Третья капля магии
Шрифт:
Перед его глазами все еще стояло прекрасное лицо незнакомки, до слуха его все еще доносился робкий, умоляющий о помощи голос…
Невмоготу стало ему находиться рядом с сестрой, глядящей на него с восторгом и обожанием. Сославшись на усталость и головную боль, Сайм торопливо распрощался.
Добравшись, наконец, до своей комнаты, он понял, что сил более ни на что не осталось, скинул сапоги и упал на постель, надеясь забыться сном хотя бы на короткое время, но вместо объятий сна угодил в путы невыносимых страданий. Гнев сменялся в его душе страхом, надежда — безысходностью, а в глазах стыли слезы.
Изенар поплатится не только за то, что хочет отнять у него сестру, но и за то, что уже отнял любовь, создал мираж, который Сайм теперь никак не может выбросить из своего сердца.
Но как отомстить? Данную клятву нельзя нарушить. Богу Огня не интересна причина, по которой произнесены те или иные слова, он неуклонно следит лишь за тем, чтобы все обещанное было исполнено, поэтому иного о выхода, кроме как потерять Айну у Сайма не оставалось.
Срок ему отведен до молодой луна. Время еще есть, но оно промелькнет — не заметишь. Нужно придумать, как уговорить сестру отправиться с ним на Каменистую Равнину…
А если открыть правду? Айна своевольна и упряма, но у нее доброе сердце — возможно, она согласится пожертвовать собой ради всеобщего блага!
Представив, как он будет говорить с ней, объяснять случившееся, смотреть в ее полные слез и боли глаза, слушать ее срывающийся голос, Сайм глухо застонал от бессилия. Нет! Такого он не выдержит… Но он даст новую клятву богу Огня, он поклянется, что рано или поздно, а вырвет сестру из лап Изенара.
Глава 5
Яркие солнечные лучи безжалостно били в лицо и слепили глаза даже сквозь сомкнутые веки.
Тэумар медленно поднялся и сел, скинув ноги с кровати. Голова после бессонной ночи была тяжелой. Он уже пожалел, что не отправился домой в Лянсиду вчера, на вечерней заре, как планировал.
Но ему захотелось развлечься, отрешиться от проблем хотя бы еще ненадолго, да только вышло не по задуманному.
Иви полночи капризничала и упрекала его за то, что он все не решается представить ее семье, как нареченную невесту, а когда отмякла и сама затеяла любовную игру, у Тэумара уже не осталось ни желания, ни настроения предаваться каким-либо утехам.
Тэумар повернул голову и с легкой неприязнью посмотрел на узкую спину лежащей рядом девушки, на ее покатые плечи, на водопады смолисто-черных волос, рассыпанных по белоснежным покрывалам, затем резко поднялся и пошел к своей одежде, висящей на спинке массивного деревянного стула.
— Ну что же ты в такую рань! — нежным, томным голосом упрекнула его Иви, приподнимаясь на локте и безмятежно глядя сквозь туман еще не до конца развеявшегося сна.
— Я и так задержался, — ответил Тэумар. — Отец просил побыстрее завершить начатые дела и, не мешкая, возвращаться, а я вместо этого, проводил время с тобой и ничего не успел!
— Когда это ты слушался отца! — с легким раздражением проговорила девушка, откидывая назад упругий локон, свесившийся ей на лицо.
Тэумар, застегнул пояс на штанах, мимоходом взглянул в тусклое зеркало, висящее на стене, пригладил свои взъерошенные темные волосы и с неудовольствием заметил красный след от острых Ивиных ноготков, проявившийся на плече.
Он торопливо надел рубашку.
— Я пойду смотреть товары вместе с тобой! — промурлыкала Иви.
— Не пойдешь! — неуклонно ответил Тэумар, — это ножи и стрелы, а не кольца и браслеты. Ты станешь болтать, отвлекать меня лишними разговорами, а мне нужно заниматься делом…
— Тебе всегда нужно заниматься делом! — воскликнула она обиженно.
— Разве я обделяю тебя вниманием? — раздраженно проворчал Тэумар.
— Когда ты возьмешь меня с собой в Лянсиду? — спросила Иви, спрыгнула с кровати, обнаженной прошла через комнату и встала так близко, что Тэумар снова ощутил жар ее нежного, податливого тела.
Но беспомощно приоткрытые карминные губы, широко распахнутые темные глаза под густыми ресницами, легкое теплое дыхание, белая рука с тонкими пальцами, обвивающая его шею — все это сейчас ничуть Тэумара не вдохновляло, напротив, ему хотелось избавиться от Иви как можно быстрее.
Поддавшись порыву, он едва ли не грубо оттолкнул от себя девушку.
Иви, привыкшая к тому, что любимый не всегда обращается с ней бережно, фыркнула:
— И мать все выспрашивает, когда же ты на мне женишься!
— Почему твоя мать не выспрашивает о том, что ты по ночам делаешь в моей спальне? — равнодушно осведомился Тэумар.
— Да что с тобой сегодня? — воскликнула Иви, потянувшись за своей одеждой, — дурной сон привиделся?
— Прости, — выдохнул Тэумар, — ты задаешь вопросы, на которые у меня пока нет ответа…К тому же мои мысли заняты другим…
— Чем же?
— Тебе не понять… Это мои заботы…
— Ты любишь меня, Тэумар? — спросила Иви и, ободренная его смягчившимся голосом, прильнув к его широкой груди.
— Люблю, ты же знаешь, что люблю… — Тэумар рассеянно провел рукой по ее, вьющимися змеями, волосам.
— Тогда возьми меня собой, возьми… — страстно прошептала она.
— Сейчас не могу…
— Так сколько мне еще ждать? Пока наберешься решимости, моя краса увянет и тогда не только ты, а никакой другой мужчина не захочет видеть меня рядом.
— Ты еще очень молода, Иви! Куда нам спешить! — сказал Тэумар и поцеловал ее приоткрытые губы. — Я непременно в это раз поговорю с отцом. Не думаю, что он воспротивится моей женитьбе на тебе.
— Когда же ты за мной вернешься?
— Скоро, моя Богиня! — усмехнулся Тэумар, — даже не заметишь, как время пролетит…
— Обещаешь?
— Слова даю!
Но Иви, хоть и поверила любимому, а подумала, что подхлестнуть события не мешало бы. Целый год уже тянулись их встречи, целый год ждала она предложения, а Тэумар все медлил, откладывал разговор с отцом под любым предлоглм.
Мать Иви, мудрая и хитрая травница, давно советовала дочери опоить будущего вождя Лянсиды приворотным зельем, но Иви никак не осмеливалась, — боялась, что тот, сам обладающий магическим даром, распознает обман, и тогда ее надежда на счастье рухнет окончательно. К тому же она любила Тэумара и хотела владеть его сердцем, не прибегая к обманным чарам.
Но именно сегодня что-то насторожило девушку. Что-то, чего она не могла себе объяснить, как не пыталась.
Иви и сама умела немного предсказывать будущее и теперь ее, чуткая к малейшим переменам душа, шептала ей, что нужно действовать незамедлительно, иначе счастье может и ускользнуть.…