Чтение онлайн

– - Тогда я не должен больше говорить, - сказал Келеборн.
– Но не пренебрегайте сказаниями, дошедшими к нам из отдаленных годов, часто случается, что в бабушкиных сказках есть то, что нужно знать мудрецам.

Теперь с травы поднялась Галадриэль и, взяв у одной из своих девушек чашку, она наполнила ее белым медом, дала Келеборну.

– - Время выпить прощальную чашу, - сказала она.
– Пей, Господин Галадрима! Пусть ваше сердце не печалится, хотя

287

ночь следует за днем, а наш вечер близок.

Потом она поднесла каждому путнику чашу и попрощалась. Но когда они выпили, она велела снова им сесть на траву, для нее и Келеборна были поставлены сутлья. Девушки молча стояли за ней, пока она смотрела на гостей. Наконец она снова заговорила.

– - Мы выпили прощальную чашу, - сказала она, - и тень раставания легла меж нами. Но прежде чем вы уйдете, я дам вам подарки, которые Господин и Госпожа Галадрима предлагают вам в память о Лотлориене.

И она назвала всех по очереди.

– - Вот дар Келеборна и Галадриэль предводителю Товарищества, - сказала она Арагорну и дала ему ножны, сделанные в соответствии с его мечом. На них были изображения цветов и листьев из серебра и золота, а в середине жемчугом было выложено эльфийскими рунами название АНДРИЛ и родословная этого меча.

– - Лезвие в этих ножнах не будет сломано даже в поражении, - сказала она.
– Но не нужно ли вам еще чего-нибудь от меня? Меж нами опускается тьма, и, может быть, мы не встретимся больше, разве что на дороге, откуда нет возвращения.

И Арагорн ответил:

– - Госпожа, вы знаете все мои желания, и вы знаете о единственном сокровище, которое я ищу. Но не в вашей власти дать мне его, даже если бы вы захотели, и только через тьму смогу я пройти к нему.

– - Но, может, это облегчит ваше сердце, - сказала Галадриэль, - ибо это я могу дать вам, поскольку вы проходите через нашу землю.
– Она взяла большой зеленый камень, вделанный в серебряную брошь в виде орла с праспростертыми крыльями, когда она держала брошь, жемчужина сверкнула, как солнце в листве.
– Этот камень я дала своей дочери Келебриан, а та - своей, теперь он переходит к вам как символ надежды. И в этот час примите имя, предсказанное для вас, Элессар, Эльфийский Камень дома Элендила.

Арагорн взял камень и приколол брошь к груди, и те, кто видел его, удивились. Они не замечали раньше, как он высок и какой у него королевский вид: казалось, многие годы труда и усталости спали с его плеч.

– - За подарки, сделанные мне, благодарю вас, - сказал он.
– О Госпожа Лориена, от кого происходят Келебриан и Арвен Вечерняя Звезда. Какую большую хвалу я могу воздать?

Госпожа склонила свою голову. Потом повернулась к Боромиру. Ему она дала золотой пояс, Мерри и Пиппину она подарила серебряные пояса, каждый с пряжкой в виде золотого цветка. Леголасу она дала лук, такой, какой используют в Галадриме, длиннее и больше, чем луки Чернолесья, с крепкой тетивой из волос эльфов. К нему был и колчан со стрелами.

– - Для вас, маленький садовод и любитель деревьев, сказала она Сэму, - у меня лишь скромный подарок.
– Она вложила ему в руки маленькую шкатулку из гладкого серого дерева, без всяких украшений, кроме единственной серебряной руны на крышке.
– Здесь вырезана буква "Г" - первая буква имени Галадриэль, а также первая буква слова "сад" на вашем языке. В ящике земля из моего сада и все благословения, которые может дать Гладариэль. Мой подарок не поддержит вас в дороге и не защитит от опасности, но если вы сохраните его и вновь увидите свой дом, тогда, быть может, он вознаградит вас. Пусть все будет уничтожено и пустынно, но мало найдется в

288

Среднеземелье таких цветущих садов, какой будет у вас, если вы бросите на него эту землю. Тогда вы, может быть, вспомните Галадриэль и Лориен, который вы видели только зимой. Ибо наши весна и лето прошли, и их уже не увидишь на земле, разве только в памяти.

Сэм покраснел до ушей и пробормотал что-то неразборчивое, сжал ящичек руками и поклонился.

– - А какой подарок хочет получить от эльфов гном? спросила Галадриэль, поворачиваясь к Гимли.

– - Никакой, Госпожа, - ответил Гимли.
– Для меня достаточно было видеть Госпожу Галадрима и слышать ее прекрасный голос.

– - Слушайте, эльфы!
– воскликнула Галадриэль.
– Пусть никто больше не говорит, что гномы корыстолюбивы и невоспитаны! Но, конечно, Гимли, сын Глойна, и вы хотите, чтобы я вам что-нибудь дала. Назовите, прошу вас! Ни один гость не должен остаться без подарка.

– - Ничего, Госпожа Галадриэль, - сказал Гимли, кланяясь низко и заикаясь.
– Ничего, разве только... Если мне позволено будет сказать... Я прошу прядь ваших волос, которые превосходят золото земли, как звезды превосходят подземные драгоценности. Я не стал бы просить такой подарок... Но вы сами захотели узнать мое желание.

Эльфы зашевелились и зашушукались в изумлении, Келеборн удивленно взглянул на гнома, но Госпожа улыбнулась.

– - Говорят, искусство гномов в их руках, а не в языке, - сказала она, - но это не правильно в отношении Гимли. Никто еще не высказывал мне такой смелой и в то же время такой вежливой просьбы. И как я могу отказать, если я сама приказала ему говорить. Но скажите, что вы будете делать с моим подарком?

– - Беречь, как сокровище, Госпожа, - ответил тот, - в память о ваших словах, сказанных мне при первой встрече. И если я когда-нибудь вернусь к кузнецам моей родины, я помещу ваш подарок в горный хрусталь, и он станет наследием моего дома, залогом доброй воли между Горами и Лесом до конца дней.

Госпожа распустила длинную прядь, отрезала золотые волосы и положила их в ладонь Гимли.

– - Пусть слова мои пойдут вместе с подарком, - сказала она.
– Я не предсказываю, потому что любые предсказания теперь напрасны: на одной руке лежит тьма, на другой - только надежда. Но если надежда не обманет, то я скажу вам, Гимли, сын Глойна, пусть ваши руки будут полны золотом, но золото не будет иметь над вами власти.

– - А вы, Хранитель Кольца, - сказала она, поворачиваясь к Фродо.
– Я обращаюсь к вам последнему, хотя вы занимаете не последнее место в моих мыслях. Для вас я приготовила это.
– Она проятнула ему небольшой хрустальный сосуд. Когда она повернула его, из сосуда брызнули лучи белого света.
– В этом сосуде, - сказала она, - заключен свет звезды Ерендил, отраженный в воде моего фонтана. Когда вокруг вас сомкнется ночь, он будет светить по-прежнему. Он осветит ваш путь во тьму, когда все остальные огни погаснут. Вспоминайте Галадриэль и ее Зеркало.

Фродо взял сосуд и на мгновение в его свете увидел ее, стоящую, как королева, великую и прекрасную, но более не ужасную. Он поклонился, но не нашел слов для ответа.

Теперь Госпожа встала, и Келеборн отвел всех на причал.

289

Желтый полдень лежал на зеленой земле косы, а вода сверкала серебром. Наконец все было готово. Путники разместились в лодках, как раньше. Выкрикивая слова прощания, эльфы Лориена длинными шестами столкнули лодки в течение, вода подхватила их и понесла. Путешественники сидели неподвижно и молчали. На зеленом берегу у самого конца косы одиноко и молчаливо стояла Госпожа Галадриэль. А когда они проплывали мимо, то повернули головы и смотрели, как она медленно удалялась от них. Им казалось: Лориен уплывает вдаль, как яркий корабль, оснащенный мачтами-деревьями, плывуший к забытым берегам, а они беспомощно сидят на краю серой и безлесой земли.

И пока они смотрели, Сильверлоуд влилась в Великую Реку, их лодки повернули и быстро поплыли на юг. Скоро белая фигура Госпожи стала маленькой и отдаленной. Она сверкала, как окно при восходящем солнце, или как отдаленное озеро, видимое с гор: кристал, упавший на землю. И потом Фродо показалось, что она подняла руки в прощальном приветствии и ветер донес звуки ее пения. Теперь она пела на древнем языке эльфов за Морем, и он не понимал слов: но музыка была прекрасна... Но она не утешала его.