Тропа тайкера
Шрифт:
Адыотант вышел минут через десять, и Данг снова разъяснял Чачуа подробности дела — но того будто бы подменили. Нет, он ничуть не умалял важности проделанной работы. Но поведение министра резко изменилось — Чачуа слушал Данга будто из вежливости. Мол, дело сделано, и прекрасно, но ведь еше столько нерешенных проблем.
Это было странно. Данг не удивился бы, если бы министр стал себя так вести даже на следующий день, но чтобы так сразу… Да к тому же такой эмоциональный человек? Может, он только притворяется таковым, а на деле четко себя контролирует? Нет, тогда бы он продолжил игру, хотя бы ради естественности…
— Андрюш… — почесав свой знаменитый нос, Чачуа вновь наполнил рюмки выдержанным «Самтрестом», — ты гений… Ты извини, что я так тебя называю, но не лежит у меня душа к Дангу, не знаю я таких. Так что для меня ты Андрей Воронин. Давай за тебя, за твою светлую голову, — поднял свою рюмку министр.
Они чокнулись и закусили дольками лимона. Дангу стало легко и радостно, что теперь ему наверняка не придется ничего комбинировать. Случилось что-то уж очень серьезное, и это наверняка поручат именно ему…
— В общем так, — продолжил Чачуа, поставив рюмку на стол, — Я знаю, как ты работал. Я прекрасно понимаю, что тебе необходим выходной. Хоть немного отвлечься от всего этого. К девкам там сходить, да и Арамис давно хочет забуриться куда-нибудь с тобой в компании. Но у нас ЧП.
Его голова опустилась, а гигантский нос поник и как бы замер, что казалось наиболее несуразным…
— Я хорошо выспался, — напомнил о себе Данг, — и чувствую себя полным сил.
— Ох, узнаю тебя, разбойник, — мгновенно оживился Чачуа, — ты всегда лез в самое пекло. У тебя дело было прежде всего. И в Красное Здание ты тогда влез, может помнишь, на главной улице, у синагоги? — с отчаянной надеждой взглянул на него министр.
— Здание? В любом городе есть множество зданий, — пожал плечами Дарг, — И в Москве я жил в доме из красного кирпича. Вот только…
— Что?
— Да так, не стоит и говорить. Чушь какая-то.
— Нэт, дарагой, — акцент Чачуа, как и во время первой их встречи, заметно усилился, — Ты гавары, а там выдна будэт, чушь или нэт.
— Мне почему-то всегда было жутко заходить в свой подъезд. Нет, я не боялся ни врагов, ни бандитов, я опасался почему-то самого подъезда, будто он меня каким-то образом… Нет, даже не могу сформулировать.
— Правильно опасался! Правильно, — обрадовался министр. Нажав кнопку селектора, он резко бросил: — Краткое обобщение по Красному Зданию. Немедленно.
И вновь повернувшись к Дангу, объяснил:
— Андрей, сейчас совершенно нет времени для знакомства со всеми делами в полной подробности. Сейчас тебе принесут только краткую аналитическую записку…
Уже знакомый адыотант подал Дангу тонкую пластиковую папку. Данг внимательно прочитал эти пять листков, но надежда получить хоть какую-то новую информацию так и не оправдалась.
— Так вот, Здание опять появилось. Но в совершенно неожиданном месте. На юге. Но не у фермеров и не в колониях — поселениях, где отбывают наказание наши осужденные. А прямо на территории зоны.
— Какой еще зоны? — удивился Данг. Ему вдруг на мгновение пришла в голову мысль о существования здесь той Зоны, со сталкерами. Это было бы уже чересчур.
— Да обычной, ИТК усиленного режима.
— А разве здесь есть ИТК?
— Нет, до недавнего времени не было. А полгода назад вдруг появилась и прямо целиком. Большая такая, периметром в три километра, и возникла как бы из ниоткуда. Со своими осужденными, администрацией, ротой охраны. Ах нет, администрация и охрана как бы в одном лице, ну и бардак… С основным ограждением и прочими наворотами ИТСО, с караулкой, бараками, промзоной. Производство, правда, удачно вписалось в нужды города, как шили башмаки да униформы, так и шьют.
— И откуда же это все взялось?
— Известно откуда, наставники мудрят. Экспериментаторы хреновы. Так вот, сегодня утром, на территории жилой зоны появилось Красное Здание. Прямо рядом с бараком семнадцатого отряда, в локалке [6] .
— Я не знаю, что такое локалка. Я не знаю, что такое основное ограждение и ИТСО.
— А это так важно? — изумленно вытаращил свои бесподобные глазищи Чачуа.
— В анализе беспрецедентных событий не бывает мелочей, — уже начал входить Данг в новую роль.
6
Локальная зона — огражденный участок расположения отряда в ИТК, откуда осужденным запрещается выходить без уважительных причин.
— Ну хорошо, — чуть сдвинул брови министр, — Ты получишь все материалы, но не сейчас. По дороге еще будет время.
— Вы не понимаете, — продолжал упорствовать Данг, Если я не проработаю заранее всю информацию самым доскональнейшим образом…
— Но у нас нет времени! — в отчаянии закричал Чачуа, — В колонии назревает бунт! Какой-то петух [7] , видно, уже затраханный до потери инстинкта самосохранения влез в Здание…
— Какой петух? — уже спокойным немного удивленным голосом прервал министра Данг. Из детективов он знал, что речь идет не о домашней птице, он просто хотел чуть сдержать эмоции Чачуа, применяя психологический прием «вода против пламени».
7
Петух — опущенный педераст.
— А это ты узнаешь по дороге, — сбавил на полтона ниже министр, — в общем, сунулись туда следом шестерки отрядного бугра [8] , а вышли оттуда уже полными идиотами. В зоне кипеж. Там и так-то все на нервах, а тут вдруг такое… Утром все проснулись, а оно стоит! И никто ничего не видел, ни дневальный, ни контролеры. Ну вышкари, понятное дело, спали, в предутренние часы они все спят, как палки, прямо на постах. И откуда это Здание взялось, никто не знает, да еще люди в нем пропадают. Самые блатные, конечно, орут, что это все ментовские проделки, чтобы падлу ими кинуть особую. И пора, мол, вынимать из курков [9] заточки и мочить мусоров. Мужики на их стороне им тоже жутко. А некоторые опущенные сами туда ринулись — и исчезли.
8
Бригадир.
9
Курок — потайное место, где осужденные прячут запрещенные предметы.
Офицеры в полной растерянности, такого в их практике еще не было, ну и опять, по привычке, не рапортовали министерству немедленно — надеялись исправить все своими силами, уроды долбанные. Подняли роту в ружье, вот только ротой в таких случаях не обойдешься. Минимум батальон нужен. Но пока шли переговоры с авторитетами, из здания вдруг вышел первый петух… Чачуа на секунду замолчал и яростно крутанул пальцами левую ноздрю своего носа, — правда, это был уже совсем не петух. Нет, внешне он чем-то походил на того, вошедшего. Или нет… Не могу объяснить. В общем, это был совершенно другой человек. Даже не человек, монстр. Он моментально дал понять ясно и конкретно, кто в зоне хозяин. И офицерам, и блатным. А вот это чудо уже похлеще самого Красного Здания. Чтобы петух диктовал волю отрицаловке [10] … Да и вообще кому бы то ни было… Нет, Андрюш, ты вот почитаешь в дороге про зоновскую жизнь, сам поймешь. Уж скорее все раки, которые только существуют, хором «Интернационал» споют… Или что-нибудь в этом роде. Он захватил заложников — прапорщика-контролера и еще несколько людей. И первое условие — переговоры с самым толковым старшим офицером МВД. И все это — в условиях вот-вот вспыхнувшего бунта, там уже достаточно малейшей искры. Я уже послал туда батальон жандармерии.
10
Отрицаловка — блатные, признающие воровской закон.
Чачуа сжал свой огромный кулак и с силой ударил по столу.
— Считай, что приказ ты уже получил. Времени для сборов нет. Машина ждет тебя у подъезда. В ней уже есть необходимые документы, термос с крепким чаем и бутерброды. В багажнике — ящик плиточного чая на случай переговоров. Да, чуть не забыл, — Чачуа открыл ящик стола и, достав оттуда наплечную кобуру с торчащей из нее черной рукояткой, протянул Дангу, — Я не могу отпустить тебя без оружия.
Данг уже битый час трясся в старом УАЗике по ужасно разбитой, с глубокими ухабами и рытвинами доpore. Шофер, веселый «черпак» [11] из автороты жандармерии, поначалу хотел подкатиться к господину полковнику с разными шуточками, но Данг приказал ему молчать всю дорогу. Больше всего ему досаждала не сама бесконечная тряска, а то, что она очень затрудняла изучение документов. Да вдобавок еще этот пистолет жал подмышкой, не привык Данг носить пистолеты, не были они ему нужны.
11
Черпак — солдат срочной службы, прослуживший один год.