Чтение онлайн

Двигаясь вперед по инерции «Гордый» через 5–6 минут вторично подорвался кормой на соседней мине и быстро пошел ко дну. Катер МО № 306, сразу же после взрыва подошедший к правому борту эсминца, снял с него 73 человека. Чуть позже к гибнущему кораблю опасливо приблизился МО № 108 и принял только трех человек.

С эсминца удалось еще спустить шестивесельный ял, на котором вместе с девятью подобранными из ледяной воды моряками разместились двенадцать матросов и командир БЧ-2, в большинстве своем без бушлатов и головных уборов. Ориентируясь по небесным светилам, они совершили труднейший 85-мильный переход при попутном ветре и большой волне, идя под парусом и правя веслом (руль был сорван). Утром, когда показались финляндские шхеры, отвернули от них к югу и «замаскировались под рыбачью лодку». Пролетавший в полдень Ju-88 не обстрелял одинокую шлюпку. Около 17 часов видели вдали еще один самолет. Вскоре один окоченевший от холода матрос умер. На ногах держались только четверо: управлявший шлюпкой командир БЧ-2 и три матроса, поочередно правившие веслом и исполнявшие обязанности впередсмотрящего. Продолжавшийся в течение двадцати томительных часов поход закончился незадолго до полуночи у южной оконечности Гогланда. Команда маяка гостеприимно приняла измученных, голодных, полузамерзших моряков.

Из трех кораблей отряда в ВМБ Ханко дошел один только заградитель «Урал», но и его участь одно время висела на волоске. После взрыва минного защитника в левом параване «Гордого» командир заградителя застопорил ход, однако, убедившись в том, что эсминец продолжал движение, пошел за ним, придерживаясь правой кромки кильватерной струи. После первого подрыва «Гордого» Карпов сначала остановил машину, а затем стал медленно обходить эсминца справа. Когда оба корабля поравнялись, расстояние между их бортами не превышало 30 м. Стоявший на полубаке командир «Гордого» капитан 3-го ранга Е.Б. Ефет просил командира отряда заградителей капитана 1-го ранга Н.И. Мещерского подойти к борту и снять личный состав. В том же духе высказал свое мнение находившийся на мостике заградителя военный комиссар отряда заградителей полковой комиссар И.В. Колузаев. Но командир заградителя счел этот маневр невозможным, так как между кораблями обнаружили плавающую мину, на которую заградитель неминуемо нанесло бы при маневрировании переменными ходами. Мещерский также не согласился с предложением военного комиссара, тем более что катерам МО уже приказали снять личный состав эсминца.

Обстоятельства гибели эсминца «Гордый» 14 ноября. 1 — в 3.22 левый параван эсминца оборван взрывом мины; 2 — в 3.32 эсминец подорвался на мине левым бортом; 3 — в 3.38 эсминец вторично подорвался на мине и через несколько минут затонул

«Урал» прошел мимо накренившегося на левый борт «Гордого». Одновременно слева обнаружили силуэт шедшего самым малым ходом Т-215. Теперь все заботы командира заградителя свелись к вступлению в кильватер тральщику. К большому счастью, это удалось осуществить, благополучно пройдя между двумя рядами мин, имевшими опасное для заградителя заданное углубление. Пересекая затем заграждение И-57, Т-215 случайно попал в проход, очищенный от мин 4 ноября в районе гибели эскадренного миноносца «Сметливый». К рассвету проводка заградителя за тралом закончилась с ошибкой в счислении в полмили к северо-востоку.

Т-211 и Т-217 около 5 часов подошли к месту якорной стоянки «Сурового». В то время как личный состав эсминца пересаживался на Т-211, ВРИО командира Т-217, которому приказали снять личный состав Л-2, с трудом подошел на волне к стоявшей в полузатопленном состоянии подлодке, однако ни один человек не вышел наверх, чтобы принять бросательный конец. ВРИО командира Т-217 пытался подойти к Л-2 во второй раз, но не сумел развернуться на усилившейся пятибалльной волне и, не донеся на Т-211 о невыполнении приказания, запросил указаний. Ошибочно поняв, что личный состав подлодки снят, но не убедившись в правильности этого предположения, командир отряда, уже перешедший к тому времени на Т-211, приказал Т-217 вступить в кильватер флагманскому тральщику, в 5:42 направившемуся шестнадцатиузловым ходом к Гогланду.

На «Суровом» в последний момент открыли кингстоны и заложили глубинные бомбы. В 5:50. бомбы взорвались, после чего корабль быстро затонул. Все еще не решаясь уйти и в то же время не желая остаться в одиночестве, слабовольный ВРИО командира Т-217 через несколько минут решил догонять Т-211, бросив подлодку на произвол судьбы. В 6:15, когда Т-217 уже отошел от Л-2 на пять миль, за кормой послышался отдаленный взрыв. Можно предполагать, что на лодку нанесло плавающую мину, взрыв которой положил конец агонии личного состава. Из всего экипажа подводной лодки Л-2 спаслись только три матроса, случайно оказавшиеся на «Суровом» еще в то время, когда подлодка стала на якорь рядом с эсминцем, и ее корму при разворачивании по ветру навалило на корму миноносца. Затем подводники перешли на Т-211.

Около 10 часов Т-211 и Т-217 с катерами МО № 402 и МО № 409 вернулись к Гогланду, а в ночь на 15 ноября они перешли в Кронштадт для ремонта механизмов. Т-217 вошел в строй 18 ноября, а Т-211 — 25 ноября. Во временное командование Т-217 вступил командир ремонтировавшегося Т-204.

Чтобы ускорить проведение сильно затянувшейся операции по эвакуации гарнизона ВМБ Ханко, Военный совет КБФ 13 ноября приказал командиру ОВР сосредоточить у Гогланда сторожевые корабли, мореходные тихоходные тральщики и два-три транспорта, обладающие восьми-девятиузловым ходом с целью использования их для перевозки воинских частей из Ханко. Ранее выявленная пассивность надводных кораблей противника позволяло посылать слабо вооруженные малые корабли в наступавший период новолуния при условии, что среднюю часть маршрута они будут проходить в темное время суток.

В виду отсутствия угля на Гогланде и в Кронштадте, его пришлось доставлять из Ленинграда, для чего каждый раз требовалась помощь ледокола, так как Нева уже замерзла. Уголь перегружался с одного корабля на другой, некоторые корабли во время стоянки у Гогланда для экономии топлива переводились на дровяное отопление, дрова заготовлялись личным составом там же, на Гогланде. Поэтому только 18 ноября удалось сосредоточить у Гогланда первую группу тихоходных кораблей в составе сторожевого корабля «Вирсайтис», гидрографического судна «Азимут» и тральщиков «Дзержинский», «Менжинский», «Орджоникидзе», «Клюз» и «Волнорез». Командиром первой группы назначили командира 3-го дивизиона тральщиков капитана 3-го ранга Д.М. Белкова.

В то время когда корабли первой группы готовились к походу, в штабе КБФ обсуждался вопрос о причинах больших потерь, понесенных на минах при плавании в полосе фарватеров 10 ТБ-е и 10 ТБ-ж. На этом отрезке пути за время с 12 октября по 14 ноября вытралили параван-тралами, взорвалось в параванных охранителях и непосредственно под кораблями не менее 42 мин, причем от их взрывов семь кораблей погибли и один вышел из строя.

Такое большое количество встреч с минами, в основном, объяснялось тем, что корабли по различным причинам уклонялись в сторону от протраленной оси фарватера. Несмотря на то, что в наступившие осенние непогоды стало еще труднее попадать на эту ось при плавании по счислению, в штабе КБФ полагали, что противник ставит все новые минные заграждения на участке Кери — Вайндло, а потому целесообразно разведать возможность форсирования северной части Юминдского минного поля.

Находившийся на Гогланде командир ОВР Главной базы, получив распоряжение о подготовке к походу тихоходных кораблей, со своей стороны также предложил направлять их вдоль опушки финляндских шхер, где, судя по опыту сентябрьских и октябрьских походов подводных лодок, минная опасность была меньше, чем в полосе фарватера 10 ТБ.

Сторожевой корабль «Вирсайтис»

16 ноября в штабе КБФ разработали соответствующие новые рекомендованные курсы. Маршрут на участке Вайндло — Кери, рекомендованный 10 ноября, упразднили и вместо него предложили новый путь, почти совпавший с осью фарватеров 10 ТБ-е к 10 ТБ-ж. Он получил наименование маршрута № 1 или «южного фарватера». Еще один маршрут, проведенный непосредственно от Родшера (курсом 265°), стал называться маршрутом № 2 или «северным фарватером». На западе, на меридиане Хельсинки, оба эти пути сводились в общий узел, где начинался оставшийся в силе старый обходный маршрут.

По приказанию начальника штаба КБФ командир ОВР Главной базы 16 ноября поставил командиру 3-го дивизиона тральщиков задачу проведения минной разведки на маршруте № 2. Планом предусматривалось основную часть пути после острова Родшер пройти ночью, чтобы не демаскировать новый маршрут. Немедленно по приходе в Ханко следовало донести результаты разведывательного траления с указанием числа вытраленных мин и меридиана, до которого прошли с тралами. В случае обнаружения минных заграждений приказано возвращаться из Ханко по маршруту № 1 и произвести при этом траление между меридианами 25°00' и 25°27'. Если же мин на маршруте № 2 не окажется, то предполагалось возвращение этим маршрутом, пройдя с тралами между меридианами 25°40' и 26°20'.

Выйдя с рейда Сууркюля около 14 часов 19 ноября, первая группа тихоходных кораблей совершила переход в ВМБ Ханко в течение около 22 часов со средней скоростью в 6,5 узлов. Поставленную задачу разведывательного траления командир группы не выполнил из-за свежего юго-восточного ветра, а также вследствие ухудшения видимости, одно время не превышавшей 0,25 кб. Вскоре небо прояснилось, и на шедшем головном сторожевом корабле «Вирсайтис» (с командиром группы) определялись по зажженным финским маякам Седершер, Хармайя, Порккала и Юссарё; при этом каждый раз обнаруживался снос к северу.