Чтение онлайн

В предутреннем тумане Сайм проводил Мерьяту до дома. Перед воротами встревоженно бродил верный Ройкус.

Увидев рядом с Мерьятой мужчину, он инстинктивно схватился за рукоять меча на поясе.

Мерьята подняла ладонь, призывая его к спокойствию.

— Ройкус, это Сайм, — пропела она сладким голосом, — Ты знаешь Сайма, не правда ли?

— Я знаю Сайма, — обескураженно произнес охранник.

— Сегодня ночью мы обменялись клятвами и пролили кровь в честь бога Огня. Отныне Сайм — мой муж. Только об этом пока лучше молчать.

— Но госпожа…

— Ты должен служить ему так же, как служишь мне, Тэумару или отцу… Я верю в тебя, Ройкус.

— Повинуюсь госпожа… Господин… — Ройкус посмотрел на Сайма и чуть склонил голову в знак повиновения.

— Благодарю тебя, верный друг! — протянув руку, Мерьята признательно коснулась его плеча и спросила, — Что в доме?

— Тихо… Спят и хозяева и слуги.

— Хорошо… — Она привстала на цыпочки и поцеловала Сайма, — я скоро приду к тебе, любимый… Нам предстоит еще одно очень важное дело…

— Я подожду здесь, не хочу, чтобы ты шла одна по улицам, — обеспокоился Сайм.

— Ройкус сопроводит меня, не волнуйся…

Они застыли на миг, крепко прижавшись друг другу, с нежностью, любовью, благодарностью за доверие и страсть, за пережитые чувства.

— До встречи! — шепнула Мерьята и торопливо направилась к воротам. Ройкус устремился за ней.

Ворота захлопнулись, но Сайм все продолжал смотреть вслед своей исчезнувшей в недрах двора любимой, затем повернулся и медленно направился в гостиницу.

Невозможность происходящего все еще сбивала его с ног. За одну лишь ночь все в его жизни переменилось.

Сайм, задыхаясь от счастья, все ускорял шаг. Мерьята! Его жена навеки! Любимая, недоступная, невероятная греза теперь принадлежит ему безраздельно. Это она уберегла его от неисправимой ошибки, о которой пришлось бы сожалеть очень долго.

Чуть ли не бегом ворвался он в гостиницу и застал Лэми в обеденном зале за бокалом теплого вина. По блеску его глаз, Сайм догадался, что Лэми также провел ночное время с несомненной пользой.

Сайм уселся напротив.

— Хороша была ночь? — спросил он тихо и весело.

— Ты о чем? — Лэми потупился, но тут же вскинул глаза.

— О любви, о мечтах…

К столику подбежала давешняя девица с пышной грудью.

— Что будете заказывать? — осведомилась она нежным голосом, пожирая Сайма откровенными взглядами, полными неприкрытого желания.

— Бутылку вина, рыбу, хлеб, зелень и каких-нибудь фруктов, — сказал Сайм, — только принесите все это в комнату.

Говорить с Лэми внизу, в окружении любопытных глаз и ушей, он не хотел. Мерьята сумела изменить за одну ночь многие из его прежних устоев, и он больше не считал, что Айна и Лэми непременно должны остаться вместе, лишь потому, что когда-то так решили за них.

— И тушеных овощей с мясом! — добавил Лэми.

Они поднялись в свои комнаты.

— О чем ты говорил? — спросил Лэми, надежно запирая дверь.

— О том, что мне боги послали любовь, а нам — союзника в самом сердце Лянсиды. Поэтому в прекрасной Иви больше нет нужды.

— Я не понимаю…

— Мерьята, дочь Изенара, она здесь в Сетао.

— Дочь Изенара?

— Представь… Но это еще не все. Теперь она моя жена. Мы обменялись кровью и клятвами…

— Жена? Вместо любовницы Тэумара ты соблазнил его сестру и женился на ней? — Лэми удивленно присвистнул, — Поистине — великая удача!

— Я женился, потому что люблю ее, и оказалось, что она тоже любит меня… А сам Изенар находится едва ли не при смерти. Айна сильно ранила его. Он обманом пытался добиться ее расположения… — торопливо говорил Сайм.

— А что же с Айной? — спросил Лэми, прикусив губы.

— Выслушай меня сперва, только не торопись с суждениями… — ответил Сайм.

Известие о том, что его невеста сейчас находится в дремучих лесах наедине с Тэумаром, не вызвало в сердце Лэми никакой ярости, лишь вялое недовольство.

Эта ночь накануне солнцестояния изменила его восприятие действительности. Прежде Лэми никогда не покидал Этеляну, поэтому не знал, не хотел знать о мире за ее пределами. А нынче ночью многое для него стало откровением. Случайная встреча со случайной красавицей, которую он увлек от отчаяния и желания забыться хотя бы на короткое время, подарила ему ураган неизведанных доселе чувств.

И Лэми вдруг осознал, что помимо Айны на свете существуют и другие женщины. Их тела горячи и источают аромат роз, слова ласковы, а поцелуи страстны… Нет, он по-прежнему ценил Айну и готов был на все, чтобы вырвать ее из рук Изенара, но она перестала быть центром его вселенной.

Лэми не понимал, что с ним происходит. Неужели его любовь столь хрупка, что способна разлететься на осколки при первом же неосторожном прикосновении к ней?

Дожидаясь Сайма, он сидел в душном зале, среди толпы людей, цедил вино и старался ни о чем не думать. В одиночестве ему становилось страшно, сильнее смерти он боялся мук совести и раскаяния. Он отчаянно пытался вызвать в своей душе образ Айны, но красивое ее лицо дробилось и исчезало, убегало прочь из его памяти. Лэми не знал, как ему вернуть прошлые желания и снова сделать Айну смыслом своей жизни.

— Но я удивлен твоей невозмутимости, — сказал Сайм, завершив свое повествование.

— Что изменится, если я начну метаться и сыпать проклятиями? — сдвинул плечами Лэми, — Айне это не поможет…

Стук в дверь прервал их разговор. Вошедшая служанка не спеша принялась расставлять на столе заказанные блюда, но Сайм нетерпеливым жестом дал ей понять, что лучше поторопиться. Думать о чувствах служанки у него не осталось ни сил, ни желания.

— Избранный ими путь опасен. Мерьята переживает за брата, а я — за сестру. Поэтому мы ходим создать охранницу и отправить по их следам… — сказал Сайм, вновь закрывая дверь.

— Это очень сильная магия! Хватит ли сил? — усомнился Лэми, приступая к завтраку, — Я же ничем не смогу помочь, потому что не связан с Айной ни страстью, ни кровью.

— Мы провели древний могущественный ритуал, — сказал Сайм, следуя его примеру, — но оно того стоило… Наша магия утроилась благодаря пролитой вместе крови…

Есть не хотелось, но обоим нужны были силы. От вино Сайм пока отказался, ему нужен был ясный и чистый разум, не замутненный хмелем.

Он посмотрел в окно, за которым уже стелилась легкая розовая вуаль рассвета.