Чтение онлайн

— Смотрите, тут и голова есть! — поразился Таики.

И лапки. Вернее, засушенные хитрым образом чёрные когтистые лапищи. А голова оказалась фальшивой, вернее, шкура-то была настоящая, с головы, но натянута она была на бамбуковый каркас с подкладками, а челюсть с зубами была вырезана из дерева и покрыта красным и белым лаком. Ну да, череп таких размеров должен быть тяжеленным…

Пришлось повозиться, укладывая шкуру на трон так, чтобы она не слишком его закрывала, и в то же время демонстрировала себя во всей красе. Спасало то, что её обкорнали до вменяемых размеров, так-то в шкуру демона-лиса трон можно было бы завернуть целиком да в три слоя, если Шоуки правильно помнил размеры чудовища.

— А смотрится-то внушительно, — заметил подошедший Дилан. Его напарник маячил рядом, но лишь рассеянно кивнул. Обоих тоже причислили к свите будущего Императора, но северяне явно чувствовали себя не в своей тарелке в одеждах южного кроя. Или переживали насчёт истощающихся зарядов амулетов, что сильно снижало их боеспособность и эффективность работы.

Впрочем, отведённой им ролью в процессии они остались довольны — профессиональные телохранители предпочитали держаться в тени своего господина.

— А уж как внушительно оно смотрелось, когда было живо! — Кено нервно хохотнул. — А там — как?

— Уже заканчивают, так что мы за лошадьми, — просвятил Люк.

— Ступайте, — согласился Шоуки. — Так, все тряпки в сторону, вон ту лапу закрепить, чтобы не болталась! И не забываем, весь церемониал должен быть сработан идеально! С этой минуты и… Чем бы всё это не кончилось.

Парни переглянулись, кивнули и быстро убрали, передав слугам поместья, так и носившимся туда-сюда, всё лишнее.

А там ждать пришлось недолго — наконец на ступенях павильона показался Алан в сопровождении важного и непривычно степенного Амарими.

“Господин наследный принц Ишимари из благословенного Императорского рода!” — поправил сам себя Шоуки, церемонно кланяясь вместе с остальными каритами.

Алан не сразу сообразил, что именно показалось ему неправильным в открывающемся виде. Глаза видели несоответствие, а голова всё не хотела воспринимать эту скромную деталь, порождая неприятное, тревожное чувство. Потом сообразил — флаги над предвратными башнями развевались высоко, впервые за три сотни лет поднятые выше “положения скорби”.

Всё верно — Император вернулся. Должно быть, флаги было велено поднять, когда Наместник только узнал о том, что самозванец раскрылся и шествует в столицу. В конце концов, роль клана Сиасай в Империи — не только управлять обезглавленной страной, но и встретить возвращение Истинного Императора со всеми подобающими почестями и ритуалами. Поддержать, помочь, возвести на престол и смиренно отойти в сторону ожидая похвалы или наказания за проделанную работу. Если Наместник при вести о возвращении Императора станет совершать странные телодвижения и отлынивать от обязанностей, его просто не поймут. Как и если он заявит, что у него уже есть свой Император.

Ситуация, мягко говоря, сложная.

И насколько сложнее она станет с минуты на минуту, особенно для простых столичных жителей.

Вон на стенах уже засуетились и забегали редкие караульные. Легко понять их суету — ведь всем в столице известно, что наследник въедет в столицу через врата Дракона, а не врата Феникса. Что будет, когда они поймут, что наследников — двое?

Амарими привычно ловил бумажные послания, и судя по ним, со временем они угадали и шествовали с нужной скоростью, неторопливо, чинно, под бой традиционных барабанов.

И оставалось только надеяться, что со стороны всё выглядело соответствующе, ибо у Алана имелись на этот счёт определённые сомнения. Другой менталитет, вероятно, ибо на севере подобное сочли бы дешёвым трюком, пусканием пыли в глаза и низкосортной мишурой.

Впереди колонны, почти что на высоте человеческого роста, плыл трон. Несмотря на артефактную природу этого предмета мебели, левитация в него встроена не была, и потому волокли его кариты свиты, прикладывая каждый по небольшой толике своей силы, так что Алану оставалось только задавать направление и скорость движения. Делалось это на удивление легко, достаточно было коснуться прохладной гладкой поверхности кончиками пальцев. Найти только место, где металл не закрывает проклятая шкура! И зачем только… Алан едва не полетел со ступеней, когда увидел разложенный по трону трофей — зубастую башку твари просто положили на широкое сиденье, от чего всё время казалось, что они на троне вдвоём. С одной стороны это нервировало, с другой — пробивало на нервный смех, позволяя осмыслить в полной мере нездоровую ширину сиденья.

Следом ехала “свита” в одеждах, отражающих его собственный облик фасоном и цветами. Надо признать, смотрелись ребята внушительно и пёстро, символически подчёркивая единение севера и юга своим составом.

Слева снова тихо зашипел Шоуки, одёргивая своего коня, который раз попытавшегося погрызть свисающую с подлокотника когтистую лапу аморфной шерстяной твари.

И всё же дурацкая это была идея со шкурой. Кто вообще догадался ободрать её и отдать скорняку?!

Замыкали маленькую свиту телохранители Алана, немного успокоившиеся после того, как он подзарядил их амулеты. Следом со знамёнами ехали кариты, представляющие разные кланы, из тех, чтобыли посвящены в тайну и чьи главы успели принести присягу ему лично, а по краям отряда двигались музыканты из того, что здесь считалось за военный оркестр и жрецы и жрицы нескольких храмов Великой Матери и Отца-Громовержца. Им у Наместника доверия было куда больше, да к тому же это подчёркивало лишний раз “божественное” происхождение Алана.

Который, честно сказать, испытывал сейчас страшное, до тошноты, волнение. Восседать на троне, скрестив ноги, вольготно возложив руку на башку чудовища и сохранять возвышенно-отстранённое выражение лица было не то чтобы тяжело, но… Только сейчас до него начало доходить, на какую высоту он замахнулся. Только сейчас он начал осознавать, что стоит на кону.

Когда к размеренному ритму барабанов добавился гул посеребрённых рогов, спешно извлечённых караульными из кладовых. Когда обычно открытые на две трети большие ворота поползли к стенам и с глухим стуком встали в специальные пазы, распахнувшись во всю ширь. Когда встали на караул приставленные к вратам солдаты, а горожане, случайно оказавшиеся у ворот либо любопытно потянувшиеся на переполох, замерли в растерянности и шоке и один за другим начали опускаться на колени перед процессией.

Дышать, просто дышать ровно, проговаривая про себя медитативные мантры, которые на удивление помогали успокоиться. И смотреть вперёд, только вперёд.

Барабаны забили шустрее, сменив ритм на более торжественный, новенькие подковы звонко цокали по мостовой, мелодично звенели украшающие сбруи бубенцы, звуки эхом отдавались от выросших по сторонам стен и домов и волной уносились вперёд.

Сперва горожан попадалось сравнительно мало, похоже, значительная их часть ушла к воротам Дракона, но слухи, видимо, неслись впереди, и на улицы высыпало всё больше народа. Когда они проходили мастеровые кварталы, по сторонам улицы выстроилось по полосе из согнутых спин. Когда проходили купеческий — спин стало по три ряда с каждой стороны. Люди молча кланялись, и… Алану очень хотелось развернуться и посмотреть назад, но делать этого было нельзя, однако что-то подсказывало ему, что горожане двигаются следом в степенном молчании.

Время тянулось невероятно медленно, но вот впереди показался просвет — большая площадь перед главным входом во дворец была совсем близко. Более того, трон… просыпался. Алан чувствовал, как в артефакте одна за другой перекатываются непонятные вибрации, распространяющиеся на барьеры, окружающие дворец. Вибрации были очень слабые, похожие, скорее, на то, как мягкой лапкой аккуратно кот трогает непонятное, упавшее на пол с хозяйского стола.

По идее, никаких сложностей в возвращении трона во дворец возникнуть не должно, главное — провести его через ворота самостоятельно.