Чтение онлайн

А. М. Протопопов — атаман новосадской общеказачьей станицы, 1941 г.

Таким людям Югославия не отказывала в подданстве, и в 1925 году Алексей Протопопов получил диплом инженера, югославское подданство, а с ним — чин майора запаса железнодорожных войск югославской армии. Чин майора соответствовал чину есаула, так что никаких особых привилегий Алексей Михайлович не получил.

Новый югославский подданный Алексей Протопопов проектировал и строил различные участки югославских железных дорог. Новая родина оценивала его работу по заслугам: еще до войны он был награжден золотой медалью «За ревностную службу».

Помимо государственной службы, Алексей Михайлович много времени уделял и казачьему движению. В 1924 году в городе Новый Сад он был избран атаманом местной казачьей станицы.

Все казаки, имевшие техническое образование или техническую военную подготовку, были сведены в Югославии с разрешения правительства в Донской технический полк, где есаул Протопопов был помощником командира.

Парад общеказачьей станицы в Субботице, 1935 г.

Безусловно, это является весомым подтверждением того уважения, которым пользовался Алексей Михайлович Протопопов в эмигрантских кругах Югославии, Болгарии, Чехословакии и других стран Европы, куда судьба закинула участников Белого Движения.

Но наряду с уважением, жизненные успехи способствуют и появлению низменных чувств. И эти чувства вышли наружу в 1947 году, в Кемеровском лагере для военнопленных, когда ряд подобранных свидетелей пытался сломить Алексея Протопопова, приписывая ему те поступки, которых он не совершал.

Однако двинемся далее. В 1925 году Алексей Михайлович женился на Марии Козуван, немке по национальности. Зная о том, что в жилах мужа течет немецкая кровь — по линии его матери Эльфриды-Ксении фон Медер, — она привлекла его к участию в работе Германского культурного общества, действовавшего в округе Марбург на Драу. В списках этого общества Алексей Протопопов стал числиться как «фолькс-дойч» — этнический немец. Несмотря на это, майор Протопопов выполнил весной 1941 года свой долг, встав на защиту Югославии.

Тем не менее, в октябре 1941 года он получил полноценное германское гражданство и когда в том же году немецкие власти стали проводить перерегистрацию мужчин призывного возраста, майор запаса югославской армии Алексей Протопопов был направлен в военный лагерь Цветтль, на курсы переподготовки офицерского состава. В сентябре 1941 года он был аттестован как капитан (гауптманн) вермахта.

А. М. Протопопов с сыном Николаем на руках. Белград, 1943 г.

Вскоре после того как Германия начала войну против Советского Союза, обстановка в Югославии резко дестабилизировалась, начались национальные, религиозные и политические междоусобицы. В первую очередь от них стали страдать никем не защищаемые семьи русских эмигрантов.

Глава русской эмиграции царский генерал-майор М. Ф. Скородумов, по рекомендации сербских властей обратился к германскому командованию с просьбой оградить русское население от бесчинств. После долгих переговоров начальник штаба главнокомандующего немецкими вооруженными силами на Юго-Востоке Европы полковник Кевиш направил генералу Скородумову предписание о формировании корпуса. В этот же день, 12 сентября 1941 года, генерал Скородумов отдал свой приказ о формировании Отдельного Русского корпуса [66] .

После венчания — А. М. Протопопов, супруга Ольга и теща А. Д. Грузевич-Нечай. Белград, 1941 г.

Гауптман Протопопов был направлен немецким командованием на формирование корпуса в качестве офицера связи и остался там после завершения формирования в должности главного интенданта. Это было наилучшим применением его возможностей: он имел большой опыт хозяйственной работы на строительстве железных дорог, прекрасно знал и строевую службу, и к тому же блестяще владел русским, немецким и словенским языками.

На этом важном посту Алексей Михайлович находился до 1943 года, нажил себе немало врагов, а когда обстановка в штабе корпуса обострилась, по требованию немецкого командования был назначен командиром учебной части, готовившей пополнение для Русского Охранного корпуса.

Вскоре часть во главе с гауптманом Алексеем Протопоповым была направлена на передовую.

Надо отметить, что форма одежды Русского Охранного корпуса была весьма необычной. Кадры его составляли в основном офицеры Русской Императорской и Белых армий, которые могли быть зачислены в корпус в основном на должности рядовых, унтер-офицеров и обер-офицеров. Поэтому на плечах у чинов корпуса были старые русские погоны, обозначавшие последний чин в русской армии, который в корпусе имел чисто моральное значение.

Чины и звания, занимаемые в корпусе, обозначались на петлицах. Обер-офицеры имели одну серебряную полоску, у лейтенанта — без звездочек. Обер-лейтенант имел одну, гауптман — две квадратные звездочки. Майор имел две серебряные полоски без звездочек, оберст-лейтенант — с одной, оберет — с двумя квадратными звездочками. У генерала на петлицах было по золотой полоске.

У остальных чинов звания обозначались угловыми нашивками из серебряной тесьмы на рукаве шинели или мундира.

Алексей Протопопов-младший перед уходом на фронт. Германия, 1944 г.

Такая форма обозначения чинов вносила известную путаницу: чин корпуса мог именоваться и подполковником (по знакам различия на русских погонах), и унтер-офицером (по знакам различия на рукавах). При отдаче приказов по корпусу существовала практика указывать должность и звание в корпусе, а в скобках — последний чин в русской армии.

С переходом 30 ноября 1942 года в состав вермахта эта форма одежды была отменена. Солдатам и офицерам выдали новое немецкое обмундирование с немецкими же знаками различия.

Все это и привело к тому, что на следствии и в суде свидетели указывали разное служебное положение и чин Алексея Протопопова: кто запомнил знаки различия на русских погонах, кто — на немецких, кто — на петлицах. Будучи кадровым офицером вермахта, прикомандированным к Русскому Охранному корпусу, он мог носить обмундирование по собственному выбору: или присвоенное корпусу, или присвоенное вермахту.

26 декабря 1943 года после тяжелого ранения в голову гауптман вермахта Протопопов был отправлен в немецкий госпиталь № 921, дислоцированный в Белграде. 31 января он был переведен в Регенсбург, в госпиталь № 554, потом снова в Белград. Командование Русского Охранного корпуса, отчислив 26 июня 1944 года гауптмана Протопопова по состоянию здоровья, направило его в распоряжение немецкого штаба. Последний распорядился передать Протопопова с июля 1944 года в распоряжение Главного управления казачьих войск, под командование генерала от кавалерии П. Н. Краснова, для выполнения задания по формированию XV казачьего кавалерийского корпуса.