Чтение онлайн

— Я уважаю вашу любовь к своему роду войск, адмирал, — стальным голосом отозвался Ривиодо, — но нам предстоит война с народами, между уровнем техники которых и нашим — пропасть.

— Извините, однако я не позволю говорить о галатионском флоте в подобном тоне. — Адмирал нервно одернул форменный синий китель с железными наплечниками и двумя перекрещенными портупеями, украшенными тремя медалями.

— Уймитесь оба, — перебил его князь, — решение принято. Вы сами говорите, дорогой Ривиодо Гре, что времени осталось немного, так что поторопимся и сделаем ставку на привычные и проверенные в боях корабли.

— Но мы должны двигаться вперед, господин… — воскликнул Ривиодо. Его обычное спокойствие словно рукой сняло.

— Все! — оборвал князь. — Разговор окончен.

Ривиодо Гре бросил взгляд в сторону остальных военачальников и готов был поспорить, что у тех самодовольно сверкнули глазки. Этого выскочку задвинули, есть чему порадоваться.

Слегка поклонившись, Гре ринулся прочь.

Ривиодо Гре заперся в кабинете, находившемся в башенке на крыше особняка, и метался из стороны в сторону, будто пойманный зверь.

Немыслимо! Зарубить такое перспективное новшество одним махом из-за какой-то блажи! А ведь Ривиодо уже представлял тот ужас, который испытают враги, когда на головы им повалятся пороховые бомбы. У них даже оружия против воздушной атаки нет, пушки дулом кверху не задрать, не приспособлены они к этому. Останется только из винтовок палить, так это не страшно: Ривиодо распорядился укрепить нижнюю часть каркаса толстыми досками. Он организовал обучение экипажей «воздушных судов» на специальных базах под началом отборных короедов. И что же теперь? Этот… этот… князь… решает прекратить производство! Просто так! Потому что он на досуге поразмыслил и пришел, видите ли, к выводу! Они ему, видите ли, не внушают доверия!

Ривиодо Гре отхлебнул остывший хоко прямо из кувшинчика.

Стоит велетрийцам и хотам быстро сориентироваться и организовать должную оборону — и все. Все! Дело, на которое Ривиодо угробил всю свою жизнь, пойдет прахом. В такой ситуации на чашу весов островитянам нужно класть все, что у них есть, а отказываться от весомого груза просто глупо.

О нет, Ривиодо Гре не позволит все испортить одному из тех многих князей, которых успел повидать на своем веку, да еще и тому, кто занял место правителя не без его помощи и помощи короедов. Ривиодо сумел убрать с дороги правителей Велетрии и Хоты, неужели ему не удастся подвинуть с дороги еще одного!

Лишь только он принял решение, злость мгновенно сменилась холодными размышлениями. Ривиодо Гре перестал метаться по кабинету, присел за стол и позвонил в колокольчик.

В башенке тут же появился слуга.

— Принеси мне горячий хоко и десерт, — буркнул Гре.

Когда все это появилось на столе, Ривиодо жестом изгнал слугу и, наслаждаясь терпким ароматом хоко, погрузился в раздумья.

А подумать было над чем. Княжеская семья Кэро казалась незыблемой, как сами острова. Ее представители грызлись между собой, но все распри быстро забывались, стоило только другой семье чрезмерно возвыситься. За более чем вековое правления они разбили семь кланов. Сейчас Ривиодо не видел семьи, способной потягаться с Кэро. К тому же большинство военной верхушки, безусловно, примет сторону правящего клана: к чему им что-то менять, если они и так на высоте? А главное, гражданская война заберет слишком много воинов накануне штурма континента, да и бесценное время будет упущено. Оставалось искать подходящую кандидатуру внутри семьи Кэро и постараться устроить переворот как можно тише.

Ривиодо Гре потеребил ус. Непростая задачка. Он сделал глоток хоко и отправил в рот засахаренный орешек.

Тридцативосьмилетний Гардо-Кэро был самым старшим мужчиной в семье из тех, что имели право на престол. Своих детей у Гардо не было. Тем лучше. Получается, что на титул князя могли претендовать восемь наследников разных возрастов, старшему из которых исполнилось двадцать три года, младшему — три. Но князем мог стать любой из них независимо от возраста. Так уж заведено. Наверное, именно из-за данного обстоятельства правление этой семьи всегда отличалось таким количеством братоубийственных войн.

Далеко не последнюю роль в этой семье играли женщины: бабушки, тетушки, жены давно убитых князей, матери и сестры. В отличие от вспыльчивых и неуемных, даже для островитян, мужчин, женщины семьи Кэро всегда отличались благоразумием, рассудительностью и тонким умом. Частенько именно они дергали за те ниточки, что заставляли мужиков Кэро сшибаться лбами.

Насколько знал Ривиодо Гре, и сейчас в семье была женщина, способная помочь ему в смене власти. Леат-Кэро — вдова одного из поверженных и казненных Гардо князей и мать потенциального наследника, семилетнего Кано-Кэро. Тридцатитрехлетняя Леат пользовалась уважением в семье, так как имела репутацию благочестивой, скромной женщины, но Ривиодо имел удовольствие беседовать с ней пару раз и заметил, что за этим фасадом скрывается умный, хитрый и сильный человек. Главное для Ривиодо было то, что после смерти мужа Леат держалась особняком и не была тесно связана ни с одной из группировок родственничков, что существенно упростит дело. Ну, а отсутствие силы, способной поднять Леат и ее сына на вершину власти, Ривиодо способен возместить. Если она захочет рискнуть, то будет иметь все шансы протащить сына на престол. И можно будет обойтись без лишнего шума, ведь самому семейству Кэро ничего не грозит, а юный родственник на престоле позволит многим Кэро рассчитывать на собственное скорое возвышение.

Была и еще одна причина избрать в качестве союзницы именно Леат. Дело в том, что вражда мужчин Кэро не распространялась на женщин. Вдовы погибших князей продолжали спокойную жизнь на фамильных землях и растили наследников. С другой стороны, и сами они по традиции не испытывали к победителям ненависти. Да и зачем? Замуж девушки выходили не по доброй воле, а принадлежность к Кэро возносила их на высшие ступени в иерархии островов, позволяла купаться в роскоши и внимании фаворитов. Однако Леат-Кэро была другой. Она действительно любила мужа, и с его смертью мир для молодой девушки рухнул. Леат с двухлетним сыном уехала тогда в самый отдаленный особняк Кэро на острове Цемио, дабы уединиться со своим горем в стороне от семейных дел. А значит, у нее имеются причины ненавидеть нынешнего Великого князя. Лишь изредка Леат появлялась в обществе, да и то по серьезным поводам, когда отсутствовать считалось просто неприлично.

Громкая и торжественная подготовка к походу стала именно таким поводом, собравшим на родном острове князя Рио-До весь цвет общества Галатионского архипелага.

Оставалось выяснить, захочет ли дворянка пуститься в столь опасную авантюру. При этом действовать нужно было бесовски осторожно. Одно лишнее слово, одно неверное движение — и Ривиодо Гре не спасут от виселицы даже многочисленные заслуги.

— Прошу вас, господин Ривиодо Гре, — произнес слуга, широким жестом указывая на железные ворота, так искусно выкованные, что они казались невесомыми, но в то же время их медленное тяжелое, движение говорило о мощи.

Ривиодо прошел по узкой, мощенной камнем дорожке между огромных вековых кедров и скрылся за высокими дверями.

Согласившись на встречу, леди Леат указала на небольшой особняк в самом центре труднопроходимого плато острова Рио-До, где особняков едва ли меньше, чем каменных валунов. С другой стороны, в этот день на восточном побережье был запланирован парад пехотных частей с острова Цемио — самых отчаянных головорезов архипелага. Значит, Самон Сальда сумел должным образом намекнуть леди на характер разговора, раз она выбрала именно это время и это место. Во-первых, на плато постоянно ошиваются уймы высокородных граждан, а во-вторых, большинство из них сейчас находятся на параде, то есть встреча не вызовет ни у кого лишних подозрений, но и не привлечет лишних глаз. Леат-Кэро действительно умна.

Миновав обширное крыльцо, обставленное мебелью, Ривиодо, следуя за слугой, вошел в небольшую комнату с одним окном, столом и полками по стенам, заставленными статуэтками.

За столом сидела женщина в элегантном темном платье с открытыми плечами, волнистые светлые волосы были убраны в аккуратную прическу. Завидев гостя, она вежливо улыбнулась, но лишь губами, и встала из-за стола.

— Добрый день, — произнесла она, взмахнув веером в сторону глубокого кресла напротив.

— Рад снова лицезреть вас, госпожа, — ответил Ривиодо с легким кивком. Он подошел к креслу, дождался, пока вернется на место Леат-Кэро, и тоже присел.