Чтение онлайн

Сперва Алан списывал эти провалы на невозможность свериться с магическими альманахами, обновить в памяти некоторые коэффициенты и проверить свои расчёты на возможные ошибки. Но тут в спокойствии и вынужденном затворничестве поместья клана Сиасай, он всё больше склонялся к мысли, что к двойственной силе и подходить нужно двойственно, совмещая практики каритов и магов.

Именно этим он и займётся, когда получит немного больше свободы действий. Ибо пока…

Нет, беседа с Наместником прошла отлично, просто замечательно, и ощущение, что его ловко обвели вокруг пальца и загнали в рамки вызвано исключительно лёгкой паранойей и нервами. Его единственной задачей сейчас было сидеть тихо и не высовываться, попутно начав усваивать необходимые для управления империей знания, углублённо изучить историю её южной части, которую он знал не так хорошо, как следовало бы, разобраться в сложной системе межклановых отношений, постигнуть все тонкости традиций и этикета. В этом ему помогали и шешоу, и Инари Сай, и по десять раз на день забегающий проверить друга Амарими, и таскающийся за ним хвостиком Шоуки. Последний помогал в основном тем, что ненавязчиво утаскивал молодого принца, когда его энтузиазм становился совсем уж обременительным.

Всё было логично, всё было правильно — поработав, пусть и совсем немного, под началом дядюшки на Перекрёстке, Алан отлично понимал, насколько важно по-тихому вскрыть агентурную сеть врага, выйти на более важные и глубокие её звенья, а в идеале — и перевербовать их.

Но всё равно, сидеть в четырёх стенах было совершенно невыносимо.

Под подозрение попадали все слуги Аминари с супругой, да и прочие слуги и кариты вхожие в Высокий двор поместья. Одним словом — прорва народа, и чтобы устраивать настолько глобальный шмон и проверку на благонадёжность, потребовалась бы уйма людей. А на ту же проверку по-тихому уйдёт порядком времени.

Нет, её тоже проводили, параллельно с основным действом, Инари Сай ручался за своих людей, которым она была поручена, и в красках расписывал их таланты. Но основное действо было куда любопытнее — территория поместья была совершенно, абсолютно эфирно нейтральна, и потому любые магические артефакты должны были быть снабжены эфирным накопителем из метеоритного железа. И в первый же день по приезду что Жнец, что его подопечный отыскали около десятка подозрительных изделий из этого металла, спрятанных в разных примечательных местах поместья!

Осмотрев аккуратно, чтобы не потревожить, замаскированный под типичную поясную подвеску амулет с неприятно знакомой бусиной-накопителем, что был запрятан за декоративную ширму в большой зале для торжественных приёмов, Алан установил, что это какой-то вариант прослушивающего амулета с удалённой активацией посредством амулета-пары. Разве что расположен он был довольно неудачно — помещение было большое, его следовало спрятать куда ближе к возвышению, на котором следовало располагаться всем важным людям во время всевозможных событий.

Да и вообще, устраивать прослушку в торжественном зале, в который и так обычно набивается множество народу…

Да и прочие амулеты были расположены довольно дилетантски с точки зрения Алана, человеком, явно не знающим специфику захвата звука подобными плетениями, да и плохо представляющим, где ведутся по-настоящему важные беседы.

Либо просто не имеющим доступа в эти места.

Но как бы то ни было, господин Инари всё равно был взбешён самим фактом наличия прослушки, и облазил всё поместье, выискивая её аналог на печатях и духовной силе. Не нашёл, несколько подуспокоился, и, как сказал Шоуки, перестал смотреть волком на господина Маомина, который имел здесь роль, схожую с ролью камергера и начальника стражи одновременно.

Ещё одним любопытным открытием было то, что отправленный обратно в Императорский дворец Жнец через пару дней вернулся с вестью, что подобных артефактов там нет совсем, что с одной стороны обнадёживало, с другой давало пищу для размышлений, и позволяло скорректировать план по скармливанию дезинформации противнику.

Одним словом — вокруг кипела оперативная работа, а он, Алан, сидел в трёх комнатах и не высовывал из них носу!

Он отстранился от стола и устало растёр лицо ладонями. Надо было бы ложиться спать, но сон совершенно не шёл, несмотря на позднее время. Бездействие тревожило его, но никак не меньше тревожило будущее. Если не забивать голову изучением книг из дворцовой библиотеки, в голову начинало лезть совсем другое — как он вообще будет управлять чужим народом? Примут ли его кланы? Или обязательно придётся показывать силу и доказывать своё право на трон? Наместник на его стороне (на его же?), но это не слишком обнадёживает. За три столетия, что Империя провела, фактически, без головы, в Благословенных землях успели сложиться сложные взаимоотношения между кланами, само его появление серьёзно их нарушит, даже если Алан на троне предков поклянётся не менять ничего после коронации и вступления в единовластие…

Честно сказать, когда он по настоянию Амарими посетил тронный зал дворца, и увидел то, что местные называют троном, его на несколько мгновений сковало приступом настоящего ужаса перед грядущим. Хорошо, удалось быстро взять себя в руки.

Он справится. Ему придётся справиться. Вникнуть в политические дрязги, расположить к себе одни кланы и приструнить другие, освоить свой странный дар…

Вот подготовкой к последнему он сейчас и занимался.

Северянин вздохнул, вновь склонился над раскрытой книгой, и подвинул ближе стопку листов с расшифровкой малознакомых знаков третьего круга аятти.

***

— Благодарю, госпожа, — Шоуки с поклоном принял из рук женщины пиалу с чаем, что снова вызвало у неё тихий вздох.

— Мы почти родственники, Шоуки, как супруга твоего учителя, я совершенно настаиваю, чтобы ты называл меня старшей сестрой!

Молодой карит поёрзал, немного нервно пряча взгляд.

— Как можно, госпожа?

Новость, что Тамай успел жениться, пока они были в отъезде, не то чтобы выбила Шоуки из колеи — это было, в целом, ожидаемо. Но не так быстро же! Сперва у Шоуки сложилось впечатление, что учитель срочно побежал делать предложение отцу своей ненаглядной, как только подготовка к путешествию на север позволила ему удалиться из столицы. Потом он узнал подробности “сватовства” и ему оставалось только головой покачать. То, как господин Инари гонял будущего зятя по всему поместью бамбуковой палкой, до сих пор было основной темой пересуд слуг поместья и каритов. Всплывали такие подробности, что любой порядочной девушке, встрявшей в такую ситуацию, впору было удавиться на шёлковом шнуре, однако Ясуми цвела как весенняя вишня, не переставала улыбаться и не оставляла попыток наладить отношения с учеником своего супруга.

Немного поразмыслив, Шоуки сообразил, что злые языки не перетирают её косточки только потому, что супруг её — пресловутый Жнец, а отец — бывший телохранитель наместника, учитель его сыновей и едва ли не второй человек во дворце. Если любой из них узнает, что про их драгоценный цветок говорят дурное…

— Можно! — вздёрнула она носик. — И как тебе чай?

— Немного горчит, — со вздохом сообщил Шоуки, сделав глоток на пробу. — Возможно, стоит всё-таки сократить количество трав более… радикально?

— Хм… Может, добавить немного мёда, чтобы скрыть горчинку?

Шоуки снова вздохнул. Ну ничего, ещё два варианта способствующего медитациям отвара, и его отпустят с миром. Тот, самый первый отвар заставил Шоуки подавиться и закашляться, настолько резким и насыщенным оказался его вкус. В заявленном полезном действии он тоже был не очень уверен, но искренне хотел помочь госпоже довести его до ума.

Как оказалось — Тамай пил сваренный по древнему рецепту чай с каменным лицом, ничем не выказывая, что замечает его ужасающий вкус, а сама Ясуми пробовать его опасалась, ибо многие входящие в состав травы были не совсем безопасны для девушки, вполне возможно, находящейся в положении. Ей было так совестно после того, как она узнала, что поит дорогого супруга отборнейшей гадостью…

— У меня сложилось впечатление, что господин учитель не слишком любит сладкое.

— У меня тоже. Но всё равно попробуем. Выпей пока этот и обожди минутку!

— Благодарю, госпожа! — Шоуки принял очередную пиалу, и сделал аккуратный глоток. Ещё горше, послевкусие резануло глотку так, что едва не выбило слёзы из глаз.

Он как раз продышался, когда девушка вернулась с пиалочкой подслащённого сбора. Вежливо сообщил, что предыдущий совсем никуда не годится, распробовал новую порцию и неуверенно кивнул. Это было неплохо. Особенно по сравнению с предыдущими вариантами.