Чтение онлайн

— Ты чего, Валюха? — равнодушно затянулся дед. — Каким еще парням?

— Да вы хоть как не помните, папа… — Молодуха перехватила младенца и начала корчить ему рожицы. — Ух, ты, солнышко мое… Приходи-или тут недавно добренькие дя-яденьки, верно? Рассказали, что они из полиции, и все спрашивали, спрашивали… Один такой маленький, щупленький, говорить почти не умеет… А другой — разговорчивый, ласковый, под халат мне все заглядывал — на этого похож, как его… — девица вопросительно уставилась на Максимова. — На Дукалиса из «Ментов» — точно!..

«С чем вас и поздравляем», — холодея, подумал Максимов.

Не стоит описывать его отчаяние. Не маленький, не хлюпик, прекрасно понимал, что бывают и проигрыши. Эра невезения, заслужил. И не убиваться надо, а делать что-то. Другие не сделают. Оставалась, по крайней мере, слабая надежда, что беглянка не отправилась в гостиницу.

От невнятного бесцельного хождения, сильно смахивающего на тыканье мокрым носом в разные углы, он перешел к поиску «точечному». Не впервые. Три кита нормального уголовного дела: сбор информации, анализ информации, использование информации.

С сотового телефона, через «справочное» в мобильном Интернете, он дозвонился до гостиницы «Орбита». Время пока еще рабочее, но на диалог с представителями администрации можно было не рассчитывать. Отозвался хамоватый портье.

— Уголовный розыск, капитан Нахрапов, — сухо представился Максимов. — Скажи-ка мне, любезный, в каком номере проживает некая Запольская Лидия и проживает ли вообще. Худая высокая женщина с русыми волосами. Одета в серое. Да поживее давай.

Развязный тон подействовал. Портье удалился за книгой регистрации. Через три минуты выяснилось, что некая такая-то в гостинице «Орбита» не проживает, но на втором этаже, в номере 203 имеется некая Лидия Запашная, по экстерьеру — просто копия описанной женщины.

— И вселяясь, она, конечно, показала документ, заполнила карточку постояльца, — саркастически подметил Максимов. У портье хватило ума не врать открытым текстом. Понимая, что запросто отроет себе яму, он помялся и тихо сообщил, что понятия не имеет, поскольку вселялась упомянутая мадам в чужую смену, а произойди это при нем, он такого безобразия бы не допустил.

— Хорошо, мы разберемся, — пообещал Максимов. — Надеюсь, вы понимаете, что никто не должен знать об этом разговоре?

Портье рассыпался в уверениях.

Гостиница стала новой западней, и только умение ориентироваться в неприятностях спасло его от провала. В черных жутковатых очках, с папочкой «деловой» конфигурации (весь этот камуфляж он приобрел в каком-то ларьке, где «любой товар — по сто рублей»), он без проблем вошел в гостиницу. Портье беседовал с двумя субъектами. На вошедшего внимания не обратили. Многие тут шляются. Максимов также не стал интересоваться данной компанией, хотя, вглядись он внимательнее в лица посетителей, мог бы сделать выводы. Но он имел слишком занятой вид, чтобы рыскать глазами по каким-то субъектам. На втором этаже был недлинный коридор с традиционным фикусом. Счет номеров шел слева, от головы состава. Туда Максимов и свернул. Размеренной походкой двинулся вдоль обшарпанных стен. И вдруг почуял холодок в позвоночнике — в конце коридора, у второй от фикуса двери стояли люди… Правая сторона нечетная, предпоследняя дверь — 203-й номер!

На него уже таращились. Два хмурых мужика с сигаретами в зубах мялись у порога. Поворачивать нельзя — догонят. Как мгновенное кино, пронеслись двое у стойки портье, черная «десятка», чуть не въехавшая на крыльцо…

Опоздал?

Он не сбавил шага. Любое неверное движение могли расценить превратно (хотя и правильно). Твердой походкой он прошел мимо курильщиков — парни выставились на него, как будто он щеголял в фате и ластах — и постучал в 201-й номер. С тем же успехом он мог постучать в 202-й — напротив, но что бы это изменило?

Открыла женщина — усталая, за сорок. Посмотрела воспаленными глазами и ничего не поняла.

— Наконец-то, — опередил ее Максимов. — Ради бога, простите за опоздание. На заводе комиссия из столицы; акт приемки подписали, а работы еще по уши. Собираются ночью запускать линию — представляете, до чего дошли?.. Давайте по-быстрому рассмотрим наш договор, да побегу, некогда. Да и вы устали.

И не дожидаясь резонных возражений, шагнул в номер. Женщина машинально посторонилась. Он закрыл дверь. Прислонился и перевел дыхание. Вспотел он чего-то сегодня…

Женщина запахнула халат.

— Занятно, — сказала она. — Вы артист?

Она не выглядела испуганной. Просто в хлам усталой и немного удивленной. Ровно настолько, насколько позволяла усталость.

— Простите, — прошептал он. — Ради бога, простите. Но эти люди в коридоре… Не бойтесь, я вам ничего не сделаю. Постою пару минут и пойду.

— А я не боюсь, — женщина пожала плечами. Максимов снова обнаружил, что становится объектом пристального внимания. — У вас испарина на лбу. Вы взволнованы?

Он кивнул.

— Я знаю. Когда мы лжем, мы потеем. Не хотел встречаться с теми парнями, пришлось фантазировать. Вы не знаете, что там происходит?

— Не знаю, — женщина скромно пожала плечами. — Они заходили несколько минут назад. Показали милицейские удостоверения, попросили документы и поинтересовались, не слышала ли я чего.

— А вы не слышали?

— Нет. Я лежала у телевизора. У меня был трудный день.

— Вы в командировке?

Женщина приподняла правую бровь. Наверное, выражала недовольство незапланированным вторжением в свое «privacy».

— Простите, — спохватился Максимов. — Не мое дело. Я еще минутку постою?

Похоже, он ошибался. Приподнятая правая бровь означала не раздражение, а усиление интереса. Лицо женщины как бы вдруг помолодело. Волевой подбородок перестал казаться волевым, глаза — усталыми.

— Стойте, стойте, — улыбнулась она. — Вы неплохо приросли к моей двери. К сожалению, я в командировке. Сама выдаю себе задание, маршрут, командировочные.

— А по должности вы…

— Директор производственной фирмы по изготовлению красителей. Город Тайга, может, слышали?

— Даже бывал. У вас красивый вокзал. И городок спокойный, не суматошный. А скажите, у директоров производственных фирм вот так и принято — жить во второсортных гостиницах?

Женщина не обиделась.

— У меня небогатая фирма. Не воруем. Сами производим, сами сбываем. Я забыла вам сказать — я еще и снабженец.

— Ну, спасибо, что приютили, — Максимов улыбнулся самой доброй на свете улыбкой (какую позволил дрожащий рот). — Не буду отнимать ваше время, — и взялся за дверную ручку.