Чтение онлайн

– Уйди в дом, отец!
– не унимался сын.

Отец отхлебнул пару раз из своей бутылки, сунул ее в карман и пошел на быка.

– Что, зверюга, боишься?
– ухмыляясь, спросил он.
– Боишься хозяина? Нечего таращиться, подойди и смирно прими заслуженную трепку. Ах ты, висельник, дьявольское отродье, все беды от тебя! Я в тебя вобью ум и послушание, я из тебя лепешку сделаю! Ах, ты еще и злишься, ты на хозяина рога выставил, землю роешь? Ну, постой, я научу тебя послушанию!

Хозяин пару раз огрел быка кнутом по голове и встал прямо перед ним. Но бык перестал пятиться, повернулся на месте, свесил голову и уставился на хозяина свирепыми, налитыми кровью глазами. Фыркнул, и белый пар заклубился перед ним.

– Висельник этакий, - произнес Яак Лыоке, - не боится меня, совсем загордился!

Снова размахнулся, жахнул быка раз, другой, третий. Как дикарь, кричал на скотину. Такой же здоровенный и сильный, как бык, полушубок, пиджак и жилет расстегнулись, рубаха торчит, уши от шапки болтаются, а ногами будто в землю врос.

– Отец, отец!
– испуганно звал Яан.
– Иди наконец в дом, давай в дом, отец!

– Не пойду я ни в какой дом, - крикнул отец в ответ.
– Чтобы я испугался какого-то жалкого теленка?! Моя скотина должна меня слушать. Ах ты, дьявол, я ему покажу, как хозяин Хансуоя пасет и учит свой скот, я ему покажу, висельнику, как по ярмаркам разъезжать!

Он отбросил кнут и поднял было с земли крепкую жердину.

Но пока хозяин наклонялся за ней, бык прыгнул и поддел старика рогом. Яак Лыоке с криком отлетел в сторону и замер недвижим. Но и бык, то ли от внезапного испуга, то ли в грязи поскользнулся, тоже упал на передние ноги. Нипернаади, которые не отрывая глаз следил за ходом поединка, вылетел из своего укрытия, схватил с телеги веревку и прежде чем бык успел подняться, продел веревку в кольцо у быка в носу. Привязал быка к двери хлева и бросился к хозяину.

– Ой, Христе, сыне Божий, - простонал старый Яак, - последний част приспел! Скорее зовите пастора, врача, недолго мне жить осталось. Хочу исповедоваться в грехах, доверить свою душеньку божьему попечению!

Нипернаади со знанием дела осмотрел рану — было повреждено бедро и поцарапан бок.

– Не нужны здесь ни пастор, ни врач, - многозначительно заявил он.
– Рана пустяковая, справимся сами.

– Болит, ох как болит!
– стенал Яак.
– Жив ли я еще или бьюсь в зубах смерти? И куда девался тот бык, свирепый дьявол, почему, завидев кровь, не бросается на меня заново? Кто обуздал этого зверя?

– Я укроти его, - гордо сказал Нипернаади.
– Теперь он на привязи и кроток, как теленок.

– И кто же ты такой?
– простонал Яак.
– Как зовут тебя, спасителя моего дорогого?

– Тоомас Нипернаади, - ответил тот, - такой же хозяин, как и ты, и мы вроде бы даже дальние родственники.

– Значит, Нипернаади и дальний родственник?
– повторил хозяин Хансуоя.
– Не слыхивал раньше про такого. Но ты молодец, в самый раз подоспел. А эти — трусы, сын в дом убежал, невестка за ограду сиганула, только ты смело на быка пошел, вроде меня. Ох, болит-то как, ох, ломит. Так ты в самом деле считаешь, что я не умру и оправляюсь от этого страшного удара?

– Не умрешь и оправишься!
– твердо ответил Нипернаади.
– Правда, недельки две тебе придется полежать.

– Пролежать две недели?
– взвыл старый Яак.
– а кто хлеб уберет?

– Что же, придется тебе помочь, - улыбнулся Нипернаади.
– я мужик крепкий, и на хуторе у меня почти все сделано. Но теперь не время рассуждать об этом. Надо побыстрее занести тебя в дом и перевязать раны. Ушиб ты получил изрядный.

– Умеет же человек прийти на хутор в нужное время!
– благодарно заметил Яак.

Нипернаади помог ему подняться и повелительно крикнул:

– Люди, где вы, люди? Батраки, девушки, Яан, Лийз — куда вы запропастились? Идите скорей, помогите занести дядюшку Яака в дом. Разве не видите — здесь нужно спешная помощь и любое промедление может стоить человеку жизни? Скорей, скорей!

Из дома выбежал сын, Лийз перелезла через ограду, Кати так и осталась в воротах, а с поля возвратился Моормаа.

– Жив, жив еще отец мой?
– испуганно повторял Яан.
– Я ведь ничего не видел — как бык нанес смертельный удар, я сразу бросился на кровать и головой в подушку. Не мог я смотреть, как озлобленный зверь будет вытягивать кишки из моего папочки. И кто же обуздал этого зверя и привязал его?

– Я, - гордо сказал Нипернаади. А если бы и я спрятал голову под подушку, от дядюшки осталось бы только мокрое место. Но в решающую минуту я не растерялся, поставил быка на колени и привязал его.

– Правда, правда, это он!
– воскликнула Лийз.
– Я сама видела.

– Так и есть, - сказал старый Яак.
– Он спас мне жизнь, мой родственник!

– Теперь не до рассуждений, - прервал его Нипернаади.
– Отнесем дядюшку в постель, и я перевяжу ему раны. И о любезной сиделке я уже позаботился. У дядюшки должно быть все. Кати, где ты, Кати?!

Тут Кати, которая, не смея подойти, стояла в воротах, подбежала к ним.

– Это, значит, будет сиделка?
– спросил Яак и внимательно посмотрел на девушку.
– И она была с тобой?

– Теперь живо несите дядюшку в постель!
– распорядился Нипернаади.
– Неужели не видите, как он слабеет от чрезмерной потери крови?

Моормаа подхватил ноги, Яан — голову, Нипернаади и Лийз подсобляли, и общими усилиями хозяина внесли в дом.

– Теперь отправляйтесь по своим делам, - велел Нипернаади.
– Овес давно пора косить. Лийз тоже пойдет поможет, да и я потом подойду. А Кати присмотри за дядюшкой, они и скотину может обиходить.

– Верно, - обрадовался старый Яак, - работать надо так, будто ничего не случилось. А кати будет со мной и со скотиной.

– Может, нужно приготовить мазь для ран?
– предложил было Яан, уж очень ему не хотелось идти в поле.

– Не нужен здесь деготь, - сказал Нипернаади.
– Я промою раны водкой, йод на хуторе, думаю найдется, как и кусок чистого полотна. С этим я сам управлюсь.

– Может, все-таки пастор нужен или врач?
– не сдавался Яан.

– Ничего не нужно, я отвечаю и сам буду врачевать дядюшку, - отрезал Нипернаади.

Как только Яан, батрак и Лийз ушли, Нипернаади отослал Кати в хлев и принялся врачевать хозяина. Перевязал больному рану, укрыл его одеялом, сам сел рядом, налил себе приличную порцию водки и сказал:

– Вот это, скажу я тебе, был поединок! Как господь Бог, творящий великую расправу, стоял ты перед быком, и бык дрожал перед тобой, словно телок. Никогда прежде не видал я столь бесстрашного человека — без тени страха подходит к быку и ни одна жилка не дрогнет.

– Ты нисколько не трусливей меня, - отвечал хозяин.
– И зовут тебя Нипернаади и ты, говоришь мне родня?