Три дома на Набережной
Шрифт:
– Давай немножко и по компотику вдарим?
– Давай и по компотику. И по черешенке.
– Таня, что-то в этом не то! Я не знаю, что, но явно что-то, не то!
У Юли зазвонил телефон.
– Юля, девочка моя, к тебе дело! Мои бабушка с дедушкой отправились на юг. Дед устал им надо отдохнуть, ехали мимо вашего села, примешь гостей?
– Конечно приму. Телефон их скинь и им мой.
– И скажи, что ты меня любишь! Да, деда называй Алексом, бабушку все пусть Верочкой зовут, у нас так принято.
– Я люблю тебя. Володя, я очень по тебе скучаю, ты только не смейся, скажи, ты, когда вытаскиваешь ремень из брюк?
– Никогда! Только когда в стирку. Как Таня? Привет предай! Как твоя Алиса.
– Таня и я должны решить проблему с ремнями, которые у Максима пропадают каждую ночь! Таня думает, что Максим ей изменяет и оставляет ремни у своей любовницы, а Максим думает, что Таня прячет ремни, хочет так от него избавиться. А в Алису влюбился Зевс.
– Как хорошо, я теперь тебя ревновать к Зевсу не буду.
– Ты меня никогда, ни к кому, не ревновал.
– Ещё как ревновал, с ума сходил, просто не показывал этого. Так, а насчет ремней я тебе так скажу и вставлять, и вытаскивать ремни дело муторное, особенно вставлять. Вытаскивать и ребенок справится, а вставлять муторно, поэтому никто и никогда сам ремни не вытаскивает. Лови телефон и жди звонка. Или сама позвони, так даже лучше, если сама их пригласишь.
Насчет Максима! Он любит Таню. Не мог он её разлюбить. И я тебя люблю, Юлька и не смогу разлюбить. Максим ревнивый до потери пульса, он боится её потерять, мы же общаемся с ним. Там у вас детективная история наклевывается. Девочки! Разбирайтесь. Думайте, анализируйте.
– Таня, Володя знает, что Максим боится тебя потерять и тоже страдает. Володя считает, что это детективная история и в ней надо разбираться по-другому. С применением исследования и анализа ситуации.
– Да какая детективная, все же ясно.
– Если бы было ясно, Володя так бы и сказал. Но он сказал, что Максим не может тебя разлюбить, ты тоже. Что сами мужчины никогда ремень из брюк не вытаскивают, это тоже меня насторожило, я ни разу не видела, чтобы Володя вытаскивал ремень из брюк. У меня есть настоящий психолог, мы её привлечем, если ты не против.
– Вот и я думаю, что Макс возвращается без ремня, просто не помнит этого. Или его подруга делает это и ждет, когда наконец мы расскандалимся.
– Таня, ты говоришь не то, вспомни, ты видела это тысячи раз, брюки всегда с ремнем. Отсутствие ремня - это скандал. Не мог Максим ни откуда без ремня уходить. Ты находила у него следы помады на рубашках, запах чужих духов, трусы и лифчики в карманах, любовные записки в телефонах, с чего ты взяла что он тебе изменяет, Таня?
– Что за кошмары ты знаешь об изменах, Юль, нет ничего этого нет, как нет и ремней в его брюках.
– Кино смотрю, книги читаю, Тань, пойдем к нам, у меня гости неожиданные.
– Да конечно пойдем. Юля пойдем к бабушке Нине?
Мама Тане и Юлечке обрадовалась.
– Роднулечка моя, ну наконец-то, солнышко ясное к нам явилось. Господи, что же ты так отощала.
Юлечка уже сидела у бабушки Нины на руках и жаловалась:
– Мама болеет, у неё попа спляталась.
– Мама, к нам едут бабушка и дедушка Володи. Хотят отдохнуть, примем?
– Конечно примем! Мы что, зря второй этаж строили?
Бабушка с дедушкой
Юля позвонила дедушке Алексу. Ответил очень молодой голос.
Оказалось, что гости совсем рядом, минут двадцать доехать до Набережной и третий дом от угла по правой стороне.
– Давайте, девочки, стол накрывать, хорошо, что у нас все есть. И еда, и выпивка, и постель для гостей и бассейн для отдыха!
Юля вышла за ворота гостей встречать и заодно глянуть, что там на той стороне улицы видно. По Алисе скучала.
У Фильчаковых наблюдались какие-то метания по двору.
Появился серебристый внедорожник, гости приехали.
Из машины вышли двое красивых людей, подтянутые, статные. Юля улыбалась моложавой элегантной женщине. На кого-то она была похожа. Юля вспоминала. Лицо знакомое и такое милое. Она шла тоже с улыбкой. Подошли и стали молча друг друга рассматривать.
– А почему мы до сих пор не обнимаемся?
– спросила бабушка.
Конечно, обнялись, познакомились.
– Вера Павловна Алексеева, про сны не спрашивай, не запоминаю. Я бабушка Вовкина, меня все называют Верочка, а этого красивого мужчину Алексом, он дедушка. Хотя сама не верю, что внук уже такой взрослый. В руках у дедушки лежал огромный бумажный сверток от которого шел аромат копченой рыбы.
Дедушка был красив и благороден, и осанкой, и взглядом стальных глаз, и аккуратной седой бородой с черными вертикальными прядями, и удивительной красоты усами, которые самыми кончиками поднимались вверх, образуя на лице не проходящую улыбку.
Дедушка обнял Юльку одной рукой и сказал:
– Ну, хорошая, хорошая!
– Пойдемте в дом!
– Мир этому дому – сказали гости хором.
– Здравствуйте, здравствуйте, гости дорогие, какие вы красивые, правда, что ли бабушка и дедушка нашего Володи?
– Хорошо сказала, нашего.
– Александр Васильевич вручил пакет хозяйке, - это наша рыбка, мы сами этот деликатес делаем.
То, что было в пакете, являлось царским подарком. Огромный копченый осетр разрезанный по спинке.
– А у нас пиво есть, свеженькое, Юля, ну-ка принеси, там в подвале бочоночек и папу позовите, покушаем. Александр Васильевич, машину во двор загоните, у нас гараж трехместный.
– Ниночка, давайте по имени, так проще и слаще, правда Верочка.
– Всю жизнь меня это твое слаще напрягает, но так оно и есть, проще.
Юля пошла за пивом, Танька пошла звать Коптева старшего с огорода.
Коптевым сделали новый погребок. Вход в него был под лестницей на второй этаж. Чего там только не было и соления, и варения, и компоты, вялились утки, висела пастурма, и вина стояли и несколько бочонков пива и была какая-то кладовая, что ли? С колесом вместо ручки. Наверное, вход в бомбоубежище, подумала Юлька. В шутку так подумала.
Гости со всеми перезнакомились, Юлечка устроилась на коленях у Алекса, решили сначала покушать, потом поплавать в бассейне, а ночью отдохнуть.