Чтение онлайн

Я люблю играть в шахматы. Долго думать, медленно делать шаг за шагом, рисковать и просчитывать ходы наперед, охотиться и остерегаться. Черно-белые фигуры – герои самых опасных сражений, где нет полумрака и скуки, нет сомнений и обходных путей; это мы – люди из реальной жизни. И вопрос не в том, какая я: белая или черная, а в том, сколько раз в своей жизни я была светлой, а сколько – темной.

Больше всего я люблю наблюдать за женами и любовницам. Они меняют цвета, как хамелеон, но обычно судьба сводит в неравной борьбе две противоположные силы: свет и тьму, белую и черную.

Говорят, что черными играют только любовницы, однако это не так. Я бы сказала, что любовницы почти всегда играют черными, и большая редкость, чтобы любовница играла белыми, а вот жена… жена может начать с белых, а закончить черными и наоборот. В любом случае, статус места не влияет на цвет масти.

У меня есть подруга, которая рассказывает мне про скучный супружеский секс; подруга, которая не интересуется сексом, но иногда встречается с одним заскорузлым любовником; подруга, которая жалуется, что муж не хочет с ней секса; подруга, которая любит секс до потери пульса и может говорить о нем в самых развратных выражениях, и лишь одна единственная подруга, которая не говорит о сексе. Вернее, не говорила…

Мы познакомились с Марго, когда вместе снимали квартиру. Она сразу мне понравилась: высокая, с накаченными ногами, длинными русыми волосами и бездонно грустными глазами. В ней было много тайн, которые она абсолютно не собиралась мне раскрывать. Я же в свою очередь была распущенной до предела: вечеринки, любовники, свидания, интриги, алкоголь, сигареты, секс, секс, секс… И всем этим я делилась с ней. Она меня слушала, улыбалась, вставала и уходила. Почти за год нашего сожительства, она ни разу не завела и не поддержала ни одного моего разговора об «этом». Казалось, что это тема для нее – полное табу. Ни своим видом, ни единым словом, жестом, поступком или намеком она никогда не выражала своей сексуальности. Я смотрела на нее и думала, это что-то с ней или со мной? Позже я стала думать, что она девственница, потом – что у нее психологическая травма, нет, неудачный первый опыт – я думала, я сойду с ума от своих догадок.

Однако если поместить нимфоманку и монашку в одну квартиру и закрыть их на год, то через год, знаете, что случится? Нет, они не поменяются местами – такое только в фильмах. И нет, нимфоманка не развратит монашку. На самом деле, когда сталкиваются две противоположности, через время они становятся похожи за счет обмена своими качествами друг с другом в той или иной мере. Монашка становится немного нимфоманкой, а нимфоманка немного монашкой.

Сегодня мы спокойно говорим о сексе. Марго рассказывает мне о своих любовниках, а я….а что я…я за ней записываю, сидя в своей келье.

– А ну скажи «член», «минет», «мастурбировать», – говорила я ей, сидя напротив и пристально глядя в глаза.

– Фу, я не могу, – она кривилась, как от лимона.

Мы смеялись от души.

Как-то мы с Марго поспорили.

– Я – толстая, – печально констатировала она перед зеркалом.

Я не реагировала на провокацию, продолжая молча смотреть в окно.

– Я – толстая?

– Что?

– Значит, толстая, – и она отвернулась от зеркала, – Я решила. Мне нужен стимул, чтобы похудеть. Вернее, мне нужно что-то, что будет меня подстегивать, понимаешь?

– Пари?

– Давай. 30 дней. 7 килограмм. Что хочешь?

– Хочу, чтобы ты сняла в самом модном клубе самых сексуальных мачо…

– Идет.

– …которых выберу я.

– Ок, а если выиграю я, то жертва моя, а ты – действуешь.

– Блеск.

Через месяц мы стояли в толпе шумного ночного клуба, и я сканировала аудиторию, в то время как не на шутку похудевшая Марго выбирала парней, с которыми я должна была познакомиться. Я волновалась.

Она тщательно рассматривала кандидатов, после чего уверенно указала на один из столиков, за которым сидели три парня. Я постаралась скрыть удивление и направилась к барной стойке. Взяла у бармена ручку, написала на салфетке что-то и попросила бармена передать записку вооон тому парню. Бармен улыбнулся и ушел выполнять поручение. Издалека я видела, как они перекинулись парой слов, пожали друг другу руки и посмеялись, а потом бармен указал на меня за стойкой, и один из парней, с длинными черными волосами, улыбнулся мне. Через несколько минут он уже был у барной стойки. А ещё через время мы с Марго сидели за их столиком.

Вечер удался на славу. Худоба раскрыла в Марго доселе невиданные чары. Так и крутится на языке – «доселе они скрывались за слоем жира», но это, конечно же, не так. Просто раньше она не уезжала с парнем на первом свидании, не узнав сначала, как мне удалось обставить очередную интригу.

– Что ты написала на салфетке? – спросила она уже на следующий день.

Я не реагировала на провокацию, продолжая отвечать на смс своему любовнику – бармену на красной тигре, тому самому черноволосому парню из вчерашнего клуба.

Бывает, подозрения доводят нас до помешательства. Подозревая партнера в измене, очень легко сойти с ума и свести с ума визави. Но толку от этого? Если факт прелюбодеяния невозможно доказать, то какой смысл изводить себя душераздирающими сомнениями? А с другой стороны, как жить с мыслью, что любимый человек не верен?

Я недавно видела, как одна девушка горячо ошиблась в выходке мужа. Все улики говорили о его измене, и она уже была готова предпринимать крайние меры, но в последний момент оказалось: ах, все эти ужасы она себе нашифровала сама. О, женщины! Их алогичная мыслительная деятельность способна даже планету сбить с орбиты.

Но бывает и по-другому…

Вчера мне позвонила Лиза и прошептала в трубку:

– Он приехал из командировки с засосом на шее. Я пока не знаю, что делать. Зашли сейчас в кафе поговорить. Он отошел, а я вот думаю, что же делать. Он говорит, что это пятна от бани остались… Непонятно. Вроде он и не реагирует, как виноватый, но знаешь как оно, когда тебя подозревают, то начинаешь невольно мандражировать… Я не знаю… Ой, всё, он идет, – и она положила трубку.

На следующий день пишу ей в скайпе:

– Ну как поговорили?

– Ой, непонятно все… Но сегодня всю ночь мы занимались таким сексом, которого не было никогда! До 4 утра! Представляешь! Мне так хорошо сейчас, просто супер!

– А как засос?

– Мы называем его льдинкой, – и она захихикала в трубку, – Хотя больше похож на синяк.

– Ты не ревнуешь?

– Как тебе сказать… Я знаю, что он меня любит больше всего на свете!

Занавес.

«Я жену люблю, ни разу ей не изменял душою. Телом, да, но это все для моей Лорочки. Мужику разнообразие нужно, тогда он и жене хорошо угодить сможет. Ни разу у меня любовницы не было. Подумаешь, перепихнусь с кем-нибудь, получу удовольствие, да тут же и забуду.»