Чтение онлайн

8. Самоактуализация предполагает выявление собственных психологических защит и преодоление их. Маслоу описывает такую психологическую защиту, которая не описывалась ранее, – деритуализацию. Под этим автор понимает снятие покрова святости с ценностей и добродетелей, более легкое к ним отношение. Самоактуализация означает отказ от этого механизма защиты, обучение и принятие реритуализации, означающей желание иметь возможность увидеть святое, вечное, символическое.

По мнению Абрахама Маслоу, самоактуализирующиеся личности составляют всего один процент населения и являются образцом психологически здоровых людей, разительно отличающихся от большинства.

Согласно Маслоу, самоактуализация – это, скорее, постепенное накопление незаметных приобретений, чем один миг, это продвижение скромными шагами. Путь к самоактуализации открывается лишь после удовлетворения таких его насущных потребностей, как физиологические потребности в защищенности, в хорошем отношении, в уважении. Если эти потребности не удовлетворены, то самоактуализация невозможна (потребность в самоактуализации является вершиной «пирамиды потребностей», разработанной Маслоу, наиболее высокой точкой в их иерархическом ряду). Большинство людей останавливается на уровне поисков защищенности и хорошего отношения, поглощающих всю их энергию.

Резюмируя исследования Абрахама Маслоу, следует отметить, что его исследования оставили первоначальный фундамент для трансперсонального направления в психологии и передали в это направление гуманистическую традицию и этику, без которых призыв к всеобщему преодолению всего и вся мог бы нести негативный для психологии заряд. И, несмотря на критику первоначального проекта Маслоу в недавней работе Х. Феррера (Феррер, 2004), его вклад в психологическую науку трудно переоценить. Это, во-первых, формулирование принципов трансперсональной психологии (и здесь важно описание пиковых переживаний как не являющихся патологическими), во-вторых, разработка теории самоактуализации, ее структуры, путей ее достижения, в-третьих, пересмотр теории инстинктов и анализ человеческих потребностей.

Трансперсональная психология, как и другие крупные проекты психологии, родилась конечно же не на голом месте. И мы не можем понять трансперсональную психологию, наблюдая только внутреннюю логику развития психологии от Фрейда к другим направлениям – постфрейдизму, бихевиоризму, аналитической психологии Юнга, экзистенциально-гуманистической психологии, а затем трансперсональной психологии. В настоящее время от этого проекта обособился Кен Уилбер, который придумал пятый проект, названный им интегративной психологией. В нем он, критикуя недостаточность трансперсонального подхода, объединил вообще все предшествующие психологии в интегральном проекте. А затем появились критики Уилбера (такие, как Х. Феррер) и его реформаторы (такие, как В. Козлов, см. [130]). Это одна логика, которая рисует процесс изнутри.

Для того чтобы понять трансперсональную психологию, нам нужно смотреть на трансперсональное намного более масштабно. Что такое трансперсональное в истории и культуре? В чем его особенности и сущность? Даже если мы ничего об этом не знаем и прочитали только хотя бы одну из книг Грофа, мы уже начинаем интуитивно понимать, что трансперсональная психология – это психология, основанная на намного более обширных эмпирических фактах и предлагающая намного более обширную картографию, чем это принято в академической психологии, базирующейся на Фрейде, бихевиоризме и т.д.

Но когда мы смотрим более масштабно, мы видим, что именно в то время, когда была сформулирована трансперсональная парадигма, произошли существенные, даже тектонические сдвиги в человеческой культуре. А именно: культура впервые в истории человечества поняла, что она может управлять своим собственным развитием, направлять это развитие. Возникло представление об эволюции эволюции. До этого эволюционные процессы воспринимались в ключе эволюция видов Дарвина, развитие человечества воспринималось как некий естественный процесс. Глубинная психология дала нам понимание, что развитием можно управлять. Это повлияло абсолютно на все сферы жизни.

В 50-е годы ключевыми темами в американской культуре стали темы битничества: темы дороги, пути, путешествия. Почему идеи странствия стали так притягательны? Потому что путешествие – это своего рода архетип познания нового. Вся литература разрабатывает эту идею. И то, что в истории американской культуры идеи путешествия стали столь основополагающими и притягательными, говорит о том, что культура созрела для большого путешествия, для большого изменения, которое накапливалось, накапливалось и, наконец, началось.

Прогремела рок-революция, когда совершенно новую музыкальную весть принесли прежде всего Битлз, Роллинг стоунз, Пинк Флоид и некоторые другие группы. Новые мелодии, новые темы совершенно интимной, задушевной лирики, необычайной близости, смелости лично думать обо всем – вот что так притягивало в их песнях – личное послание, свободное мышление.

В России примерно в это же время, в 50-е, происходит рождение бардовской культуры, полноценно развившейся в 60-е годы: Ким, Клячкин, Окуджава, Кукин, Высоцкий. В ней также притягивал личностный, свободный взгляд на мир. То, что было неведомо прежней, отцовской патриархальной культуре.

Одновременно с этим в Америке происходит психоделическая революция, когда десятки миллионов людей получили психоделический опыт, с переживанием необычных состояний сознания. Это сильно повлияло на американскую, европейскую и всю мировую культуру.

Чуть позднее в недрах культуры зреет затеянный в свое время Ницше бунт против ограничений культуры. Мы знаем эту линию проявления трансперсонального проекта под именем контркультуры 60-х. Даже сейчас нам трудно назвать и как-то интегрально определить этот процесс, и мы можем пытаться восстанавливать его по отдельным явлениям. Мы знаем, что 1968 год – это пик контркультуры. Только что прошли волны битничества, хиппи, психоделической революции, музыки «Битлз», войны во Вьетнаме, которые прорвали национальные границы, познакомили молодежь Запада с новой, глобальной реальностью, проявленной вихрем информационной революции, и показали хрупкость и взаимосвязь многообразных форм разумной жизни во всех уголках планеты. По Америке прокатилась очередная коммунитарная волна, на гребне которой создаются духовные коммуны, происходят масштабные эксперименты с новыми стилями жизни и поиски новой общности людей, пытающихся прорваться через ограничивающие стереотипы, вскормленные традиционным семейным укладом и здравым смыслом. Через эту масштабную практику преодоления оков и табу прежней патриархальной цивилизации, практику, которая вовлекла в себя десятки миллионов людей, и происходило конкретное, через ткань повседневной жизни, посвящение в сознание как в совместное бытие в новом ценностном горизонте, трансцендирующем эгоизм, индивидуализм и европоцентризм.

Поэтому неудивительно, что в рамках цеховой, клановой структуры, которой является любая профессиональная деятельность, например психология, возник колоссальный профессиональный запрос на осмысление всего этого. Новое видение человека в трансперсональной психологии было основано на этом уже свершившемся колоссальном общественном опыте.

Таковы исторические, культурные и системные истоки трансперсональной психологии. С одной стороны, она возникла как развитие линии глубинной психологии, с точки зрения логики глубинной психологии – как все более разностороннее и развернутое понимание глубины. С другой стороны, она стала ответом на социальную ситуацию, которая тоже готовила эти изменения. С третьей стороны, трансперсональная психология – это современная реализация того, что мы называем трансперсональным проектом в истории культуры. Потому что, если мы смотрим на трансперсональную психологию с сущностной стороны, будучи не ограничены принадлежностью к психологии, а рассматривая это более широко, как преодоление любых ограничений, мы видим, что древнейшей формой трансперсональных практик был шаманизм как исторически первая известная нам практика выхода за пределы известного. Шаманы были первыми мастерами трансценденции и экстаза, входящими за горизонт обычной жизни в мир духов.

Впоследствии такого рода трансперсональные практики проявлялись в многочисленных формах. Важнейшим проявлением трансперсонального проекта стали мировые религии, которые показывали, как выходить за пределы обыденного, и говорили нам, что наш мир не ограничен материальным, только тем, что мы воспринимаем с помощью своих органов чувств, потому что сами наши органы чувств работают в очень узком диапазоне, и что реальность намного больше, и можно вступать в контакт с этой намного большей реальностью, практикуя определенного рода методы, практики, молитву, умонастроение, получая новые откровения, освобождая себя от шор, устраняя преграды. Контакт с этой большей реальностью целителен для тела и для духа.