Чтение онлайн

Рассматривая в первую очередь зоологические особенности тропической и южной Африки, мы находим здесь много своеобразных форм млекопитающих, как, например, златокрота, Роtamogale и хоботных прыгунчиков [182] среди насекомоядных, гиппопотама и жирафа из копытных, гиенообразного земляного волка («aardwolf») или Proteles, a также Lycaon (гиеновую собаку) среди хищных, наконец, трубкозуба (Orycteropus) среди неполнозубых. [183] Все перечисленные животные принадлежат исключительно Эфиопской области. Очень характерны для нее павианы и многочисленные роды обезьян, в том числе человекообразных, а также несколько своеобразных полуобезьян, затем идет много представителей семейства Viverridae и грызунов, своеобразные роды свиней (Potamochoerus и Phacochoerus) и, наконец, большее изобилие и разнообразие антилоп, чем во всех остальных областях, вместе взятых. Однако Эфиопская область резко отличается от всех прочих областей не только тем, что в ней мы находим много замечательных форм, но и тем, что там отсутствует большое число широко распространенных семейств млекопитающих. Сюда относятся медведи, распространение которых обнимает все северное полушарие и заходит на юг – до Суматры в восточном полушарии и до Чили в западном, – но которых совсем нет в тропической и южной Африке; олени, распространенные еще шире, а именно по всей Америке, как Северной, так и Южной, и по всей Азии до Целебеса и Молуккских островов, но точно так же совершенно отсутствующие в Эфиопской области, равным образом отсутствуют козы и овцы, настоящие быки (Bos) и настоящие свиньи (Sus). [184] Относительно последних это еще не совсем установлено, так как в различных местностях тропической Африки хотя и редко, но встречали диких свиней, и достоверно еще не известно, действительно ли они являются животными туземными или только одичали. Во всяком случае отсутствие столь космополитических семейств, как медведи и олени, в высшей степени существенно и не может быть обойдено молчанием при разборе изменений земной поверхности, которое мы должны сделать для объяснения современного состояния эфиопской фауны.

Птицы менее характерны, однако и среди них есть много замечательных форм. Наиболее типичны бананоеды, наземные птицы-носороги, [185] мышиные птицы (Colii), своеобразный секретарь. Характерными можно назвать также и многие эндемические роды мухоловок, сорокопутов, врановых, «солнечных птиц» или нектарок, ткачиков, скворцов, жаворонков, франколинов и замечательное подсемейство цесарок. Среди птиц пробелы не так значительны, как между млекопитающими, но все же таковые имеются; так, недостает крапивников, пищух, поползней, столь широко в общем распространенных настоящих фазанов и диких кур – пробел, который можно поставить рядом с отсутствием медведей и оленей. Среди пресмыкающихся и других низших позвоночных есть три туземных семейства змей, одно – ящериц, одно – жаб и три – пресноводных рыб.

Восточная область охватывает тропическую Азию на восток от Инда и Зондские острова до Явы, Борнео и Филиппин включительно. По пространству она после Австралийской самая меньшая, но если принять во внимание, что Индокитай соединен с Зондскими островами обширными пространствами мелкого моря, которое, вне всякого сомнения, в недавнее время представляло собой продолжение материка, то получится площадь, по величине немногим уступающая Эфиопской области. Здесь налицо все условия, благоприятствующие развитию многообразной богатой фауны. Суша образует большие полуострова и обширные острова и везде перерезается высокими горами и широкими реками; на северной границе описываемой области высится высочайший в мире горный хребет. Большая часть области лежит в экваториальном поясе, где равномерная температура и обильная влажность вызывают к жизни непревзойденно роскошную тропическую растительность. Как и следовало ожидать, мы убеждаемся, что в этой области разнообразие и великолепие птиц и насекомых несколько значительнее того, что мы видели в Эфиопской области, которая зато отличается большим количеством как родов и видов, так и особей населяющих ее млекопитающих.

Семейства млекопитающих, свойственных исключительно этой области, немногочисленны и невелики. Сюда принадлежит Galeopithecidae, или летающие маки, Tarsiidae, или своеобразные маленькие долгопяты, родственные лемурам, и Tupajidae, небольшое семейство белкообразных насекомоядных. Значительно число и туземных родов, которые нередко образуют весьма характерные группы; таковы многие обезьяны – человекообразные и собакообразные и лемуры, причем почти сплошь представленные эндемичными родами, множество видов виверр и куньих, красивые «оленьки», [186] называемые иногда «мышиными оленями» (mouse deer), наконец, несколько своеобразных антилоп и грызунов. Следует заметить, что здесь нет недостатка космополитических семейств, что является специфической особенностью Эфиопской области. Единственное достойное внимания исключение – это отсутствие сонь (Myoxidae), небольшого семейства, распространенного по Палеарктической и Эфиопской областям, но отсутствующего в Восточной.

Особенно многочисленны и пестры в последней птицы. Известно до 350 видов наземных птиц, из которых почти половина эндемичны описываемой области. Туземных семейств только три: Liotrichidae, или горные синицы, «зеленые бюль-бюли», или Phyllornithidae, и Eurylaemidae, или широкороты; но зато четыре семейства здесь гораздо более обыкновенны, чем где-либо, и в то же время настолько широко распространены по области, что их можно считать для нее особо характерными. Таковы элегантные питты (Pittidae), или земляные дрозды, трогоны (Trogonidae), птицы-носороги (Bucerotidae) и фазаны (Phasianidae); последние представлены великолепными видами, как, например, золотой фазан, глазчатый фазан, фазан-аргус, павлин и дикий петух.

Пресмыкающиеся очень многочисленны, но лишь три маленьких семейства змей являются туземными. Точно так же есть три эндемичных семейства пресноводных рыб.

После краткого изложения главнейших особенностей современных фаун Европы, Азии и Африки будет небесполезно, пока они еще свежи в нашей памяти, рассмотреть, что же мы знаем об изменениях, которые привели их к современному состоянию.

Все эти три части света настолько тесно связаны, что наше знакомство с третичной фауной Европы и Индии бросает очень яркий свет на их геологическую историю; мы скоро убедимся, что, составив себе ясное представление об их взаимоотношениях, мы будем в состоянии гораздо лучше понять также историю прочих материков.

Нам следует возвратиться к миоцену или среднему отделу третичной эпохи и посмотреть, каково было распространение высших животных на материках того времени. Нам известны значительные отложения миоценового времени с многочисленными животными остатками во Франции, Швейцарии, Германии, Венгрии и Греции, затем на северо-западе Индии и в Сиваликсских холмах, [187] в центральной Индии, в долине Нербудда, в Бирме и северном Китае. По всему этому громадному пространству мы находим в общем сходную ископаемую фауну млекопитающих, доказывающую, что тогда, как и теперь, большой материк Старого Света представлял собою неразрывную массу суши. Обращает на себя внимание тот важный для географии факт, что многие наиболее крупные и характерные звери, которые водятся теперь только в тропиках Восточной и Эфиопской областей, в те времена были в значительном количестве распространены на большей части Палеарктической области. Слоны, носороги, тапиры, лошади, жирафы, антилопы, гиены, львы, так же как и множество крупных и мелких обезьян, населяли всю среднюю Европу и нередко были представлены более многочисленными и разнообразными видами, чем теперь. Так, антилоп было много в Греции, и многие из них, по-видимому, были предками ныне живущих африканских; кроме того, два вида жирафов населяли: один – Грецию, другой – северо-западную Индию. Столь же знаменательно и присутствие в Европе таких птиц, как трогоны и дикие лесные куры, распространение которых ограничено теперь тропической Азией, а также попугаев и бананоедов, обитающих ныне в западной Африке.

Посмотрим теперь, на какие изменения в распределении суши и моря в ту эпоху указывает нам геология. Учитывая распространенность нижних третичных морских отложений в Сахаре, Аравии, Персии и северной Индии, геологи полагают, что непрерывное море или морской рукав простиралось от Бенгальского залива до Атлантического океана, [188] отрезая от большого северного материка полуостров Индостан с Цейлоном, а также тропическую и южную Африку. [189] Вместе с тем вплоть до сравнительно недавнего времени северная Африка соединялась с Испанией и Италией, а Малая Азия с Грецией; следовательно, Средиземное море состояло тогда всего лишь из двух небольших внутренних морей. Северо-западная часть Гималайских гор [190] и часть Центральноазиатского нагорья были приподняты на столь незначительную высоту, что отличались таким же мягким климатом, какой царствовал в Европе в миоценовую эпоху, и были поэтому столь же богаты растительной и животной жизнью.

Следовательно, мы имеем все основания допустить, что фауна большого Европейско-Азиатского материка представляла собой в миоценовое время комбинацию типов, характеризующих ныне Палеарктическую, Восточную и Эфиопскую области. Тропическая же и южная Африка, наравне с другими тропическими странами, которые на Индостане были отделены от большого материка, обладали значительно менее богатой фауной, состоявшей преимущественно из низших форм, более характерных для эоценового, или вторичного, времени. Многие из последних несомненно вымерли; однако они еще поныне, по-видимому, представлены отдельными замечательными видами лемуров западной Африки и южной Азии, своеобразными насекомоядными южной Африки и Малайи, неполнозубыми [191] Африки и Индии. Все это – древние, низшие животные, европейские представители которых относятся к эоцену и самому раннему миоцену, когда еще не существовало более высокоразвитых лошадей, жирафов, антилоп, оленей, буйволов, гиппопотамов, слонов и человекообразных обезьян. Но если в тропической Африке в миоценовое время отсутствовали эти крупные травоядные, то мы можем с достоверностью заключить, что не было также крупных кошек и прочих хищных зверей, которые обычно на них охотятся. Львы, леопарды и гиены могут существовать только там, где во множестве водятся антилопы, олени и подобные им животные, тогда как мелкие хищники, подобные куницам и виверрам, свойственны странам, главнейшими травоядными животными которых являются мелкие грызуны или беззащитные неполнозубые.

Но если все сказанное справедливо (а за это говорят еще многие доказательства, которые здесь невозможно изложить), то все крупные млекопитающие, которые в наше время столь характерны для Африки, – львы, леопарды, гиены, зубры, жирафы, буйволы, антилопы, слоны, носороги, гиппопотамы, а может быть, и многочисленные виды мартышек, павианы и антропоморфные обезьяны являются лишь сравнительно недавними пришельцами, которые завладели страной, лишь только поднятие древнего эоценового и миоценового морского дна проложило им путь от южной границы Палеарктической области. Это могло иметь место в середине миоценового периода и необходимо должно было повлечь за собой громадный переворот в африканской фауне. Множество мелких, малоспособных к сопротивлению древних обитателей страны необходимо должно было быть истреблено с такой же неотвратимостью, с какой многие туземные животные океанических островов исчезают перед свиньями, собаками и козами, завозимыми человеком. Напротив, новые пришельцы, нашедшие страну огромного протяжения с теплым климатом, не слишком занятую лесами, быстро распространились, сильно размножились и вместе с тем более или менее совершенно приспособились к новым жизненным условиям. Таким образом объясняются не только своеобразные особенности, но и наличность в южной фауне многих значительных пробелов. Так, медведи и олени отсутствуют, потому что они появились сравнительно поздно и перед концом миоценового периода, вплоть до плиоцена совсем отсутствовали или были очень редки в Европе, [192] но за то же время на обширных просторах южной тропической Африки прочно укоренилось и сохранилось много крупных млекопитающих, которые не могли уцелеть в уменьшившейся по своим размерам Европе в условиях все ухудшавшегося климата.

Наши сведения по геологии Африки недостаточно полны, чтобы можно было восстановить сколько-нибудь точно раннюю историю материка. Несомненно, однако, что Мадагаскар некогда соединялся с южной частью этого материка, но что отделение его произошло до нашествия тех крупных зверей, о которых говорено выше, ибо все они отсутствуют на Мадагаскаре, тогда как лемуры, насекомоядные и виверры водятся во множестве и являются именно теми низшими формами, которые некогда были единственными обитателями Африканского материка. В то же время следует отметить, что южная, умеренная по климату Африка еще и по сию пору отличается большим количеством своеобразных млекопитающих, птиц и насекомых, притом первые две группы по большей части весьма примитивной организации. Это обстоятельство в связи с особенно богатой, высокоспециализированной флорой Капской земли указывает на то, что некогда существовала обширная южная суша с умеренным климатом, породившая немало своеобразных типов организмов. Отделялась ли она от экваториальной Африки или образовывала с ней единый большой южный материк, нельзя сказать с достаточной достоверностью.