Чтение онлайн

Когда Гнездо уже было основано, отцы-основатели начали посылать экспедиции к подножию Язвы. Члены экспедиции вытаскивали из останков древнего и могущественного государства самое разное – знания, материалы, артефакты, туши иномировых созданий, изредка настолько чуждых пониманию, что реальность буквально выдавливала их из себя. Иногда Язва могла выплюнуть и кого-то разумного, или когда-то бывшего разумным. И ещё реже бывало так, что этот разумный нес с собой артефакт из другого мира.

Именно такой артефакт и заимел себе Освальд. В отчётах выяснилось, что гурры экспериментировали с самыми первыми осечками Орудия, и два раза вытаскивали оттуда артефакты. Первый артефакт был похищен ещё во время Летней Войны, и его след теряется где-то в государствах нынешнего Второго Круга. А вот насчёт второго ничего понятно не было. Известно, что артефакт в виде перевернутой пирамиды высотой два метра хранился под огромной охраной, что его исследовали, даже успели дать название – Каменная орхидея. Как можно связать огромную пирамиду из белого камня, которая стоит исключительно на вершине, основанием вверх, с цветком – понятия не имею. В любом случае, Каменная орхидея в один прекрасный момент пропадает из отчётов. Примерно в тот период, когда, по воспоминаниям Ранфа, Освальд предпринял вылазку в Гурр, во время Битвы Девятнадцати Королей. Чуть позже этого периода месячный отчёт, составленный неким Палаческим комитетом, изрядно потолстел. Это я так, к слову.

Если кратко – Освальд сумел своровать из-под носа у гурров не абы что, а иномировой артефакт. Неизвестно, по каким принципам он работает, как именно работает, но с высокой вероятностью можно заявлять, что именно он даёт Освальду бессмертие. К величайшему сожалению, практически ничего более существенного добыть из мертвого города не удалось. Разве что обрывок одного из ответов – учёные Гурра писали, что Каменная орхидея для активации требует крови и поцелуя. Крови ладно, но поцелуя? Каменная пирамидка, блин.

Для решительных действий критически не хватало информации. Потому за жарким спором было решено, что действовать будем буквально напролом. Добывать и анализировать информацию прямо в бою. А для этого желательно расширить штат.

А потому на следующий день мы напрягли Эда на предмет связи с Ральфом и Сэроном. Нам требовался выход на его босса.

Никаких проблем у нас с этим не возникло – этим же вечером мы встретились с Фалько, оказавшимся не типичным авторитетом, а вполне представительным господином. И встретились мы не в притоне, а в людном и довольно недешевом ресторане Пляски. Пока мы договаривались о присмотре за нашей лавкой и продаже рецептов наших леденцов, Эдвин окучивал давних друзей на предмет небольшой, но очень злой войнушки. И нам, и ему все удалось. По итогам переговоров люди Фалько будут присматривать за нашей аптекой и торговать там, мы же за немалую мзду передаем рецепты леденцов, а пара боевых сонитистов, у которых, как выяснилось, был уже давненько заточен зуб на Тысячу Глаз, переходят в распоряжение сэра Ранфа. Повезло, что как-то давно старый крыс мимоходом спас его сестру – Фалько ради Ранфа был готов на многое.

Интересно, так ли сложно завести культ личности?

***

Наше прибытие в Санго вряд ли смогли зафиксировать многие. Может, дрогнул где-то регистратор возмущений реальности, и все. Заметить ночью темную вспышку портала в Тень практически нереально.

Вышли мы всей группой, как раз к руинам Башни Наемников. Тут были все, кто нам нужен, и даже чуток сверху. Я и Лира, Эдвин и Гиз, Ранф с Фелицией, Артуро и Афина. Ой, прошу прощения, Сольпуга и Короед. Также тут были Гриф, сверкающая глазками Малиновка, Базиль-Коршун, Орёл и Сорокопут. Не из первоначального состава – Бас (Сэрон) и Звон (Ральф). Также, что было для всех неожиданностью, Корвус каким-то образом прознал про наше объединение и выделил в помощь нашего старого знакомого – дхазула Арно. Тот, недолго думая, отозвался Черепом.

Да, плакала мечта Ранфа о том, что все позывные будут в честь птиц.

Дел конкретно сейчас было не очень много – нам надо было найти перевалочную базу, и для этого Санго подходил просто прекрасно. Большой город – раз, не является столицей Валирима – два, большое количество ещё вчерашних наёмников, которые отвлекают на себя полицию – три. Из минусов то, что как раз из-за наемников полиции тут, мягко скажем, немало.

— У меня была небольшая база в городе, на всякий случай, – тихо сказал нам всем Ранф, – Направимся туда.

Мы специально выдвинулись из города в эдаком городском камуфляже. Это не значит, что мы были в прототипе “цифры”, нет, просто мы все одели лёгкие куртки и брюки, вся одежда была неброской и прочной. Также мы не стали прятать огнестрельное оружие, а Лира вообще оделась в свою черную хламиду, а на шляпу пристроила Чёрное перо. В общем, таким образом мы неплохо замаскировались под самый обычный отряд охотников из Горелоземья. Выделялся только Арно, но быстро оказалось, что дхазулы все же способны вывернуть ноги как человек. Другой вопрос был в том, что ему так неудобно, но для дела он был готов потерпеть.

На всякий случай мы разбились на две группы, и разными путями пошли к цели – заброшенный и полуразрушенный особняк на краю города, аж за трущобами. В “моей” группе были я, Лира, Ранф, Гриф и все новички. Мы без каких-либо проблем прошли по тихим улочкам Санго до самых трущоб.

Знаете, подспудно ожидаешь тут увидеть что угодно – черные облака, сыплющие на головы страдающим жителям долины раскалённый пепел, повсюду виселицы, плахи, абсолютно каждый сантиметр стен занят флагами Тысячи Глаз, поля выжжены, леса вырублены, само волшебство всей долины извращено… Но нет. Ничего подобного. Из перечисленного худо-бедно подходил только пункт с флагами, но и то я его гипертрофировал до невозможности. Флаги тут действительно были, но, во-первых, даже не на каждом здании, а во-вторых, флаги принадлежали не Тысяче Глаз, а Валириму – черный флаг с белой змеёй на фоне белой же ладони. Видимо, подразумевалось, что человек возносит змею. В моем прошлом мире это было бы сомнительно, но тут это было довольно символично – в этом мире змеи не несли негативного оттенка, а символизировали одновременно мудрость и готовность защищать себя и свои идеалы. Флаг буквально говорил – не лезь к нам.

А в остальном Белая Долина, ну, по крайней мере Санго, была в порядке. Деревья зеленели, некоторые балкончики уже увивали сочные побеги цветущего плюща, кое-где висели веселые флажки, нигде не было следов пожарищ, выбитых стекол, разоренных магазинов. Не было ни виселиц, ни плах, ни банальных трупов на улицах. Не было даже туч с пеплом, ночь вообще была ясная. Мы, с нашим ночным променадом, даже не сильно выделялись – кроме нас на улице встречались и другие люди, иногда одиночки, иногда похожими отрядами охотников.

Так что дошли мы без проблем и даже без гнетущей атмосферы. И даже вечно проблемные трущобы миновали, не встретив ни единого выпивоху или маргинала.

Проблема была в особняке. Он был занят.

— И как это понимать? – с усталостью в голосе спросил Ранф. То была не физическая усталость, а скорее моральная – примерно с такой интонацией я в свое время жаловался на самых рядовых противников в видеоиграх, когда уже был достаточно силен, – Я специально такое выбирал. За городом, заброшенное, выглядит намного хуже, чем есть на самом деле. А как я вмешивался в работу комиссии ведьм, чтобы они поставили здесь знак проклятого места… Все же кого-то этот знак не испугал, надо же.

Вся наша группа собралась воедино у стен особняка. Вторая группка пришла быстрее, но ждала неподалеку – требовалось личное присутствие Ранфа. Все же какая-никакая, а бывшая база, специально предназначенная для вот таких экстренных случаев.

— Что ж, коллеги, предлагаю пойти и познакомиться с новыми жителями этого дома, – скривил губы Ранф.

— Мы не будем скрытно подкрадываться и брать пленных? – удивилась Малиновка-Рин.

— Да, и есть целых два аргумента. Первый – если кто-то тут прячется, значит, что у него имеются определенные сложности в общении с руководством Валирима, что может пойти нам на руку. Второй же – нас уже давно заметили, и сейчас меня держат на мушке охотничьей винтовки.

— О! А вон и переговорщик! – тыкнул я пальцем на полуразрушенный особняк.

Из окна к нам выбирался мужчина самого странного вида. Больше всего он напоминал бездомного, который по нелепой случайности нашел брошенные кем-то отполированные доспехи, но нацепить сумел только кирасу и наплечники. Комичности происходящему добавляло то, что он выбирался именно через окно, старательно пыхтя и неловко перекидывая ноги через подоконник выбитого окна, хотя буквально в трех шагах была кривобокая дверца.