Чтение онлайн

Оказалось, что я была последней, кто вылез из его кровати и назвал его «шлюхой», потому что именно на мне закончились все звонки.

– Мне никто не говорил такого…, – написал он мне вдогонку, – И я не хочу такого больше слышать… Я – не шлюха, и мне не все равно, с кем спать. Я вообще-то борщ умею готовить.

После этого он стал искать серьезные отношения, где он мог бы варить борщ, а я, с одной стороны, жалела, что не воспользовалась бесплатным аттракционом, а с другой – ужасно гордилась собой, что не попалась в его ловушку, как все, и даже изменила ход его жизни.

Я открыла глаза, мечта рассеялась и булава выпала из моих рук. Я снова скатилась в депрессию и почувствовала жертвенно-неистовое желание упасть к его ногам, раздеться и ласкать его пальцы.

Однако на такие случаи у меня есть мой милашка (еще один вид любовников, чувствительный как клитор).

Мой милашка отлично трахается и много плачет. Сочетание этих двух качеств в нем меня убивает. Как правило, он уходит в другую комнату и плачет, когда я отказываю ему в сексе, который он ассоциирует с любовью. Господи, как можно лечь в постель с мужчиной, который в перерывах между ласками глотает сопли!? Иногда, когда я лечусь от очередного мерзавца, мы плачем вместе, я – за мерзавцем, он – за мной.

Вообще, лечиться милашками от казанов – очень хороша терапия. Они любящие, заботливые, добрые и относятся к тебе, как к богине, а не как к куску дерьма. Но меня надолго не хватает. Как только я понимаю, что готова к новым приключениям, я снимаюсь с якоря и ухожу.

Конец ознакомительного фрагмента.