Чтение онлайн

— Подумай. И сразу же позвони, как только у тебя посветлеет в голове. Это очень важное дело.

В момент, когда я откладываю трубку, в кабинет протискивается Гильдегарда. Заметив гостей, она останавливается у двери.

— Вы заняты, я зайду попозже, — говорит она.

— Нет, оставайтесь. Вы мне будете нужны. Это моя соседка, — представляю я Гильдегарду Франку и Ванде. — Она могла что-нибудь заметить.

— В связи с чем? — испуганно спрашивает Гильдегарда.

— В связи с трупом, который был у вас сегодня утром на балконе, — уточняю я.

— Так ведь трупа там не было, вы сами видели, — защищается соседка.

— Не было, так как за минуту до этого я сам перебросил его на свой балкон, — говорю я. — К слову, сейчас вы узнаете обо всем. Мы должны все вместе это выяснить.

Появляется Майка. Представляю ее Гильдегарде, которая явно потрясена ее красотой, впрочем все смотрят на Майку, как заколдованные. Она ослепительна.

Садимся кружком. Я в кресле за письменным столом, слева от меня Ванда, потом Франк, напротив меня с другой стороны стола Гильдегарда, дальше Пумс за столиком с пишущей машинкой, наконец справа от меня Майка.

— Открываю заседание, — заявляю я, постукивая пальцем по бутылке в виду отсутствия председательского звонка.

— В чем дело? — спрашивает Майка.

— В двух трупах, — отвечаю я. — Франк и Ванда уже в курсе всего, Гильдегарда имела удовольствие повидать покойницу, Пумс также проинформирована.

— Какой-нибудь новый сценарий? — спрашивает Майка.

— Что-то в этом роде. Но мне не хватает финала. Мы должны найти финал.

— У Монти проблемы, — разъясняет Ванда Майке. — Он сегодня нашел в своей квартире два трупа. Майка смотрит на меня вопрошающе.

— Пожалуй, лучше всего будет, если я снова изложу все с самого начала, — заявляю я. — Слушайте внимательно, возможно кому-нибудь из вас придет в голову что-то стоящее.

В подробностях перечисляю все события нынешнего утра. Временно оставляю в стороне только историю с Серафином, так как немножечко стыжусь ее. Зато подробнейше описываю сцену перелета трупов из навеса в полицейский автомобиль и сцену с налетчиком в маске.

— Таковы факты. Что вы обо всем этом думаете? — заканчиваю я.

Никто не отзывается.

— Я нуждаюсь в вашей помощи. Пошевелите мозгами.

— Почему ты рассказываешь все это нам, а не полиции? — спрашивает наконец Майка.

Все молчат. Франк первым обретает голос.

— Тебе нечего бояться, — говорит он. — У тебя алиби. Я готов присягнуть, что не расставался с тобою с девяти вечера до трех утра.

— Половину этого времени мы провели втроем, — добавляет Майка, — а если учитывать соседей снизу, то и впятером.

— А до этого, от шести до девяти, ты был с Густавом, — добавляет Ванда. — Еще никто за всю историю криминалистики не имел такого железного алиби.

Воцаряется молчание.

— Да, я имею алиби, — произношу я наконец. — Однако это не мешает мне оставаться подозреваемым номер один. Не забывайте, что именно со мной черная якобы должна была встретиться в этом кабинете. Кельнерша из бара свидетель телефонного разговора. Слышала, как черная спрашивала о депозите и обещала зайти за ним в канцелярию. Отсюда простейший вывод: я промотал депозит и вынужден был прикончить ее.

— Но ведь убил не ты, у тебя есть алиби, — повторяет Ванда.

— Я ни на секунду не расставался с тобой, — говорит Франк.

— Ох, хватит уже этого переливания из пустого в порожнее, — вздыхаю я. — Так мы ничего не добьемся. — Я измучен. Никто не хочет мне помочь. Все повторяют глупые фразы. Пора кончать с этим!

Зажигаю сигарету. Отзывается телефон. В трубке голос Нины.

— Ты прав! Там был депозит, — говорит она. — Я припомнила сразу после твоего звонка. Но там не было ничего ценного. Твой отец вынул эту вещь из сейфа и сказал мне: «Отложи это в архив, за этим никто уже не обратится».

— А что это было?

— Книжка. Довольно толстая.

— Что за книжка? Как называется?

— Собственно, это не книжка, а рукопись, отпечатанная на машинке и переплетенная в зеленый картон. Содержание ее я не изучала и не знаю, о чем там шла речь.

— Где эта книжка? Ты помнишь, куда ты ее положила?

— Она отлично подошла на кресло, — говорит Нина. — Мое кресло было слишком низким для печатания на машинке, и я положила на него эту рукопись. Она потом всегда там лежала, ты должен был видеть ее. — Благодарю за информацию, — говорю я. — До свидания.

— Я была рада помочь тебе. Как там новая секретарша?

— Она проявляет довольно необычные таланты, мы поговорим об этом как-нибудь попозже, — заявляю я и кладу трубку.

Наверное, на лице у меня написано нечто необычное. Никто не спрашивает, что я узнал по телефону. Минуту еще продолжается молчание. Неожиданно Гильдегарда встает и на цыпочках направляется к двери.

— Стоп, — говорю я и движением руки возвращаю ее на место. Гильдегарда послушно возвращается и усаживается на краешке кресла. У всех остальных такое выражение лица, что ясно видно, они предпочли бы находиться сейчас где-нибудь в другом месте. Но я ничем не могу помочь им. Нужно доводить дело до конца.

— Мое алиби отнюдь не железное, далеко ему до этого, — говорю я спокойно.

— Но ведь… — начинает Франк.

— Мы не расставались, хочешь сказать ты? Я уже слышал это. Но это неправда! Мы расставались самое маленькое на пять минут. Время вполне достаточное для того, чтобы убить одного, а может быть, и двух человек.

— Что ты имеешь в виду? — спрашивает Франк.

— Я имею в виду тот момент вечера, когда ты выскочил за водкой, а я остался один в машине. Я был без присмотра не так уж мало.

— Глупости, — решительно заявляет Франк. — Не мог же ты в мгновение ока выскочить и убить рядом с «Селектом» этих двоих. Тем более, что эти особы находились вчера вечером здесь, на другом конце города. Никто в это не поверит!

— Действительно, это малоправдоподобно, — говорю я. — Но могло быть и по-другому: не они пришли к нам, а мы к ним. Понимаете?

Все смотрят на меня, как баран на новые ворота. И молчат.

— Но ведь мы не были здесь, — наконец отзывается Франк.

— Ты уверен в этом? Ночь была так темна… — говорю я.