Чтение онлайн

– Да примерно тот же расклад. Глаша классная, а ты, матушка, просто приятная, потому что тебя было не видно и не слышно. Но зато мне дозволено… как это? А, поухаживать за тобой.

– Что, так и сказала?

– Нет, это я перевел. Или ты против?

– Марк!!! Фу!!! – рявкнула она в сторону.
– Это не собака, а пылесос, что видит, то и тащит в пасть. Не против, поухаживай.

– Тогда давай завтра куда-нибудь сходим?

И снова всплыло давнее-давнее - как представлял в Новом Осколе: позвоню Юле осенью и вот так же предложу куда-нибудь сходить.

– В кино?

– Я бы предпочел посидеть где-нибудь спокойно, без трескотни рядом.

– Тоже неплохо. Заедешь за мной часам к шести? Мы на Кузнечном.

– Хорошо. Ну, до завтра?

– До завтра, Дим… Целую!

Юля

Глашка крахмалила мне уши всю дорогу. Справедливости ради, она не всегда была такой болтушкой, но на эмоциях ее прорывало настоящим Ниагарским водопадом. Видимо, в качестве компенсации за детское молчание.

Полина такая… такая… ах, какая!

Один раз вскользь промелькнуло и про Диму. Ну, он ничего так… симпатичный.

Мне было и смешно, и неловко перед водителем. Со своего места я видела лишь кусочек профиля, да и то в свете датчиков на панели, но было заметно, что он изо всех сил сдерживает улыбку.

Дома Глашка продолжала балаболить, и я никак не могла вклиниться, чтобы поставить ее на паузу и позвонить Димке. Спас Марк, намекнув подвыванием, что, если его сейчас не выведут, случится страшное. Терпеть он еще не научился, зато просился на улицу вполне внятно. Быстро натянув на него комбез, я спустилась во двор, дошла до прогулочного пятачка и набрала номер.

Немного царапнуло досадой, что впечатления на Полину не произвела, но, если подумать, это как раз было нормально. Мы ведь с ней толком даже не разговаривали, именно мы с ней. Только какой-то общий разговор, а так они в основном болтали с Глашкой. У детей все проще, даже с разницей в возрасте, а вот к незнакомому взрослому у подростка отношение по дефолту настороженное. Тем более если знает, что не просто так какая-то тетка знакомая зашла в гости.

Но если бы сразу возникла неприязнь, я бы почувствовала. Такая девочка – она как Глашка, не смогла бы этого скрыть. Так что… Начало можно было назвать более чем удачным.

Открывая дверь парадной, я вспомнила, как Димка сказал: «мне дозволено за тобой поухаживать» - и хихикнула в ухо Марку, которого держала под мышкой.

Это было так… забавно, старомодно, церемонно. Немного нелепо. И… черт!.. страшно приятно.

Я снова вспомнила тот день в поезде. Как Димка принес белье и застелил мою полку, угощал конфетами, выскочил за сиренью, едва не отстав. И все это без какого-то усилия над собой, абсолютно естественно. Можно только представить, как все было бы, если бы мы встретились осенью.

Если подумать, за мной вообще никто никогда не ухаживал. Лешка и Славка не в счет. Там были, конечно, цветочки-конфетки и прочие знаки внимания, но… не от тех, от кого хотелось бы. Да и вообще все не так. Слово дурацкое, но под ним я подразумевала именно плавное развитие отношений, маленькими шажочками на мягких лапках, когда и хочется быстрее, но сдерживаешь себя, чтобы просмаковать, прочувствовать каждую мелочь, потому что обоим она в радость.

Неужели можно вернуться назад – теперь, когда мы на двадцать лет старше, каждый со своим непростым опытом? Но, с другой стороны, ведь этого не было, ни у меня, ни у Димки, значит, все будет впервые.

На следующий день ровно в шесть прилетело сообщение:

«Мадам, карета подана».

Порше обнаружился аккурат под запрещающим знаком. Димка вышел и открыл передо мной дверь.

– Садись быстрее, пока кто-нибудь эвакуатор не подогнал. Осторожнее!

Я чуть не плюхнулась на огромный букет темно-красных роз, который он успел из-под меня выдернуть. Положив их мне на колени, сел рядом.

– Так… Я вчера ступил и вас не познакомил. Это Владимир, мой водитель, это Юлия Павловна. Прошу взаимно любить и жаловать. Володя, у Юлии Павловны будет твой телефон, по первому зеленому свистку едешь туда, куда скажет, везешь туда, куда ей надо. В любое время дня и ночи. Как меня или Полину.

– Понял, - кивнул Владимир, обернувшись к нам.

– Ну у меня, вообще-то, своя машина есть, - пробормотала я.

– И где она, твоя машина? – с иронией уточнил Димка.

– На стоянке.

– Ну вот, и я о том.

Он тут же отправил мне номер телефона и проследил, чтобы я забила в контакты.

Похоже, я поторопилась насчет маленьких шажков и мягких лапок. Кое-кто резко включил турбо-режим.

Словно услышав мои мысли, Димка взял меня за руку.

– Юль, я не хочу форсировать. Это чисто технический момент. Чтобы тебе не пришлось вызывать такси, если вдруг оказалась без машины.

– А если тебе понадобится?

– Вызову служебку.

– И что, вот прямо в любое время дня и ночи? – не сдавалась я. – Серьезно?

– Абсолютно. Такой у нас трудовой договор. Я не обсуждаю с третьими лицами зарплату персонала, но поверь, она окупает все возможные неудобства.

– Ну ладно, спасибо, - сдалась я. Хотя и сомневалась, что воспользуюсь этим аттракционом невиданной щедрости.

Мы сидели в маленьком итальянском ресторанчике на Лиговке, в самом дальнем углу за колонной, и казалось, что, кроме нас, в нем никого нет. Тихая музыка не мешала разговаривать – обо всем, перескакивая с одного на другое, как по телефону или в переписке. И как тогда, в поезде, когда не нужно было искать тему и разговор бежал сам собой.

Но вот так, вдвоем, мы сидели впервые. Ну, если не считать той встречи в баре.

– Скажи, Дим… - а это уже была немножко провокация, наверно, вино развязало язык и ослабило тормоза. – Помнишь, тогда, в баре, когда я чуть не упала и ты меня поймал?

– Ну? – он приподнял брови.

– Если б я не сбежала, что было бы?

Прикрыв лицо рукой, Димка рассмеялся.

– Что было бы? Я бы сгреб тебя в охапку, приволок к себе домой и трахал до потери пульса. И, думаю, ты даже не очень сопротивлялась бы.

– А потом?

Он убрал руку и посмотрел на меня, уже серьезно.

– А потом ничего. Потому что ты бы этого не простила ни мне, ни себе. Да и я, знаешь, тогда был зол на весь белый свет. Ничего хорошего не вышло бы.

– А… сейчас? Может выйти?

– Может, - Димка убрал упавшую мне на глаза прядь раньше, чем это сделала я, и наши пальцы не секунду встретились. – Если не будем без конца думать о том, получится или нет. И если не станем слишком торопиться. Знаешь… я тем летом, у бабушки, все время представлял, как мы будем встречаться. Много всяких приятных мелочей. Как будем гулять в парке, шуршать листьями, валяться в снегу. Как буду держать тебя в кино за руку, дарить цветы. Целовать в парадной. Дальше даже не заглядывал, вот честно. А потом мы вдруг через все перепрыгнули. И у меня ни с кем всего этого так и не было. А если что-то и было, то не так. Потому что не с тобой.