Чтение онлайн

Как вид, мы по праву считаем, что человечество a priori заслуживает уважения благодаря существованию таких людей как Леонардо да Винчи, Эйнштейн и Мать Тереза, хотя сами по себе мы не так уж ценны. Большинство из нас являются самыми обычными людьми без особенных добродетелей и способностей. Наш вклад в культуру и цивилизацию в основном заключается в огромной массе теплых тел, которые движут прогресс, создавая спрос, дефициты, и провоцируя разнообразные кризисы (не стоит также забывать о страсти к хождению по магазинам и пробретению вещей). Несмотря на наше в целом высокое мнение о себе, мы можем надеяться только на убежище под всепокрывающим зонтиком “святости человеческой жизни” и только в тех немногих местах, где эти принципы практически соблюдаются. С другой стороны, наше потомство это совсем другое дело, потому что каждое новорожденное дитя несёт обещание, которое слишком важно, чтобы его игнорировать, даже если это обещание почти наверняка будет нарушено.

Впрочем, всё это праздная болтовня. Гораздо более вероятно, что никому не придется никого выбирать, по крайней мере, в массовом порядке. Альтернативный сценарий исходит из представления, что по настоящему драматическое увеличение продолжительности жизни будет вероятнее всего достигнуто за счет модификации исходного генетического плана, который подразумевает вмешательства, направленные на половые клетки. Я представляю себе два отдельных режима радикального продления продолжительности жизни: один для живых и один для еще не родившихся. Подобно современной обычной практике сбора и хранения стволовых клеток новорожденных для возможного лечения заболеваний в более позднем возрасте, манипуляции с генами в половых клетках могут стать рутинным вмешательством, приводя к появлению поколения действительно долгоживущих, и, возможно, более устойчивых ко многим болезням людей. Первопроходцами в этой практике станут богатые страны или отдельные люди, но в конечном итоге она распростанится на остальной мир. Уже живущим придется довольствоваться утешительным призом, состоящим из набора лишь частично эффективных методов лечения.

Умри вовремя: так учит Заратустра.Для многих людей жизнь – неудача;яд-червь грызет их сердце.Позвольте им добиться более успешний смерти.Многие из них никогда не становятся сладкими;Они гниют даже летом.Трусость заставляет их цепляться за веткиСлишком многие живут и чрезмерно долго висят на ветках.Если бы только грянула буря и стряхнула с дерева всю эту гниль!Фридрих Ницше, (1844-1900) Так сказал Заратустра

Самым большим источником ожесточенной и потенциально катастрофической вражды и беспрецедентной социальной и геополитической поляризации станет многолетний или даже многовековой переходный период сосуществования между теми, кто трансформировался, и теми, кто не смог этого сделать. С другой стороны, в каком-то смысле это будет хорошее время для долгожителей, потому что у них перед глазами всегда будут находиться многочисленные примеры коротко-живущих несчастливцев, сравнение с котороми даст им возможность по настоящему ценить полученный дар долголетия. Возможно, постоянное сосуществование долго- и короткоживущих людей в какой-то степени необходимо для поддержания острого ощущения привилегированности (и чувствa смертельной ненависти по другую сторону ограды).

Каким будет юридический и социальный статус “бессмертных”? Как нормальное большинство отреагирует на появление исключительно долгоживущего меньшинства? Будут ли они пытаться их преследовать? Поскольку такое неравенство выходит далеко за рамки любых других форм неравенства, охота на ведьм не просто возможна, она практически неизбежна. Представьте себе братьев, разделенных несколькими годами. Старший брат появился на свет “естественным” образом, а младший был зачат с использованием новой техники, которая увеличила его продолжительность жизни на порядок. Что призойдет с братской любовью? Не обратится ли брат против брата и сосед против соседа? Не будет ли лучше обеспечивать стабильность поляризованного таким образом общества с помощью установления новой кастовой системы, которая юридически, социально и физически (?) отделит нормальные сообщества от долгоживущих? Или, может быть, “бессмертным” лучше оставаться невидимыми до тех пор, пока переход почти не завершится, если это когда-нибудь произойдет.

Эти соображения в свою очередь приводят к еще одному интересному направлению анализа, которое для меня в новинку, поскольку как ученый, занимающийся в первую очередь биологическими аспектами проблемы, я никогда не рассматривал продление жизни в более широком контексте. Зачем нам бессмертие? Я почти слышу возмущенные возгласы, потому что все мы с абсолютной уверенностью знаем, что “мы этого стоим”! Из соображений чистого любопытства давайте послушаем, что сказал Гулливер, когда ему представилась солнечная перспектива бессмертия:

С самого раннего детства я бы посвятил себя изучению искусств и наук и, со временем, превзошёл бы всех знаниями. … Благодаря этим достижениям, я бы превратился в живой кладезь мудрости и, несомненно, стал бы оракулом нации. … Я бы никогда женился после шестидесяти, жил бы гостеприимно, но все же на стороне экономии. Я бы занял себя формированием и направлением умов молодых людей, убеждая их на основе моих собственных воспоминаний, опыта и наблюдений, подкрепленных многочисленными примерами, в полезности добродетели в общественной и частной жизни. …По моему выбору, моими постоянными спутниками будут представители моего бессмертного братства с добавкой нескольких особенно ценных смертных, утрату которых я с течением времени научусь переносить без особенных переживаний – так же как человек развлекает себя выращиванием разнообразных цветов в своём саду, не сожалея об утрате тех, которые увяли в предыдущем году … Добавьте к этому удовольствие от наблюдения за различными революциями государств и империй; изменениями в нижнем и верхнем мире; древними городами превращающимися в руины и безвестными деревнями становящимися резиденциями королей; знаменитыми реками становящимися мелкими ручьями; океаном покидающим один берег и затопляющим другой, открытиями неизвестных стран; варварством охватывающим цивилизованные страны и самыми варварскими странами, становящимися цивилизованными. …Я стал бы свидетелем открытий долготы, вечного двигателя, универсальной медицины и многих других великих изобретений, доведенных до предельного совершенства. Какие чудесные открытия мы должны сделать в астрономии, пережив и подтвердив наши собственные предсказания; наблюдая за движением и возвращением комет, а также за изменениями движения Солнца, Луны и звезд!”

Джонатан Свифт, Путешествия Гулливера

Давайте посмотрим… высшее образование, забудем о браке, наставления молодежи о ценности добродетели, поддерживание отношений с некоторыми не слишком ценными и легко забываемыми смертными, и, наконец, удовольствие наблюдать за развитием истории. Многие из этих предсказаний в какой-то степени сбылись в наше время.

Мы живем на 30 лет дольше по сравнению с 1900-ми годами (колоссальное увеличение на 60 с лишним процентов). У нас гораздо более высокое образование – почти 88% выпускников средних школ среди нынешних 17-летних подростков по сравнению с однозначным процентом в 1900-х годах (Национальный центр статистики образования, USA), хотя является ли это функцией долголетия или усложняющимися социальными потребностями – непонятно.

Наши современники расторгают браки с гораздо большей легкостью: сейчас, пропорция первых браков завершающихся разводом приближается к 50%, тогда как наши предки в 1900-х годах решались на развод исключительно редко, хотя происходит ли это в силу накопления критической массы взаимной скуки или растущей экономической самодостаточностью полов – неясно. Наставничество молодых никогда не было проблемой, потому что даже при существующей продолжительности жизни мы любим учить молодежь и делиться своей мудростью, когда позволяют обстоятельства (и молодежь).

Наконец, современные люди становятся свидетелями событий в более длительных временных рамках и гораздо больше путешествуют, что может сойти за “наблюдение за развитием истории”, по крайней мере, в некоторой степени. Следует добавить, что в прошлом люди проводили большую часть своего времени на работе и за всю жизнь накапливали всего лишь около пяти лет свободного времени. Современные люди аккумулируют более двадцати лет досуга (Fogel 2000), из которых целых девять лет посвящены исключительно просмотру телевидения (и просмотру около двух миллионов телевизионных реклам) к 65 годам. Все это можно рассматривать как форму самообразовательной активности или разновидностью безделья, но разве бессмертие не предполагает право на развлечения? Продолжая эту линию рассуждений, можно сказать, что дело не в достижениях, которые оправдывают продление жизни (какая ужасная мысль!), а в том, чтобы наслаждаться жизнью как можно дольше и без всяких обоснований. Другими словами, дело не в том, чтобы “заслужить”, а в том, чтобы иметь право по умолчанию, хотя некоторые могут счесть этот аргумент изначально слабым.

Я впервые увидел те неожиданные последствия, к которым привели общественные отношения нашего времени…Сила является результатом необходимости; обеспеченное существование ведет к слабости.…Что является движущей силой человеческого ума и энергии, если только вся биология не представляет собой бесконечный ряд заблуждений? Только труд и свобода; таковы условия, при которых деятельный, сильный и ловкий переживает слабого, который должен уступить свое место; условия, дающие преимущество честному союзу талантливых людей, умению владеть собой, терпению и решительности. Семья и возникающие отсюда чувства: ревность, любовь к потомству, родительская самоотверженность – все это находит себе оправдание в неизбежных опасностях, которым подвергается молодое поколение. Но где теперь эти опасности? Уже сейчас начинает проявляться протест против супружеской ревности, против слепого материнского чувства, против всяческих страстей, и этот протест будет нарастать. Все эти чувства даже теперь уже не являются необходимыми, они делают нас несчастными и, как остатки первобытной дикости, кажутся несовместимыми с приятной и возвышенной жизнью….При новых условиях полного довольства и обеспеченности, неутомимая энергия, являющаяся в наше время силой, должна превратиться в слабость. Даже в наши дни некоторые склонности и желания, когда-то необходимые для выживания человека, стали источником его гибели. Храбрость и воинственность, например, не помогают, а скорее даже мешают жизни цивилизованного человека. В государстве же,основанном на физическом равновесии и обеспеченности, превосходство – физическое или умственное – было бы совершенно неуместно. …Такова неизбежная судьба всякой энергии. Достигнув своей конечной цели, она еще некоторое время ищет выхода в искусстве и эротике, а затем наступает бессилие и упадок. Герберт Уеллс, Машина времени.