Чтение онлайн

На багги приехал обратно и спрятал её в одном из гаражей базы. Запер ворота. Смотрел на замок несколько секунд.

Теперь у меня был транспорт, дополнительные припасы и, возможно, несколько часов до появления следующей группы поисковиков. Немного.

Изучив карты более подробно — уже внутри, в тени, с кружкой горячего напитка из трофейного термоса, — понял масштаб проблемы. Вокруг было отмечено множество потенциальных укрытий: брошенные базы, фермы, законсервированные технические объекты. Все подлежали проверке. Работа была поставлена серьёзно, с ресурсами и терпением. Такое делают только за хорошие деньги. И делают, когда очень нужно.

Но у меня появилась идея.

Сидеть и ждать — не в моём характере. Вместо того чтобы прятаться и ждать, пока меня найдут, можно самому перейти в наступление. Охотники за головами работали группами, имели несколько баз.

Вечером изучил карты ещё раз. Несколько групп поисковиков базировались в городе и на одной крупной заброшенной базе — судя по количеству пересекающихся маршрутов.

С неё и начну.

Подготовился к выезду тщательно, не торопясь, и вечером выехал с базы Бари — возможно, в последний раз.

База охотников за головами оказалась примерно такой, как я и ожидал: полуразрушенное здание — приземистое и широкое, с сохранившейся крышей и выбитыми окнами на верхнем этаже. Когда-то здесь, судя по всему, располагалась мастерская или небольшой завод: остатки кран-балки торчали из проёма в стене, на бетонном полу у входа валялись ржавые детали каких-то механизмов. Теперь это место использовали те, кто охотился на разумных.

Забор вокруг этого места был невысоким, с дырами в нескольких местах — совершенно не рассчитанный на серьёзную оборону, скорее обозначение границы.

Припарковав багги за небольшим холмом примерно в километре от базы, я взял бинокль и отправился на разведку пешком. Шёл медленно, используя рельеф: пригибался за дюнами, останавливался, наблюдал.

Первым делом изучил подходы и пути отхода: три входа через дыры в заборе на разных участках, один широкий проём — явно проездной — и несколько точек, откуда можно было уйти незаметно под прикрытием здания. При желании через несколько проходов можно было на багги как заехать внутрь, так и выехать. Это было хорошо — это означало, что место не ловушка.

В паре километров от базы виднелось недостроенное высотное здание — этажей семь или восемь, без стёкол, с торчащей арматурой. Хороший наблюдательный пункт. Но для стрельбы слишком далеко. Моя винтовка была точной, но не на такие расстояния: как я понял, эффективная дальность в полевых условиях составляла около четырёхсот метров — дальше начинало сказываться влияние ветра и гравитационный снос иглы.

Место для позиции выбирал долго и тщательно, обходя подходы с разных сторон. Нужна была дюна достаточно близко, чтобы можно было эффективно работать, но не настолько близко, чтобы меня заметил кто-то из охраны (а она здесь была) или случайный взгляд из окна. В итоге остановился на невысоком песчаном холме примерно в трёхстах метрах от базы, чуть правее центра. Он был выше ограждения на полтора метра, что давало хороший обзор всей территории и большей части двора. Ветер дул слева направо, почти попутный.

Движение на базе было: несколько багги приезжали и уезжали в разное время, разумные входили и выходили из здания небольшими группами. Серьёзной активности не замечал — рутина, обычный рабочий день людей, занятых поисками. Ближе к вечеру активность усилилась: машины начали возвращаться одна за другой. Видимо, поисковые группы заканчивали смену. Этого я и ждал.

Значит, сейчас соберётся командование. Подведут итоги. Поставят задачи на завтра.

С наступлением темноты приступил к основной части плана. Осторожно подкрался к выбранной дюне с наветренной стороны — меньше шансов, что почуют запах, если у кого-то здесь окажется хорошее обоняние, — прихватив с собой винтовку и несколько пластиковых пакетов с песком для упора. Выкопал неглубокую лёжку — ровно так, чтобы можно было лежать в полном горизонтальном положении, не поднимаясь над гребнем, проверил сектора обстрела. Угол обзора позволял контролировать весь двор и оба входа в здание.

Устроившись в позиции, накинул плащ-хамелеон поверх. Ночь опустилась быстро: здесь, в пустыне, темнота приходила резко, почти без сумерек. Небо над головой было густым, тёмно-синим, усыпанным звёздами двух систем — местного жёлтого карлика и далёкого, едва различимого голубого гиганта, который отсюда смотрелся просто яркой точкой.

Часа через два на базу заехала третья багги за вечер. Въехала уверенно, прямо в центр двора. Это были именно те, кого я и поджидал: из машины выбрались трое в хорошем снаряжении — не рядовые бойцы, а люди с видом командиров, привыкших отдавать приказы и получать отчёты.

Все вышли из машин и собрались в центре двора, около стола под навесом из выгоревшего тента. Так было не так жарко, и под ним было чуть прохладнее, чем в нагретом за день здании. Все развернули карты на планшетах, и началось бурное обсуждение. Голоса доносились отчётливо в ночной тишине.

— Южный сектор прочесали полностью, — говорил высокий мужчина в потёртом камуфляже, двигая пальцем по карте. — Три заброшенных базы проверили, одну ферму. Нигде никого.

— У нас на востоке то же самое, — отвечал другой, невидимый за краем тента. — Хотя в одном месте нашли свежие следы — похоже, машина стояла. Но они уже старые, суток трое.

— А группа Макира что-то долго не возвращается, — заметил третий — пожилой, с седой бородой, сидевший чуть в стороне на перевёрнутом ящике. Голос у него был спокойный, с хрипотцой — голос человека, повидавшего многое. — Должны были отозваться к обеду. На связь так и не выходят.

— Рация могла сломаться, — сказал высокий, но без особой уверенности.

— Макир не из тех, кто теряет рации, — ответил бородатый.

Самым активным из всех был тот, что разворачивал карты, — невысокий крепкий мужчина лет сорока, с бритой головой и аккуратно подстриженной чёрной бородой. Он размахивал руками, что-то объяснял, тыкал пальцем в разные точки на карте с уверенностью человека, который привык, что его слушают. Командир. Мозг операции.

— Завтра возьмём северо-западный сектор, — говорил он, не обращая внимания на слова о группе Макира. — Там есть несколько хороших мест для укрытия: три старых базы снабжения и старый законсервированный энергетический узел. Идеально для одиночки с запасами. А вы проверьте ещё раз западные фермы — по карте там…

Он не договорил.

Моя первая игла попала ему точно в голову. Я видел это в прицел: быстрое, неестественное движение, будто кто-то резко дёрнул за нитку. Мужчина удивлённо посмотрел вниз, попытался что-то сказать — губы шевельнулись, но звука не вышло, — и он рухнул лицом на планшет с картами.

Остальные поначалу замерли — те несколько секунд, которые требуются, чтобы осознать: что-то не так. Потом упали на землю и поползли. Кто-то кинулся к багги, пригибаясь на бегу. Кто-то попытался укрыться в здании, кто-то упал на землю и прикрылся ящиками. Под навесом перевернули стол — слабое укрытие, но хоть что-то. Началась суматоха: крики, топот.

— Снайпер! — орал кто-то надорванным голосом. — Всем в укрытие, снайпер!

Второй выстрел настиг того, кто бежал к ближайшей багги — молодой, быстрый, почти добежал. Третий — мужчину, который пытался спрятаться за углом здания, но не успел: слишком далеко было от него до угла, слишком близко была моя позиция.