Чтение онлайн

Разинув рот, Сайто пристально смотрел на внешность хозяйки.

– Как долго ты будешь торчать с глупым выражением на лице? Слышишь, давай поедим, - произнесла Луиза таким тоном, словно была смущена. На столе стояли в ряд угощения.

– Это что такое?!

– Я это приготовила.

Сайто уставился на хозяйку, на лице у которой было смущение.

– С помощью магии?

– Джессика меня научила, - зардевшись, произнесла Луиза, и это заставило сердце Сайто биться еще сильнее. Верхняя часть корсета по средней линии была выполнена в виде сеточки, ячейки которой позволяли проглядывать белой коже девочки. Черное бюстье, плотно облегая тело, подчеркивало его линии. Та часть, которая была выполнена в виде невероятно короткого кринолина[10], в простительной степени, и не более, закрывала линию талии. Луиза выглядела более эротично по сравнению с ситуацией, если бы она даже была полностью обнаженной.

Сайто невольно отвел взгляд в сторону. Если и дальше смотреть, то неизвестно, чем это все обернется. Фамильяр не понял, случится ли все это из-за того, что он с самого начала был в нее влюблен, или это происходило благодаря наложенному на бюстье заклинанию Очарование, тем не менее... одно было несомненно.

Это было чарующе.

Однако, не имея возможности сказать подобное, мальчик произнес таким голосом, словно он был разгневан:

– ...Разве ты не намеревалась, надев это, со всей своей живостью обслуживать клиентов?

– Если бы я позволила им себя трогать, ты дал бы мне пощечину, не так ли?
– сердитым тоном парировала Луиза.
– Ладно, давай поедим.

Сайто кивнул и начал есть кушанья, приготовленные его хозяйкой. Однако... кровь приливала к его голове, поэтому нельзя было разобрать вкус. Скорее всего, он - отвратительный. Однако, в любом случае, все отлично. Это приготовила Луиза. Это - прогресс.

– Как еда?
– спросила девочка.
– Р-разве не вкусно?

Сайто ответил таким голосом, чтобы нельзя было уловить суть.

– Я привела в порядок комнату. Как ты это находишь?

– Даа, это - значительное дело.

– В таком случае, как насчет моей внешности?

Облокотившись, Луиза кокетливо заглянула в лицо Сайто.

Утренний свет проник через окно в крыше. Ободряя, он залил комнату на чердаке. Фамильяр с трудом подыскивал слова, однако, наконец-то, выдавил из себя:

– Тре бьен.

– ...По крайней мере, похвалил в других выражениях, - вздохнула Луиза. Неужели на это бюстье действительно наложено заклинание Очарования? В чем дело? Ведь я надеялась, что Сайто будет со мною нежен насколько это возможно. А его отношение - такое же, как и всегда: он словно бы раздражен и словно бы чувствует себя неловко.

Я разочарована. Я полагала, что если надену это бюстье, он как ненормальный бросится ухаживать за мной. Ведь в этом случае я бы отнеслась к нему с такой холодностью, насколько это возможно. Только сейчас заметил обаяние своей хозяйки, и ведь так поздно! Чего тебе, идиот? Не притрагивайся ко мне. Однако, знаешь, когда ты сказал: "Единственный, кто может притронуться к Луизе, - это я", я почему-то была немного обрадована, поэтому я позволю тебе немного. Однако, самую малость. Действительно чуть-чуть, понял?

Несмотря на то, что она, потратив целый день, делала приготовления, и при этом представляла себе именно такое развитие событий, что касается Сайто, то он только и делал, что глазел по сторонам.

"Я разочарована",– девочка надула губки.

Короче говоря, Луиза так и не заметила.

Фамильяр уже давно влюбился в нее, поэтому... теперь уже заклинание Очарования не имело никакого значения.

Итак, снова в Академии Волшебства Тристейна. В опустевшей из-за недавно начавшихся летних каникул башне-общежитии две дворянки томились от скуки.

Это были Кирхе Тлеющая и Табита Вьюга. Рыжеволосая девица расслабленно лежала в комнате своей подруги на кровати с совершенно неподобающим внешним видом. Она расстегнула все пуговицы на блузке и обмахивала рукой свое тело с отчетливо выраженными привлекательными выпуклостями и ложбинками. Кирхе нравился жар, но она не выносила жару. В комнате, которая смогла сильно разогреться от беспощадного летнего солнца, она лежала так, словно зной намеревается ее сварить заживо.

– Эй, Табита. Будь столь любезна. Заставь, пожалуйста, подуть ветер, как ты делала это недавно.

Подруга, не отрывая глаз от книги, взмахнула посохом.

– Лучше, если он будет холодным. Такой, чтобы я почти замерзла. Похожий на твое руническое имя.

Похоже, Табита прекрасно знала подобное волшебство, и в произнесенное ею заклинание ветра она замешала кристаллики льда. Подобная вьюга остудила тело Кирхе.

– А-ах, как хорошо.

В конце концов, рыжеволосая девица скинула с себя блузку. Сидя в позе "агура", что она ни в коем случае не смогла бы продемонстрировать своим почитавшим ее за богиню ухажерам, коих было целая дюжина, Кирхе пребывала в опьянении от ветра, созданного своей подругой.

Она уставилась на Табиту, которая глубоко погрузилась в чтение. Ее подруга до самозабвения увлеклась содержанием книги, и от этого зноя с нее не упало ни капли пота. Ее руническое имя - Вьюга - остужает не только ее сердце, но и ее тело? Кирхе пробормотала:

– Эй, Вьюга. Ты любишь читать книги, совсем как протестанты. Возможно, сейчас у тебя в руках - "Практическая Доктрина", от которой эта кучка последователей новой веры без ума?

"Практическая Доктрина" - это религиозное течение, которое пропагандировало, что необходимо тщательно выполнять истолкование Молитвенника Основателя - книги, описывающей великие деяния и учение Основателя Бримира.

Однако везде существовали свои "оригиналы" Молитвенника Основателя, кроме того, записанное в них содержание также незначительно разнилось. Вдобавок, существовала версия, что тексты всех этих книг были написаны через несколько веков после кончины Бримира. В Молитвеннике Основателя, который передавался из поколения в поколение в Королевской семье Тристейна, даже не было написано каких-либо знаков. Поэтому богословы, существовавшие до сего дня, на все лады проводили пространное толкование этой книги, а церкви и дворяне в Халкегинии подхватывали эти толкования для своей выгоды и использовали, чтобы властвовать.

Движение "Практическая Доктрина", начавшееся с одного епископа из религиозного государства Ромалия, ставило своей целью реформы продажной церкви, занимающейся исключительно эксплуатацией простого народа. Движение вылилось в волнения, пересекшие границы королевств. Оно ширилось среди горожан и крестьян, и отбирало власть и владения у священников, обладающих привилегиями. Однако ни один человек не понимал, является ли такое толкование уместным и точным. Вероятно, никто, кроме Основателя Бримира, не может дать ответ на этот вопрос.