Чтение онлайн

– Спасибо, вот и мой муж, обдумав, решил, что следует вам постараться помочь по мере наших сил.

– Вот как! – обрадовалась Галина Сергеевна. – Так я ведь и не сомневалась… Вы уж меня простите, Катерина Дмитриевна, но только вот я и в самом деле ни капельки не сомневалась ни в вас, ни в супруге вашем. И раз уж вы решили мне помочь, то уж видно дело стоящее, да и я со своей стороны в долгу не останусь. Только вот как же вы решились-то?

– Это я попросила, – сказала Наташа, входя в комнату.

– Ты, Наташенька? – вот тут Галина Сергеевна всерьез удивилась.

– Да, тетушка, – Наташа села подле нее. – Помните того художника, что мой портрет писал? – Генеральша кивнула. – А помните, как вы его приятелям ужин устраивали? – И снова последовал кивок. – Вот я и подумала, что… Тем более что ваш, тетушка, будуар, находится…

– Ах, так вот оно что! – перебила ее в волнении Галина Сергеевна. – Катерина Дмитриевна, а ведь Наталья-то права!

Катя помолчала.

– Идемте, я вам покажу, как дело было, – она встала и двинулась из комнаты. Наташа и Катя обменялись улыбками и обе последовали за ней.

Выяснилось, что малая гостиная, в которой работал Соколов, находилась как раз по соседству с тетушкиным будуаром. Карозину это положение вещей ничуть не обрадовало – опять получалось, что проще предположить, будто именно Михаил Соколов и был причастным к подмене векселей. Все сходилось так быстро и легко, что Катя про себя подумала – пора, пора уже повидаться с господином живописцем.

– И что же, он оставался здесь один? – спросила она Наташу. – Ну, хотя бы один раз на несколько минут?

Наташенька сдвинула бровки, припоминая, было ли такое, а потом, под пристальным взглядом Галины Сергеевны, отрицательно покачала головой:

– Нет, такого не было. Но в тот вечер, когда тетушка изволили устроить обед, тогда… Вы помните, тетушка? Мы все были поначалу в столовой, а это вон та комната, – Наташа показала на закрытые двери слева. – А потом перешли сюда.

– Так припомните, дамы, – серьезно попросила Катенька, – могло ли это случиться именно тогда?

– Нет, – в голос ответили обе.

– Я весь вечер была с ними, – добавила сразу же Галина Сергеевна.

– Что ж, пусть так, – вздохнула Катенька. – А где хранились бумаги? – спросила она.

Ее тотчас провели в будуар – небольшую миленькую комнатку и показали бюро, в котором хранилась шкатулка с бумагами.

– А ваш управляющий?.. – спросила Катя, обращаясь к Галине Сергеевне. – Ведь он знал о бумагах?

– Петр Петрович? – переспросила генеральша. – О, ну он-то, должно быть, знал. То есть, если и знал, то от супруга еще, но вот чтобы от меня? – она на минуту задумалась. – Не припомню, чтобы мы с ним это обсуждали.

– Хотелось бы с ним встретиться, – сказала Катя. – Думаю даже, что было бы лучше, если бы Никита Сергеевич с ним сам побеседовал.

– О, ну это извольте, когда пожелаете, – тут же согласно покивала Морошкина. – Известите, в какой день вашему супругу удобнее, и пожалуйста… – она даже пожала кругленькими плечиками, как бы подтверждая, что никаких осложнений в этом вопросе нет и быть не может.

– Хорошо, так и сделаем, а сейчас, извините, мне пора, – Катя улыбнулась.

Галина Сергеевна тотчас ответила улыбкой, а Наташа посмотрела на Катю чуть вопросительно, после чего Катерина Дмитриевна сказала:

– Вы позволите, если Натали меня проводит?

– О, ну конечно же! – тут же согласилась Галина Сергеевна. – Она у меня, бедняжка, и так редко куда выбирается. Больно уж домоседка. Вот только что в Замоскворечье к одной нашей родственнице наведывается регулярно, да и вот в церковь еще, а так… – генеральша приласкала Наташу взглядом, а та ничем не выдала своего волнения при упоминании о «замоскворецкой родственнице», только плотнее сжала губки.

Оказавшись вдвоем, в экипаже, и на прощанье помахав Галине Сергеевне, обе помолчали и только после того, как открытая коляска отъехала от дома, Катя сказала:

– Наташенька, пора бы нам с вашим художником познакомиться. Вы не находите?

Наташа посмотрела на Карозину как-то испуганно, но согласно кивнула.

– Быть может, вы скажете ему, что мне бы хотелось заказать портрет? Мне кажется, не стоит сейчас говорить про векселя, будет лучше познакомится с ним под каким-нибудь более благовидным предлогом.

– Мы встречаемся с ним как раз завтра, – тихо ответила она, – я передам ему. Постараюсь сделать все, чтобы он согласился.

– Вот и славно, – по-доброму улыбнулась Катенька и пожала Наташеньке ручку.

После они стали говорить о коронации, до которой оставалось всего три дня.

Конечно, дома Катенька все обсудила с супругом и Никита Сергеевич согласился, что ему следует поговорить с управляющим. Поддержал он и Катенькино желание познакомится поближе с художником Соколовым.

– Получается, ангел мой, – сказал добродушно Карозин после обеда, когда оба они перешли в гостиную, – что подмена векселей состоялась именно в то время, когда этот самый живописец как раз бывал в доме генеральши? – Катя кивнула. – Тогда отчего же ты сопротивляешься простому соображению, что это он и есть?

Катенька минутку помолчала, не желая рассказывать мужу истинное положение вещей, касающееся Натали, а потом ответила, упрямо выставив вперед кругленький подбородочек:

– А потому, Никита, что именно на него, с первого-то взгляда, все и указывает. Разве эта простая мысль тебя самого не настораживает?

– Нет, – не без улыбки откликнулся супруг. – По-моему, это как раз и есть самый логичный вывод. Ведь ты сама говорила, что поначалу этот бедный художник не желал принимать приглашение генеральши. Быть может, он согласился только после того, как узнал, кто она.

– Нет, Никита, я не согласна, – уверенно, но больше для виду, откликнулась Катенька. – В любом случае, я намерена сама с ним познакомиться и составить свое собственное мнение.

– Что ж, милая, поступай как знаешь, – уступил Карозин тем самым тоном, каким уступают детям.

И вот на следующий день, уже ввечеру Катерина Дмитриевна Карозина получила записочку от Натали, в которой говорилось, что господин Соколов согласен писать ее портрет и прибудет завтра в одиннадцать, чтобы познакомиться с очаровательной хозяйкой особнячка в Брюсовском переулке и обсудить кое-какие детали. Под деталями, тут же решила Катенька, должно быть, подразумевалась в первую очередь оплата за портрет. Что ж, посмотрим, подумала она, каковы аппетиты у господина художника.