваться, потому и встряхнул головой, как угодившая под дождь собачонка. Мерцающий, стоит отдать ему должное, тут же насторожился, но, прежде чем он успел что-то сказать, я обратился к Иле:
– Да ладно тебе дуться, все же уже давно утряслось…
– Давно? – зашипела в мою сторону темная и царственно опустилась на то место, на котором еще совсем недавно сидела ее мать. Тут-то я и зацепился взглядом за пустой соседний стул. Хотел спросить, но не успел.
– А чувствуешь ты себя как? – вопросил Ир, поднимая руку явно для того, чтобы пощупать мой лоб. Пришлось отшатнуться и оттолкнуть его ладонь. Мерцающий нахмурился. Помедлив мгновение, я скорчил виноватую мину. Все же ссориться с ним сейчас не хотелось. И без того нервы ни к черту, не хватало еще их из-за пустяков себе трепать.
– Все хорошо. Просто замечательно. Взрослые отправились осаждать Карла, а Софи торжественно повелела мне ознакомить вас всех с нашими планами на вечер. – Я улыбнулся, по крайней мере честно попытался это сделать.
Вот только, как оказалось, Ира было не так-то просто провести.
– Софи – это мама Инги? – осторожно уточнил Фа со своего места.
– Ага. – Теперь улыбка далась мне куда легче. Все-таки Первая Леди Темного королевства – это нечто. Никогда бы не подумал, что она может оказаться такой. – Софи, – сказал я, – сокращенно от Софии. А София в переводе с древнегреческого, насколько я знаю, «мудрость».
– О! – прокатился по классу изумленный вздох.
– А ты ей об этом сказал? – тут же уточнила Иля.
– Не-а. Но она и не спрашивала.
– Но ты хоть как положено ее принял? – неожиданно накинулся на меня Ир, и я в первый момент честно не понял, о чем это он.
Судя по всему, мерцающий и сам обо всем догадался по моему лицу. Закатил глаза и менторским тоном принялся вещать:
– Думал бы хоть иногда. Твое собрание посетила глава соседнего государства. Считай, император для темных, то есть императрица, и…
А что я мог ему на это сказать?
– Ой! – вырвалось у меня.
– Что, все так плохо? – тихо уточнил со своего места Алый, успевший, как и остальные, сменить спортивную форму на обычный костюм.
– Ну, – замялся я, лихорадочно соображая, когда леди Рим-Доль потребует меня, живого и еще трепыхающегося, на ужин в качестве главного блюда. – Она вошла, попросила представить ей остальных, но таким тоном, что мне не понравилось, и я…
– Не понравилось? – ласково-ласково переспросила Иля.
– Я труп, да?
– Почему? На мой взгляд, для трупа ты подозрительно свеж и разговорчив, – пропела темная.
Мне захотелось ее стукнуть. Поэтому я попытался хоть как-то себя оправдать.
– Но ведь никто меня не одернул! Ни она, ни другие!
– Ну да, конечно, – криво хмыкнул на это Том. – Рассказать, как все было? – После этих его слов мне первым делом захотелось выпрыгнуть в окно, а уж потом пришла мысль, что спрятаться можно и менее экстремальным способом. Эх, жаль, что мелиорация класса находилась на начальной стадии, и даже цветочками преображенное помещение не баловало, хотя, по Умкиной задумке, когда-нибудь тут будут шелестеть листвой деревья, может, и не очень большие, зато красивые… эх!