Трон тысячной лжи
Шрифт:
— Я хотела бы перекинуться с вами парой слов.
Тирн бросил на меня быстрый взгляд.
— Конечно, — мне он сказал. — С тобой всё будет в порядке? Ты знаешь, как подать себя сегодня вечером?
Я с трудом заставила себя улыбнуться.
— Это из-за меня, не так ли? Или, скорее, из-за моего будущего мужа? Я должна быть в состоянии справиться.
Его глаза сузились от моего саркастического тона, и я могла сказать, что он не был уверен, дразню я его или говорю искренне. Честно говоря, я тоже не могла сказать.
Мне претила мысль о том, чтобы следующие две недели ходить в поисках мужа. Я ненавидела ещё больше то, что, хотя официально не было объявлено, что это было то, что я делала, я была уверена, что остальная часть королевства могла по праву предположить, что это то, что происходило.
Единственным спасением было провести время с Тейлоном. И знакомство с членами королевской семьи, с которыми мне вскоре предстояло работать.
И Катринка.
Она собиралась вернуться в замок сегодня. Чтобы вернуться к нам насовсем.
Нервы, такие крепкие и расшатанные, сразу же пригрозили полностью вырубить меня. Я не позволяла себе зацикливаться на возвращении Катринки. Я не могла разобраться в своих чувствах, чтобы даже знать, как пережить воссоединение с моей сестрой, которую я столько лет считала мёртвой.
Возненавидит ли она меня за то, что я её бросила? Будет ли она винить меня в том, что произошло? Будет ли она так же жаждать мести, как и я?
Ответов на мои вопросы не было. Только время покажет.
А тем временем я только сильнее нервничала. Более встревожена. Ещё больше нервничала из-за нашего возможного воссоединения.
Ожидание того, чтобы снова быть с ней, было мучительным. Я ожидала её немедленного возвращения в Элизию сразу после того, как Конандра закончилась. Но задержка следовала за задержкой. Барстус не был готов отпустить её. Она не была готова уйти. Погода в течение зимы была особенно плохой в Ледяных горах. Затем поздний весенний снег на перевале между нашими двумя королевствами ещё больше отодвинул её приезд. Последовали весенние дожди, которые, по-видимому, затруднили путешествие. А потом был тот долгий месяц, когда мы ничего не слышали.
Теперь, летом, без оправданий ненастной погоды и королевского указа, она, наконец, прибудет. Моё сердце сжалось от возможности снова иметь семью рядом со мной. В то же время мой желудок опустился до кончиков пальцев ног.
— Это из-за тебя, — согласился Тирн тем ровным тоном, который он всегда использовал. — Так что давай надеяться, что ты справишься. Тебе совершенно необходимо найти мужа, чтобы королевство воспринимало тебя всерьёз как будущего правителя.
Его слова задели мои и без того измотанные нервы.
— Почему? Ты не женат, — я повернула голову, но не совсем встретилась с холодным взглядом Раванны. — Королева Раванна не замужем. Никто не ставит под сомнение ваш авторитет просто потому, что у вас нет супругов, с которым вы могли бы разделить ответственность.
— Но мы не дети, — огрызнулся в ответ Тирн. — Ты не понимаешь, что поставлено на карту…
Раванна подняла руку, заглушая раздражение Тирна.
— Ты права, Тессана. Никто из нас не женат. И никто из нас не пострадал из-за этого. Но ни один из нас не является истинным наследником Места Силы, не так ли? Тирн был всего лишь временным королем. И твоё возвращение гарантировало, что Место Силы никогда не будет моим. Так что мы не такие, как ты, — я почувствовала угрозу в её словах, но не могла точно определить, что она имела в виду. — Однако, в конечном счете, твоя судьба — это быть королевой этой державы, и даже твой дядя или я не могли бы сказать тебе, как полностью пройти этот путь. Используй это… празднование, чтобы изучить свои варианты. Но знай свой разум превыше всего остального. Никогда не принимай решение, основываясь на том, чего хочет для тебя кто-то другой. Только на том, что, как ты знаешь, лучше для тебя. Для королевства. Для державы, — она окинула меня резким взглядом. — Думай о следующих нескольких днях просто как о знакомстве с обществом. Часть о муже может прийти позже.
Тирн бросил на неё непроницаемый взгляд. Либо он был доволен, что она успокоила мои нервы. Или он был раздражен тем, что она принижала его экстравагантные способы найти подходящего мужчину, чтобы присматривать за мной.
Неуклюжая и дикая женщина, которой я была.
Корона Ста королей не могла быть передана женщине так легко. Нет, мужчины всегда должны обеспечивать своё наследие. Либо впереди и в открытую, либо за марионеточными ниточками, дергающими за ниточки, направляющими и указывающими то, как все должно идти.
Не то чтобы я была против того, чтобы, в конце концов, обзавестись мужем. Но мне было всего семнадцать. Я едва ли достигла брачного возраста.
— Ты свободна. Сопровождающий проводит тебя на ужин менее чем через час. Тебе нужно быть там раньше всех, чтобы ты могла приветствовать гостей, когда они войдут, — приказал Тирн.
Я кивнула в знак повиновения и повернулась, чтобы уйти. Мои охранники ждали прямо за пределами большого зала и, когда я приблизилась, начали двигаться в сторону моей спальни.
— Нам нужно поговорить о прошлой ночи, — прошипела Раванна голосом, который я едва разобрала. — Твои стражники говорят, что в коридоре разбилась ваза, и один из них поклялся, что слышал что-то в королевских апартаментах.
— Это невозможно, — прорычал Тирн.
Я замедлила шаг, чтобы не быть заметной, чтобы подольше подслушивать.
— Становится всё хуже, Тирн. Что-то нужно сделать, прежде чем…
— Ваше Высочество? — Кертис, командир моего отряда, развернулся дальше по коридору, его встревоженный взгляд эффективно сканировал коридор.
— Иду, — заверила я его тихим голосом и ускорила шаг. Для меня не было бы ничего хорошего, если бы меня поймали на прослушивании частной беседы Тирна. Но что становилось всё хуже? Я знала, что это за звук из королевских апартаментов. Но как насчет вазы?
Должно быть, именно эта суматоха привлекла внимание стражников. Я предполагала неуклюжесть. Тёмный коридор, усталые охранники, полуночные часы… Время от времени должны были происходить несчастные случаи.
Так почему же Раванна и Тирн были так обеспокоены? И почему звуки из королевских покоев могли так их беспокоить?
Я размышляла над этими вопросами, пока Клеста одевала меня на вечер. Ещё один особый дизайн от мастера-портнихи. Тем вечером я сверкала, как елисейский бриллиант, в блестящем серебре с белыми кружевными деталями. Мои юбки были такими пышными и длинными, что я волновалась, что не смогу пролезть в дверные проёмы. И покрой был гораздо более зрелым, чем у моих обычных нарядов. Верх с глубоким вырезом и плотно облегающие лифы.
Когда я закончила наносить краску в уголках глаз и нанесла немного румян и соответствующий цвет на губы, я попыталась разобраться в женщине, смотрящей на меня в зеркале. Мои волосы снова были распущены, признак скорее молодости, чем зрелости, но мы с Клестой решили, что лучше придерживаться стилей, которые мы могли контролировать, а не позволить чему-то высокому и сложному распуститься в середине супа.