Чтение онлайн

— Зачем вам это поместье? — вмешала Кристина. — В глухом лесу, крохотное, да еще и далеко от цивилизации. Ладно, чудовища больше нет, но лучше и привлекательнее поместье то этого не стало.

— А вы, анасарана, простите, кто? — приподнял брови король.

— Я… — кашлянула Кристина. — Сестра анасараны Ле из ее мира!

— Так вот, анасарана, сестра из чужого мира. Вы, должно быть, заметили, какая чудесная погода царит в Чернолесье? Вечное лето. Бесконечное чудесное лето. А за пределами этого леса во всей остальной стране в данный момент морозная и многоснежная зима. У меня в дилижансе несколько шуб и теплая обувь. Не верите? А зря. А королю, знаете ли, иногда так хочется отдохнуть. И желательно на природе. В теплом солнечном месте. Я даже придумал приказать вырубить часть леса и создать озеро с песчаным берегом…

Этот меркантильный тип собирается превратить мой дом в… курорт для себя любимого? И поэтому планировал выгнать владельца в бродяги, в свою студеную зиму, а сейчас откровенно радуется его приближающейся смерти?

— Вы что-то перепутали, Ваше Величество, — улыбнулась я как можно вежливее. — У нас нет вечного лета. И погода крайне нестабильная. Сейчас тепло, через минуту может выпасть снег. Видите, какая мокрая и жухлая трава? Еще сегодня тут был снег. Посмотрите на деревья. Похоже это на весну? Жизнь тут может быть крайне невыносимой.

Король смотрел на деревья, словно только сейчас заметил их обнаженные от листьев сухие скрючившиеся ветки.

А я с наслаждением потянулась внутренне к этому лесу, к черному небу с тысячами дырочек-звезд, к ветру и облакам. Курорт, значит? Будет вам курорт.

Сначала потянуло холодом. Зашумели голые безжизненные ветки над головами присутствующих. Завыл голодным волком ледяной ветер. Упала с неба и затанцевала перед лицом короля одинокая снежинка. Затем прилетела вторая. Третья. И вдруг повалил густой и липкий снег.

Спутники короля заволновались, по толпе из конца в конец пробежался нервный шепоток.

— Ой! — притворно охнула я. — Опять зима! Представляете? И так несколько раз на день.

Король уже зябко ежился и обхватил себя руками, пытаясь сохранить остатки тепла под промозглыми и резкими порывами ветра.

Снег облепил ветки деревьев, застелил землю белыми простынями, пригоршнями прилетал в лица людей. На месте бездыханного дедушки-Люта образовался высокий сугроб. С содроганием я увидела, как преждевременно и символично укрыл снежный саван с головой моего еще пока живого мужа.

— Понял, — выдохнул король раздраженно. — Преувеличили мои предки значимость этого места. Надо было мне сначала самому выяснить, стоит ли оно трудов и затрат. Хорошо, я возвращаюсь в столицу. Но время позднее, анасарана, и дороги только что стали непроезжими. Вы не откажете в ночлеге своему королю и его свите?

— Не откажу, — сказала я, успокаиваясь, а вместе со мной успокаивалась вьюга.

— Вот и отлично. Все направляемся в поместье! Тушу чудовища бросьте пока тут. Поутру, если позволит погода, вернемся за трофейной головой. И прихватите анасара Ле, — небрежно бросил король спутникам. — Окажем умирающему хозяину последние почести.

Длинная, растянувшаяся по дороге процессия слишком напоминала похоронную. Шествие возглавляли две пузатые, запряженными лошадьми повозки на деревянных колесах, уже с трудом прокручивающихся в слое липкого скользкого снега. Или, как назвал их король — дилижансы. В первой укрылись от непогоды и мороза сам король и часть его приближенной свиты вместе с охотником. Во второй везли Ёна, за которым присматривал лекарь.

Дорога, узкая, грунтовая, как оказалось, проходила всего в нескольких сотнях метров от места ранения Ёна. Именно по ней, как я теперь понимала, и путешествовал в столицу Жу Даль. Ба Иль Яр с ленивой улыбкой рассказал, что дилижансов в королевском «поезде» намного больше, около десяти, и все на полозьях, кроме этих двух, специально захваченных для «курортной зоны». Но их пришлось оставить на границе алуярской зимы и нашего лета, когда с дороги пропал снег, и передвигаться на местных санях стало невозможно. Поэтому спутники короля вынуждены были идти пешком. И если до встречи с нами это была легкая оздоровительная прогулка, то теперь незваные гости едва превозмогали лютый, бьющий в лицо ветер и колкий снег. Усмирять локальный ледяной апокалипсис я не собиралась, напротив, усиливала бушующую вьюгу по мере того, как мы приближались к поместью. Пусть в излишне предприимчивой и жаждущей чужого имущества голове монарха укрепится мысль — в «Чернолесье» соваться не стоит. Даже если очень хочется.

Нам с Кристиной и Лютиком метель не мешала, незаметно для окружающих обтекая со всех сторон. Лютик молчал, с трудом пробираясь через стремительно растущие сугробы. Я подхватила ребенка на руки, и он тут же схватился ручками за мамину шею, склонил голову и засопел мне на ухо.

Кристина злилась. Наши кроссовки начерпали снега и неприятно холодили кожу. Но блондинку, кажется, раздражало вовсе не призванное раз и навсегда отвадить короля ненастье, она прекрасно понимала, для чего я это делаю. Ее нервировало что-то другое.

И когда блондинка, задумавшись, машинально обернулась назад, где за стеной снега и деревьев зима хоронила восьминогого пришельца из других миров, я поняла, наконец, насколько схожи наши мысли.

Мы обе думали о своих мужьях.

Только ее любовь была жестоко уничтожена в этом мертвом лесу.

А моя вот-вот погибнет.

Как ни старалась, я не смогла вызвать в себе ни капельку сочувствия к убитому свёкру. Было жалко Кристину. Но не старого Люта, едва не прикончившего меня и погубившего родного сына. Туда ему и дорога, безумцу, и пусть король поутру забирает его голову и приколотит ее над камином, или где там еще вешают свои трофеи короли.

А Кристина однажды поймет, что лучше вот так, чем быть растерзанной самой. У нас обеих не будет мужей, зато есть Лютик, чудесный ребенок, наша надежда и отрада.

Этого достаточно.

Нет. Не достаточно. Я проглотила ком, передавивший горло, а вот слезы убрать уже не могла. Руки были заняты, обнимая притихшего сына. Глаза жгло от соленой жидкости. Я на миг запустила в свое защищенное пространство колючий ветер и снежные ляпушки, подставляя им разгоряченное лицо. Стало чуточку полегче.

— А если его прибить? Вот прямо сейчас? — спросила вдруг Кристина.

— Кого?

— Короля.

Я чуть не споткнулась.

— Зачем?

— Он хочет отобрать поместье! — выплюнула Кристина.

— Так ведь уже не хочет.

— Всё равно. Он, видите ли, решил сам избавить нас от чудовища! Кто его просил? Зачем он вообще явился? Понятно, зачем, но почему так не вовремя? Видите ли, его люди услышали шум сражения! И что, надо всей толпой нестись в лес и сразу, не разобравшись, стрелять? Еще и машина моя ему приглянулась! Мерзавец.

После того, как Ёна укутали одеялами, чтобы согреть и скрыть наготу, а затем погрузили в сани-дилижанс, король вдруг заинтересовался Кристининым автомобилем, так и стоявшим чуть поодаль между деревьями. На кучу моего «приданого», чудом уцелевшего после схватки двух Лютов, он внимания не обратил, посчитав, видимо, лесной свалкой. А вот в машине быстро угадал средство передвижения. Наверно, наличие колес подсказало.

— Какая любопытная форма, — поцокал король языком. — Сколько требуется лошадей, чтобы сдвинуть это с места?