Чтение онлайн

Получив короткое «Нет», Сюань Цзи подумал, что Шэн Линъюань его не понял, поэтому переспросил с уже другой формулировкой, но древний демон в задумчивости возразил:

– Здесь… не иллюзия.

Когда Шэн Линъюань только-только пробудился, память у него была что дырявый мешок, из которого давно все высыпалось, поэтому он бросился изучать окружающий мир с воодушевлением и детским любопытством. Услышав современную человеческую речь, древний демон с лету постарался повторить и произношение, и интонации, и если натыкался на какую-нибудь диковинку, тут же хотел понять принцип ее действия и назначение.

Увы! Память вернулась к нему незваным гостем.

Картины прошлого, что мало-помалу оживали перед глазами Шэн Линъюаня, несли только горе, и оно снова легло на плечи непомерным бременем. Думать, как устроен новый мир, и глядеть по сторонам уже не было сил. В своей беспомощности Шэн Линъюань оказался подобен старинному мечу, что многие годы пролежал глубоко в земле. Но чуть только воздух коснулся остро заточенной и отполированной до холодного блеска стали, как она покрылась ржавыми пятнами, и теперь от некогда острейшего клинка нет никакого проку.

Его наспех выученный путунхуа никуда не годился, и складывалось впечатление, что Шэн Линъюань говорит заметно хуже, чем получалось в чиюаньской больнице, – по крайней мере, там он сразу практиковал только что выученные слова и их произношение.

– Заклинание… Одно из Семи Великих… Принадлежит шаманам. «Обратный поток», – речь Шэн Линъюаня предельно замедлилась и стала совсем обрывочной. Сюань Цзи почти не мог разглядеть во тьме его лицо, зато хорошо различал все оттенки голоса – так говорит старец, безумно уставший от жизни. Следом Сюань Цзи невольно вспомнил несчастных духов оружия, заточенных в его родных краях, – они выражались так же невнятно и были безумно стары.

Между тем Шэн Линъюань с трудом объяснил:

– Я… пригвоздил… скорее всего, двойника… Чары… в его крови. Вероятно… он знал, что я использую гвозди и верну в гроб. Мое упущение.

– Что такое «Обратный поток»?

– Это… – начал было Шэн Линъюань, но очень некстати позабыл нужные слова. Голос его медленно затих, как замолкает журчание пересыхающего ручья. Тех фраз, что он наспех выучил, отчаянно не хватало. После долгих размышлений Шэн Линъюань сообщил более или менее связно: – Увидев его, я кое-что вспомнил… Теперь все мое прошлое я буду переживать заново. Если в нем найдется то, что меня неотступно преследует, оно будет повторяться… Снова и снова. Пока я не умру тут.

Так вот что такое «Обратный поток»! Это зацикленные до бесконечности воспоминания!

– Погоди, дай сообразить… – начал Сюань Цзи, но, повернув случайно голову, отвлекся на шамана – того самого человека, кто только что промчался прямо сквозь него. Этот шаман уже добрался до конца тропинки, распахнул дверь деревянного круглого домика и что-то пролаял на своем шаманском наречии. Не сдержав вздоха, Сюань Цзи просто пожаловался: – Ну что за день! Конца и края нет!

Его можно было понять: он всего-то рассчитывал поймать на крючок мелкую рыбешку, так, шайку мошенников, а клюнула настоящая акула… Причем не просто клюнула, но и потащила за собой в пучину.

Итак, свою основную задачу – выяснить, как связаны Цзи Цинчэнь и Би Чуньшэн, – он не выполнил. Зато его не пойми как закинуло в какую-то братскую могилу, так называемый шаманский курган, и что творилось в этом жутком до безумия месте, он вообще не понял. Куда ни кинь взгляд – всюду горы скелетов. Вдруг откуда ни возьмись – старейшина шаманов, точнее, его вечно юный труп, и этот оживший мертвец без раздумий бросился болтать с Шэн Линъюанем, тоже внезапно ожившим. О чем они там трещали на своем древнем наречии, какие сплетни перетирали – Сюань Цзи так и не узнал. И тем не менее его тоже втянуло в какое-то заклинание, то есть в непонятные разборки между ними.

«А я тут каким боком? Как их терки касаются меня?» – с недоумением спросил себя Сюань Цзи.

Между прочим, он всего-то полунищий госслужащий в прожженных шмотках, кому и на компенсацию некуда подать! Никто никаких денег ему не выплатит. К тому же эти два зомби так сцепились, что прикончили подозреваемого мошенника и втянули человека при исполнении в какие-то мутные разборки… Да где же он, Сюань Цзи, так напортачил? Может, у него на лбу кто-то выцарапал «Рыбка», а он и не знает, что теперь все хотят его подловить?

И очень кстати Сюань Цзи вспомнил про свою главную утрату:

– Послушайте, уважаемый… тут такое дело… Неловко об этом спрашивать, но ведь не зря в народе говорят: «чем скорее отдашь долг, тем проще потом взять взаймы», верно? Так вот… не могли бы вы вернуть мой Меч Судьбы? Только не подумайте, что я жадный. Будь у меня их два, я бы тут же преподнес вам один в подарок… А так… ну правда, у меня он такой один!

– Виноват, – невозмутимо отозвался Шэн Линъюань. Поначалу он хотел в двух словах объясниться, в чем тут загвоздка, но его путунхуа на этот подвиг опять же не хватило. Какое-то время он в молчании перебирал все знакомые фразочки, пока не ограничился одной короткой, которую древний демон произнес с некоторым оттенком извинения: – Он… мой…

От такого заявления Сюань Цзи аж опешил. Бывают же некоторые! Как ни погляди, на вид приличные достойные люди, а потом как пойдут наглеть, грубить и творить всякие… бесстыдства!

– Чей-чей, простите? – не без гнева поинтересовался он. – Я не ослышался?

– Он… мой… – Шэн Линъюань открыл было рот, чтобы объяснить получше, но, кажется, опять забыл нужное слово. Борьба была недолгой: не найдя подходящих фраз, древний демон перешел на привычный ему язык: – Это мои кости.

На этом моменте Сюань Цзи окончательно потерял дар речи. Впрочем, он тут же понадеялся, что, скорее всего, дело в языковом барьере. Да уж, проблема так проблема, немудрено ослышаться. Поэтому он обескураженно заметил:

– Да не, да быть не может… Я, наверное, просто не понял… Вы только что сказали, что мой меч… – тут Сюань Цзи изобразил обеими руками очертания меча, нарисовав их прямо в воздухе. – Да-да, вот эта широкая штука, которой рубят людей. Так вот, вы сказали, что это ваши кости? Правильно? То, что остается после смерти?

Шэн Линъюань чуть кивнул:

– Да, мои останки.

– А я тогда что? – вспылил Сюань Цзи, хотя его голос практически не изменился. – Элегантная урна ограниченного тиража?

На это Шэн Линъюань просто не ответил, и его лицо по-прежнему ничего не выражало. Скорее всего, он не понял, что ему пытаются втолковать.

– Я тогда бросился в огненное море Алой Бездны Чиюань, – помолчав, все-таки повел объяснения он. – После смерти мои кости сгорели не до конца, не рассыпались полностью в прах, осталось несколько фрагментов, хотя душа и тело рассеялись без следа.

Сюань Цзи больше не стал ничего говорить, а только подумал: раз демон утверждает, что бросился в Алую Бездну Чиюань… получается, да, получается (с учетом всех обращений Алоцзиня «ваше величество» и «Владыка людей»)… что перед ним и правда император У! Не может быть… но… нет, ошибки быть не может, он все услышал правильно. Раньше такой титул (если не считать мифических божеств древности) носил только он… Но как так вышло?