Чтение онлайн

Мы с Катринкой несколько минут молчали, но этот вопрос о магии не давал мне покоя. Мне нужно было ещё одно мнение. В глубоких врезных карманах моего платья лежало письмо для Тейлона, но пока я не смогла найти Финча, эта тема, казалось, кружилась во всём моём теле, как рой рассерженных пчел.

— Что в Барстусе тебе рассказали по поводу магии?

Она быстро повернула голову в сторону, чтобы оценить серьезность моего вопроса. — Я совершенно серьезна, Катринка.

— Ну, я уверена, что, как и монахи в Хеприне, мне рассказали то же самое. Магия когда-то процветала в нашей державе, но после войны и постройки Мраморной стены, Место Силы и так далее, она использовалась всё реже и реже. И, в конце концов, был запрещена, — она сорвала цветок с живой изгороди, осторожно перекатывая его между пальцами. — Я слышала о Столетней войне, но то, что я прочитала, было размытым по сравнению с тем, чем Раванна поделилась по дороге сюда. И я никогда не слышала, чтобы магия была связана непосредственно с Короной Девяти. По большому счету, сотни лет не кажутся таким уж большим сроком.

— В точности мои мысли.

Она задумчиво промурлыкала что-то себе под нос, затем оглянулась через плечо.

— Не показалось ли Раванне, что в Короне девяти всё еще может быть магия? Она казалась… я не знаю, смущенной или особенно задумчивой по этому поводу.

— Да, ты права. До сих пор я об этом не задумывалась. Я полагаю, если бы ты верила в магию, было бы очень важно, была ли она взята с короны или просто спрятана. Разница была бы огромной.

— Но почему, Тессана? Почему это должно быть важно для того, кто никогда бы её не надел?

Я вспомнила свой судебный процесс и сказала:

— Хотя она почти справилась. До того, как я прибыла в Элизию, совет должен был провести голосование по вопросу о новом Месте Силы. Они собирались перенести его из родословной Аллисанд. Я думала, это предназначалось дяде Тирну. Но неужели ты думаешь?..

Она плотно сжала губы и задумалась. Это было самое большее, о чём мы говорили друг с другом, не прерывая друг друга, и моё сердце забилось сильнее при мысли о возможности более близких отношений.

— Ты знаешь, я винила тебя за то, что ты отослала меня в Барстус? Ну, не конкретно тебя. Но нашу семью. Я по глупости обвинила их в том, что их убили, потому что это так усложнило мою жизнь. В ранние годы, когда мне было так холодно и так одиноко, я думала о чём-то вроде: «Почему они не любили меня настолько, чтобы взять с собой? Почему они бросили меня в этом ужасном месте? Почему они так поступили со мной?», — она тихо рассмеялась и поправила очки на носу. — Я знаю, это ужасно эгоистично, но я не могла представить себе жизнь без семьи, которую я так сильно любила. Я не могла примириться с тем, почему их у меня отняли, и почему я осталась одна в этом жестоком, суровом мире. Но потом, ну, потом я познакомилась с Золотовыми. Они были добры ко мне, приняли меня как одну из своих и стали семьей, которую я потеряла. Когда Максим предложил мне стать членом его семьи, я ухватилась за этот шанс. Я… Меня не волновала потеря Элизии, или королевства, или Места Силы. Всё, о чём я заботилась — это оставаться дома, — она прочистила горло и добавила. — Хотя я действительно никогда не ожидала, что он будет иметь в виду Алексея. Я думала…

— Андре, — закончила я, когда она замолчала. — Антон сказал мне.

Она покраснела так же, как роза, которую держала в руке.

— У него такой длинный язык.

Толкнув её плечом, я не смогла удержаться от смеха.

— Он заботится о тебе. Он хотел посмотреть, что я могу сделать, чтобы это произошло.

— Конечно, он это сделал.

— И я сказала ему, что ничего не могу сделать. По крайней мере, пока. Но он свяжется со мной еще раз через пару месяцев.

— Тессана, ты этого не делала!

Я ухмыльнулась ей.

— Почему я должна быть единственной, кто женится на втором сыне? Они кажутся намного милее своих старших братьев. Может, Андре и не наследник трона Барстуса, но он искренне заботится о тебе. И, на мой взгляд, это важнее, чем потенциальная власть, которой он может обладать в один прекрасный день.

— Разве это не правда? — она бросила быстрый взгляд в мою сторону. — Ты тоже на это надеешься? Брак по любви?

Я подумала о суровых убеждениях Алексея в том, что членам королевской семьи не разрешаются браки по любви. А потом я подумала о Тейлоне и обо всём, от чего я бы отказалась, чтобы быть с ним. И всё, от чего я бы не отказалась, например, Корона Девяти.

— Я не думаю, что мне позволено надеяться на брак по любви. У меня даже не будет короля. Супруг. Вот как они его называют. Супруг королевы, — я содрогнулась. — По-моему, это звучит до смешного возбуждающе.

Она хихикнула в ладонь.

— Значит, это не брак по любви, а любовник.

У меня вырвался удивленный смешок.

— Драконья кровь, Катринка! Нет!

Она захихикала ещё громче.

— Королева державы и назначенный ей любовник.

Я не могла удержаться от смеха.

— Меня от тебя стошнит. Теперь я навсегда останусь одна, просто чтобы никто не называл его так.

— Ты не будешь одинока вечно, — сказала она ласково, но искренне. — И я не думаю, что тебе придется беспокоиться о том, чтобы отказаться от любви, чтобы найти кого-то достойного. Слишком многие уже влюблены в тебя, чтобы это было так. Подходящий мужчина сам даст тебе о себе знать, Тессана. Любовь и власть. Я верю, что ты можешь получить и то, и другое.

Её слова были на удивление глубокомысленными. И я почему-то стала более оптимистично смотреть в своё будущее. Даже когда я задавалась вопросом, имела ли она в виду Тейлона. Или она ошибочно приняла Оливера за потенциального мужа?

Я снова задрожала. Стрелы и убийцы, возможно, ещё не смогли бы меня прикончить. Но еще большего количества разговоров об Оливере как о моём любовнике, несомненно, было бы достаточно, чтобы я упала замертво на месте.

Мы начали, как бы следовать за Шиксой, когда она вела нас по извилистому лабиринту из цветов и булыжников. Солнце грело в синем-синем небе. И это казалось идеальным днём для прогулки.

— Ты знаешь, наша мать часто говорила о магии. На самом деле часто.

— Я помню, — сказала она. — И я мало что помню, но это… это я могу представить так ясно, как если бы она была всё еще жива сегодня. Все мы сидели у её ног, пока она сочиняла сказки и рассказывала истории из этой огромной книги.

У меня вертелось на кончике языка сказать ей, что это была книга заклинаний. И что теперь я обладаю ей. Но что-то удерживало меня. Боюсь, что она подумает, что я такая же сумасшедшая, как Раванна. Или была неуверенность в том, что она расскажет нашему дяде.

— Я рада, что ты здесь, Катринка. Это совсем не то, что я себе представляла. И я не знаю, как бы я справилась с этим без тебя.

— Я тоже рада, что я здесь. Ты права, что так думаешь. Я тоже не знаю, как бы ты справилась с этим без меня, — её улыбка была такой озорной, какой я никогда её не видела, и это заставило меня рассмеяться. — Она ужасающая. Не так ли? На секунду мне кажется, что я в безопасности, что обо мне заботятся. В следующий момент я испытываю желание обхватить себя за шею, чтобы она не перерубила её, потому что моё дыхание беспокоит её.

— Ты в этом не одинока. Я ни разу не слышала, чтобы миссис Блайт говорила. Вероятно, из страха, что ей отрежут язык.

Мы подошли к концу лабиринта из живой изгороди. Черные булыжники закончились, и начался лес белых дубов с трепещущими прозрачными листьями. Там, где опавшие листья покрывали почти каждый лес, из-за их полупрозрачности казалось, что эта лесная подстилка блестит на солнце. Это было слишком очаровательно, чтобы удержаться от исследования.

Я вспомнила огромный ров, который мы пересекли, чтобы попасть на территорию замка, так что я знала, что мы всё еще находимся под надежной защитой Цитадели.