Чтение онлайн

— Миша, не говори ерунды, она вылетела у тебя из рук, когда ты изображал Валдиса Пельша в «Угадай мелодию».

— Боже, как болит голова. Как будто бухал вчера, — Миша приподнялся на локте и потрогал затылок.

— Так оно и было.

— Я помню, что было! Мозг не повреждён! Может, вы подымете меня? Или мне так и лежать до скончания визы?

Когда мы водрузили Мишу на место, к нам осмелился приблизиться Ванчай. Он молча поставил на стол барсетку, рядом положил выпавший из неё потёртый презерватив Михаила, и поклонился. Всё это выглядело так ритуально, как будто таец вручил Макарову скипетр и державу. Воспользовавшись тишиной, Ванчай быстро затараторил на английском:

— Миша, байков у меня сейчас нет. Все уезжать, клиенты возить. Вы ехать на Хаад Рин, там мой брат, он вам даст. Вот визит-кард.

Ванчай протянул Мише визитку с надписью «BEST BEACH — BIKE RENT», рядом стояло мудрёное имя и координаты. Прочитав на наших лицах озабоченность, таец решил уточнить:

— На Тонг Сала — ехать налево, а на Хаад Рин — направо, понятно?

— Понятно. Спасибо, Санчасть, свободен, — выдохнул Макаров и принялся запихивать в барсетку свой резиновый талисман.

Вскоре мы мчались в такси на Хаад Рин, подставив лица ветру и надёжно зафиксировав Сергея в углу кузова своими телами. Лаптев поначалу немного брыкался, но я припугнул смельчака арматурой, которая может торчать в кустах его следующего приземления. По краям дороги лежали здоровые тюки спрессованной скорлупы кокосовых орехов. Между ними бегали собаки и дети. Один раз дорогу перебежала обезьянка, мы никак на неё не отреагировали, она на нас тоже. Вдоль обочины, на столбах, вилось огромное количество проводов, некоторые из них были смотаны в бухты.

— Как ты думаешь, Мишаня, зачем эти мотки проводов?

— Чтобы воровать легче было.

— А может, это дань местным электрическим богам?

— Не смеши меня!

Многое в Таиланде казалось мне странным. Например, душ в ванной комнате был закреплён аккурат напротив унитаза. Хотя Сергею такой дизайн пришёлся по вкусу. Сначала он намыливался, потом садился на унитаз и включал воду в душе, одновременно очищая кожу и кишечник. В то утро, когда я впервые увидел это зрелище, то с перепуга перекричал утренний птичий концерт.

— Я знал, что тебе понравится! — счастливо улыбнулся мне Лаптев. — Дай-ка ножнички, я хочу ногти на руках постричь.

— А для того, чтобы ещё и ноги занять, рекомендую гончарный круг.

— Это мысль!

Но больше всего меня удивляло левостороннее движение. Таиланд оказался одной из немногих стран, где оно практиковалось, наряду с Великобританией, Индией и Японией. Я с ужасом себе представлял, как буду проезжать перекрёсток: куда смотреть? Кого пропускать? Придётся дожидаться, пока все разъедутся, а потом проезжать. А может, вручную перекатывать скутер в сложных местах? Засмеют, конечно, но лучше собрать в кулак гордость, чем собирать свои кишки с асфальта.

Миша не зря предложил взять в аренду именно скутеры. На них тут ездили практически все, от мала до велика. Часто целыми семьями: папа, мама с младенцем на руках, двое детишек меж ними и собачка в корзинке над передним колесом. Один раз наше такси обогнал мопед, на котором сидели сразу три местные школьницы. Они одновременно ели чупа-чупсы, махали нам руками и придерживали школьные рюкзаки. А та, что была за рулём, успевала ещё и припудриваться. Как они дожили до своего возраста? Не понимаю. Скорее всего, тайцы как-то умели договариваться с гравитацией о её временной отмене во время езды на «табуретке с моторчиком».

На Хаад Рин, который находится в юго-восточной части острова, было повеселей, чем в Тонг Сала. Повсюду бродила молодёжь, среди которой попадались «профессиональные отдыхающие» — обильно татуированные самцы с внешностью порноактёров. Поигрывая мускулами, они свысока поглядывали на бледных пареньков из вырождающихся европейских стран. Те были в сопровождении страшненьких девиц и собственной закомплексованности. Многим туристам шорты заменял панунг — кусок ткани, обмотанный вокруг бёдер. Край ткани при этом заводился между ног и крепился на поясе. Интересно было бы взглянуть, как, и главное, с какой скоростью их владельцы управлялись с такой экзотической одеждой после пятого бокала пива.

Бросались в глаза бодрые европейские дедушки, которые прохаживались в компании одной или двух симпатичных таек, будто Хью Хефнеры со своими «зайчиками». Одного из них я узнал: каждое утро на соседней террасе тайка кормила его кашкой из ложечки, а он жмурился и балдел, как котик на солнышке. Чёрт, почему я не бодрый европейский старичок?

На Хаад Рине оказалось так интересно, что мы на время забыли о наших скутерных планах и решили взглянуть на местный пляж. Дабы понять, в какую сторону идти, я подошёл к одной симпатичной тайке и спросил:

— Where is the «BEST BEACH» of Haad Rin? [14]

— It`s me! [15] — ответила она с улыбкой и игриво вспушила волосы.

— Артём, кажется она слово «beach» расслышала как «bitch» [16] , — заржал Лаптев, — оговорочка по Фрейду!

Слово за слово — картой по столу, мы добрались до пляжа. Он был изумительно хорош. Людей здесь было побольше, чем возле нашей тихой обители. Кто-то бросал фрисби, кто-то играл в пляжный волейбол, а кто-то просто лежал, уткнувшись носом в песок.

— Парни, смотрите, афиша full moon party! — возопил Лаптев.

— Серёжа, мы приехали сюда не за этим, так что успокойся. Попляшешь мне ещё! — одёрнул его Макаров.

Моё внимание привлекла рыбацкая лодка, которая подошла к берегу и будто повисла в прозрачной воде. В длину она была как четыре пианино, выставленных в ряд, а в ширину — как одно пианино и две прикроватные тумбочки. Большая часть деревянного корпуса была под навесом, а нос был повязан яркими лентами, как грива цыганских лошадей. Но самым шикарным элементом лодки был мотор. Начну его описание с винта, который крепился на трёхметровой металлической трубе и поднимал шикарные буруны брызг при погружении в воду. Сам мотор выглядел так, как будто его сделал художник-постановщик фильма «Кин-дза-дза». По размерам он был похож на обычный навесной лодочный мотор, но всю его поверхность покрывал слой каких-то шестерёнок, гаек и болтов. Казалось, что после сборки мотор погружали в чан с этими причудливыми железками, чтобы они облепили его, как ракушки — корпус корабля.

С лодки спрыгнул паренёк и понёс к берегу ящик с рыбой. Чего там только не было: акула, тунец, барракуда, осьминог, креветки всех мастей и ещё масса всяких разноцветных рыб и морских гадов, которых я не смог идентифицировать.

— Глянь-ка, а ведь это для ресторана, — прошептал мне на ухо Макаров.

— Миша, почему ты шепчешь?

— По привычке. Если что-то нравится — не проявляй эмоций, а то поднимут цену.

Прямо на пляже стояла небольшая реклама с расценками на SEAFOOD GRILL. Столики кучковались прямо на краю пляжа, под тенью пальм. Всех обитателей глубин можно было заказать по чуть-чуть, стоило это 60–70 рублей за сто грамм, только креветки и лобстеры были дороже.