Чтение онлайн

Тварь шагнула вперёд, потянув длинную лапу, Шоуки панически махнул клинком, пытаясь отползти от когтистой конечности. Та отдёрнула руку, попыталась схватить клинок, двигаясь невероятно быстро, но потом резко пригнулась, расклячив колени и пропуская над головой три ножа характерной формы. Раздосадованно рявкнула, и шатнувшись в сторону, начала… таять.

Её серое тело будто подёргивалось дымкой, сквозь которую проступал окружающий лес. Изменив направление, лепестки Хризантемы вновь атаковали исчезающее тело, то изогнулось, уворачиваясь, но Шоуки ударил узкой версией волны, подбивая ногу существа, и то взревело, быстро теряя невидимость. А потом в него врезалось мощной грудью и повалило на землю другое злобное существо. Пробежалось сверху, топоча копытами и высоко вздёргивая ноги, и ушло на разворот, гася скорость. И уже по судорожно пытающемуся подняться телу отработали лепестки, которых становилось всё больше и больше с каждым ударом сердца.

Шоуки попытался подняться и отступить в сторону от бьющегося в конвульсиях и загребающего длинными конечностями тела, но нога подломилась от боли, и он снова рухнул в папоротники, хорошо хоть не завалился, устоял на одном колене.

По ушам ударил болезненный визг твари, переходящий в булькающий скулёж — Пятнышко развернулся, и теперь топтался по чудовищу, вбивая окованные копыта в землю и не только. Хруст раздавался совершенно ужасающий.

Хорошо эту картину от него загородило подъехавшей лошадью.

— Цел? — спрыгнувший на землю Тамай с тревогой во взгляде осмотрел его, и Шоуки неуверенно кивнул. На что учитель выдохнул и нахмурился:

— Вот от кого, а от тебя я такого не ожидал!

— Ну обошлось же… — слабо попытался возразить Шоуки, на которого сквозь бешеный стук сердца в ушах начала наваливаться боль от многочисленных ушибов, царапин, и ран. Тамай цыкнул раздражённо и подхватил его под мышки, поднимая на ноги и помогая устоять, поддерживая, в том числе, и своей духовной силой.

И как, спрашивается, Амарими умудряется отбрехиваться после своих выходок, не чувствуя при этом мучительного стыда?!

***

Алан прищурился, и осторожно коснулся фокуса магического круга травинкой. Коротко стрекотнуло, и избыточное напряжение выплеснулось в пару зелёных искр, так что, удовлетворённо усмехнувшись, он подобрал свежезачарованный амулет, и начал внимательно осматривать и его, и повязанные на него плетения.

— Выглядит… рабочим, — не очень уверенно прищурился Демьен.

— Рабочий, рабочий! — заверил его будущий Император. — Конечно, легло немного коряво — материал всё же не самый подходящий, и в обычных условиях без нормального энергоёмкого компонента шут бы долго продержалось, но в поле такой однородности будет работать стабильно.

— Я прямо вижу, как обрывки плетения во все стороны торчат… — качнул головой на Орс.

— Ну я же и не артефактор! Просто теоретик-бытовик.

— Которого уже продолжительное время отчаянно хотят… на разговор, — Демьен тихонько кивнул в сторону. Алан глянул туда, и раздражённо выдохнул.

Вроде уже поскандалили, что опять?!

Он подкинул на ладони свежесостряпанный амулет, и, поднявшись на ноги, подошёл к замершему в ожидании жрецу.

— Господин Томори, при всём уважении, мы уже обсудили данную тему. Мне нечего добавить, и меня не интересует, какие новые возражения вы успели придумать, пока я занимался делом!

— Проводимые вами ритуалы могли усугубить ситуацию! — упрямо заявил мужчина. Он и так выглядел он не слишком хорошо для своего возраста — в конце концов, жрецы уделяли не так много времени физическому развитию, как кариты, но из-за беспокойства последних дней заимел синяки под глазами и нездоровую бледность.

Возиться с ним не было ни малейшего желания, особенно, когда он нёс подобное.

— Магия, господин Томори, магия, а не ритуалы.

На этом Алан невежливо обошёл жреца, и направился прямиком к Тамаю, что с нехорошим прищуром наблюдал за ними. Старший карит так и стоял в центре импровизированного лагеря, контролируя окружение и удерживая три своих ножа подвешенными за плечом. Остальные, впрочем, покоились в раскрытом ящике у его ног.

— Получилось, — Алан протянул ему чуть посеревший и покрывшийся разводами клык чудовища. — Не ручаюсь за дальность обнаружения, но минимум за сотню шагов должен сработать. Определение направления только не удалось прикрутить — не самый подходящий материал, и на его подготовку нужны и время, и материалы.

Убрать остатки ауры, вытравить живую сердцевину клыка, выдержать в особом настое, чтобы увеличить восприимчивость материала к чарам… Одним словом, не вариант. Но и так неплохо получилось, учитывая, в каких условиях он чары накладывал.

Главное — расчёты все верно провели, не напортачили.

— И… Как оно работает? — Тамай осторожно взял клык, и взвесил на ладони.

— Просто просигнализирует, когда тварь окажется в пределах действия.

Карит хмыкнул, и потом долго так посмотрел на Алана.

— Что? — спросил тот.

— Как именно просигнализирует? — терпеливо уточнил Тамай.

— Ах, ну да… — Алан неловко улыбнулся — Стандартный для таких амулетов способ — резкий нагрев поверхности и мелкая дрожь. Так что его можно держать в руке, или прицепить на шнурок и повесить на шею, под одежду. И передавать следующему караульному вместе с постом.

Будущий Император раз за разом забывал, что его южные подданные совершенно непривычны к магии, и традиционными способами взаимодействие с ней что одарённых, что простых людей. В конце концов, магия на его родине была распространена весьма широко, и многие бытовые амулеты из тех что попроще и подешевле изготавливались с таким расчетом, что использовать их могли и простые люди, и люди, не слишком хорошо управляющиеся со слабым даром. Это касалось и активации, и считывания информации собранной специальными амулетами.

Здесь, на юге, вместо амулетов использовали печати. Принципы использования местами были удивительно похожи, но были и существенные отличия. Печати южан были жёстко привязаны к физическому носителю, и нуждались в “якорях”, если их действие покрывало некую площадь. Якоря часто вмуровывали в фундаменты, и добротные каменные стены, окружающие поместья здесь, в том числе строились и как основа для защитных и сигнальных барьеров.

И самые простые периметры умели устанавливать и младшие кариты — просто вырезая нужные знаки хоть на земле и напитывая их “духовной энергией”. Вон как возмущался Амарими, когда увидел, что старшие собираются устанавливать защитный периметр на “проклятой” земле. Их, видите ли, учили, что это невозможно и строго запрещено. Как оказалось, проще было рассказать молодёжи, что это невозможно, чем пытаться объяснить все тонкости и сложности установки якорей в насыщенном эфирном поле, а потом откачивать всё равно покалечившихся младших каритов. Да и многие старшие, как он понял, не горели желанием ставить печати на “проклятой” земле. В детали Алан не вдавался, но после всего этого мероприятия следовало разобраться. В конце концов, в шешоу подобное не раз упоминалось как что-то будничное и элементарное. Должно быть, особенности двойного дара Императорского рода.

— В остальном, в надёжности амулета ручаюсь, — рассеянно произнёс Алан. — Более точный и функциональный изготовлю уже после этого похода.

— Думаете, понадобится? — хмыкнул Тамай, пряча клык за пазуху.

— Несомненно. Рано или поздно мне необходимо будет заняться очищением этой земли. А без путешествия к подножию горы это невозможно. А сколько ещё таких тварей водится в этих лесах — вопрос.

Тамай медленно кивнул. Что-то в словах Алана заставило его задуматься, и северянин решил не мешать и так заваленному обязанностями человеку. Вежливо склонил голову, и направился туда, где кучковался принц со своей шайкой. Демьен, до того маячащий неподалёку, быстро догнал Алана.