Чтение онлайн

– Это, значь, Ухо, Рыло и Нос. Хают атамана свово. Полфунтом величают, сильно ропщут. Но боятся в открытую идти против него.

Полфунта, это хорошо. Внутренний конфликт в коллективе - прекрасно.

– Иди, переоденься в обычное. Подойдёшь к ним, вроде заблудился, и скажешь, что добрые люди недовольны Полфунтом, не на свою поляну он сел. И, если что случится, в Александровой пади добрые люди помогут. Слово в слово скажи.

Мыш кивнул и исчез. Костя подтянул винтовку к себе поближе. Если разговор пойдёт не так, то можно будет пострелять. Однако обошлось. Малец подошёл, сказал и сразу юркнул в кусты. Мужики повертели головами, но задницу от земли не оторвали. И то хорошо.

Проводить долговременную кампанию по дискредитации оппонента и приведению его к системному кризису Костя посчитал излишним. Не тот уровень, рылом не вышел противник. Давняя российская привычка хоронить проблемы вместе с их носителями и здесь взяла верх. Он перевёл прицел на Полфунта, собираясь положить тому в глаз привет из будущего. Однако тут же Костя понял, откуда у атамана такой авторитет. Он начал уже выбирать свободный ход спускового крючка, как порывом ветра качнуло веточку и на мгновение листком заслонило прицел. Полфунта за это время исчез из поля зрения. Пытаясь сохранять прежний величавый вид, он бочком стал пробираться к своей лошади, что-то выговаривая своим подельникам, одновременно кося глазом в направлении Кости. Ах, чёрт. Вот, поистине, звериное чутьё. Движения его стали дёргаными и суетливыми, и Костя понял, что акцию придётся отложить.

Тем временем прибыло то, чего все ждали. Ба, знакомые все лица, чуть не воскликнул Берёзов. Прибыл с подводами Пузырь. Вот оно, недостающее звено логистических схем разбойников. Костя аж мысленно потёр руки.

Что-то, тем не менее меж трактирщиком и атаманом не заладилось. Разговор пошёл на повышенных тонах. Были срочно посланы шестёрки на место преступления. Ага, кошель потеряли, - сделал вывод Костя, - да тут заказухой попахивает. Посланцы ничего, естественно, не нашли и стороны расстались крайне недовольные друг другом. Пузырь убыл, а ватага тоже засобиралась. Однако, прям как цыгане по Бессарабии.

Костя с Мышом переоделись в кустарнике и снова стали простыми мужичками, едущими по своим делам. Дела, странным образом, были там, куда убыла шайка. Конечным удивлением на сегодняшний день для Константина стало то, что банда, не проехав и пяти вёрст, втянулась в село, и потихоньку в нём растворилась.

– Ах, кудесники, - сказал он Мышу.
– Махновщина, в чистом виде. Просто красота.

Атаман, тем не менее, с телегами, гружёнными добром и пока ещё живыми пленниками, отправился дальше. Как выяснилось, к господскому дому, что стоял на берегу пруда, в полуверсте от села. Ворота усадьбы открылись, и процессия втянулась во двор.

Вот она, образцовая организованная преступность, восхитился Костя. Симбиоз и трогательное единодушие, смычка города и деревни. Вот откуда растут ноги столь вольного поведения разбойников.

Не теряя своего ленивого вида они проехали село и скрылись в ближайшем леску.

– Отсель грозить мы будем шведу, - сообщил Мышу Костя очередную непонятку, - назло надменному соседу.

Предстояло долгое сидение на месте, разведка и сбор информации.

– Мыш, ставим шалаш и отдыхаем. Коней распряги.

Косте нужны были бойцы, а они подтянутся только к успешному главарю. Нужна была громкая акция, а для неё нужны были люди. Замкнутый круг получается. И Костя решил проверить варианты. Вот он, богатенький Буратино, а удастся ли взять его в одиночку - большой вопрос. Он прилёг на пригорок с биноклем. Кипела обычная сельская жизнь. К воротам усадьбы подъезжали подводы, гружённые копнами ржи, возвращалось стадо с пастбища, гавкали псы, а девки стирали бельё в речке. Ничто не говорило о том, что несколько часов назад мирные пахари на гоп-стоп взяли целый караван. Из ворот усадьбы выехал Полфунта с присными и отправился на постой. Смеркалось. Туман потянул с речки, попрохладнело. Село гуляло. Разнузданно, как будто последний раз. Визжали девки, слышались грубые матерные крики, возможно, кого-то били. Обычный вечер.

С утра Мыш отправился на разведку, поближе к усадьбе. Мало ли в селе огольцов, так решил Костя, вечно они путаются под ногами. Дворовые, как правило, не знали деревенских, а деревенских близко к усадьбе на подпускали.

Мыш, тем не менее, быстро разобрался, что к чему. Играл с пацанвой в лапту, потихоньку с ними же воровал репу с огородов, в общем, вёл вполне буколическую жизнь. И потихоньку собирал информацию. Вечером он Косте рассказывал, как устроена жизнь в усадьбе. А в той усадьбе было весело. Господин Троекуров, помещик, развлекался с девками, пил горькую, и слыл редкостным самодуром. Жену свою ни в грош не ставил, а уж каким был он примером для своих четырёх детей, так и вовсе непонятно. Пленников содержал в холодном погребе, периодически требуя с них выкуп, и так же, как это ни странно, тот выкуп получал.

– Дворня живёт в длинной избе, где летняя кухня. В барском доме только сенная девка и барин с семьёй. На ночь во дворе трёх собак спускают. Страшные, аж жуть. Унять их может только конюх. Но он пьёт шибко, и ночью не встаёт. Говорят, что барин от этого серчает, но ничего сделать не может, - объяснял диспозицию Мыш.

План начал вырисовываться. Слабость усадьбы была в её силе. Очень кстати на Воздвиженье жена Троекурова с детьми засобиралась на богомолье в Суздаль.

– Свари-ка, Мыш, собачкам покушать. А я в город мотнусь на денёк, привезу кой-чего.

Троекуров через два дня каялся во всех своих грехах. Раскаялся на сумму около семи тысяч рублей. Костя чуть не надорвался, вытаскивая из дома двести килограмм серебра. Потом открыл погреб, отшатнулся от смрада. Сказал пленникам:

– Выходите. Выводите лошадей и проваливайте.

– Кто ты, спаситель наш?
– спросили его из темноты.

– Клетчатый, - лаконично ответил Костя, хотя, конечно же, хотел сказать - Дубровский.

От леса он обернулся. Помещичий дом красиво полыхал в ночи, выбрасывая в чёрное небо шлейфы искр. А село безмолвствовало.

Глава 9.

Сентябрь - ноябрь 1725. А. Шубин, как персональный магнит. Знатоки женщин редко склонны к оптимизму.

3 сентября между Великобританией, Францией и Пруссией был заключён Ганноверский Союз.

4 сентября 15-летний Людовик XV женился на 22-летней Марии Лещинской. Елисавет Петровной побрезговали.

Даниэль Дефо написал книгу "A New Voyage round the World".

11 октября спущен на воду 50-пушечный корабль "Нарва".

13 ноября -- прошло первое научное заседание Петербургской Академии наук.

17 ноября в Туле скончался Никита Демидов.

"Как жить, если тебя никто-никто не понимает?" - вопрошал сам себя Сашка Шубин, шлёпая в свой дом по грязи, и не находил ответа. Он здесь чужой. Это торчало из всех щелей, это ему явно и неявно намекали все, с кем он общался. "К столу не зовут, по имени-оччеству не величают", - горько пробормотал он фразу из мультика. Артель питалась сама по себе, монастырь жил своей жизнью, отец Онуфрий вообще не друг, и не товарищ. Саня только немного завидовал Славке, у которого всё в личной жизни складывалось просто прекрасно. Зато у Сашки всё шло наперекосяк. Отношения с кузнецом были испорчены, мастер Трофим брыкался и не хотел работать по-новому, попытки отлить подшипник раз за разом проваливались.