Чтение онлайн

В тот вечер Кистенёв не особенно удивился, когда раздался звонок домофона, и он услышал в трубке знакомый голос. Крейтон ждал его на улице прямо напротив двери подъезда, присев на низкую железную ограду. Он был в чёрном плаще, том самом, что и при первой их встрече, плащ был расстёгнут, и одна рука юноши лежала под полой, что серьёзно насторожило Василия.

– Наконец-то, - произнёс пришелец, вставая.

Вдруг где-то на той залаяли впереголосок собаки, а затем раздался протяжный вой, такой, что у Кистенёва внутри всё похолодело и перехватило дыхание. Крейтон резко вскочил и развернулся, так что край плаща его на мгновение взметнулся. Он вытащил руку, в которой оказался пистолет и встал как вкопанный, пристально смотря вдаль, где среди верхушек, растущих в овраге деревьев, виднелись редкие огни домов на той стороне. В этот же момент Луна скрылась за облако, и парню стало ещё страшней, чем до этого, так что вопрос 'Зачем я вышел?' стал столь же естественным как и его отсутствие до этого.

– Не бойся, этот пистолет не для тебя, - произнёс Крейтон, словно чувствуя спиной как его товарищ смотрит на его оружие не отводя взгляда.

– Тогда зачем он вам?
– дрогнувшим голосом спросил Кистенёв.

– Ты боишься темноты?
– спросил Крейтон спокойно и даже несколько отстранённо.

– Нет.

– Я тоже, а вот того что она скрывает, стоит побаиваться. Ты догадываешься, для чего я пришёл сюда?
– произнёс он, повернувшись лицом к Василию.

– Ты что-то обнаружил?

– Скорее подтвердил то, что обнаружил действительно, что искал. Помнишь, я тебе показывал те материалы насчёт этого вампира?

– Помню.

– Так вот завтра идём его накрывать. Встречаемся в восемь вечера на этом месте, если вы пойдёте со мной, если нет, я просто забуду что когда-то знал тебя, мы с вами люди вольные, не так ли. Сообщи Семелесову.

После этих слов Крейтон развернулся и пошёл в сторону по асфальтовой дорожке, но Кистенёв окликнул его.

– Скажи честно, зачем мы с Семелесовым тебе понадобились?

Пришелец остановился, медленно повернул голову и произнёс голосом, который в иных обстоятельствах показался бы Кистенёву весёлым: 'Просто крайне

скучно осуществлять задуманное мной в одиночку, да и в конце концов может вы двое на что-то и годитесь'.

Глава восьмая.

СУМЕРЕЧНАЯ ОХОТА

– Вы должны понимать: это боевые пистолеты, они заряжены боевыми патронами и находятся в полной исправности и готовности, но это совершенно не значит, что вам позволяется их использовать во время операции.

Крейтон замолчал и окинул пристальным взглядом своих товарищей, проверяя, внимательно ли они его выслушали. Они собрались на кухне у Кистенёва дома, Семелесов и хозяин дома сидели за столом, на котором на белой тряпке были разложены три пистолета, неизвестной в этом мире модели, рядом с которыми двумя рядами стояло по восемь патронов с пулями из светлого металла. Крейтон в тёмно-синей водолазке и чёрных старых брюках, стоял с третьей стороны стола, опершись о край кулаками, чуть подавшись вперёд.

Семелесов пытаясь скрыть волнение, сидел, сцепив руки в замок, положив их прямо перед собой и если присмотреться, можно было заметить как его время от времени била мелкая дрожь, и воздух после очередного глубокого вдоха сбивчиво выходил наружу.

– Тогда нахрена мы тебе нужны?- спросил Кистенёв невозмутимым голосом.

– Для создания иллюзии численного превосходства, друг мой. Вся ваша задача состоит в том, чтобы тихо стоять по сторонам от меня с умным видом и целиться нашего кровососущего друга делая вид, будто вы сможете выстрелить, в случае если он сделает резкое движение.

– А почему ты думаешь, что я не смогу выстрелить в него?

– Да потому что! Курицу зарезать вот твой предел, можешь хоть сутки напролёт сидеть перед своим ящиком и убивать нарисованных человечков, а только по-настоящему ты не выстрелишь, и это нормально. Эти твари выглядят почти как люди, не считая некоторых деталей, собственно они когда-то людьми и были ... ...
– Крейтон тяжело вздохнул, - когда-то... в прошлой жизни...

– Трансгуманизм никогда не доводил до хорошего, - вдруг произнёс Семелесов слегка дрожащим голосом.

Крейтон взглянул на него, потом отойдя от стола, подошёл к окну и, отодвинув рукой занавеску, посмотрел наружу.

– Солнце уже низко, - произнёс он, поворачиваясь назад.
– Думаю пора уже выдвигаться.

– А эти пули его точно возьмут?
– спросил Кистенёв, беря в руки патрон.
– Серебро вроде от оборотней.

– Оно и от этих гадов помогает, даёт сильнейший химический ожог, и рана практически не заживает, что незаменимо при их способности к регенерации.

– Серебро? Благородные металлы вроде бы не взаимодействуют с органикой, - произнёс Семелесов.

– Чёрт его знает, мы такими вопросами не задаёмся, ну его к чёрту, работает и работает.

– Ну, великолепно теперь, - ответил Алексей неподражаемым саркастично-издевательским тоном.

И здесь следует отметить ещё одну черту Семелесова: он никогда не ругался матом кроме исключительных случаев. И дело было скорее в гордыне, нежели в воспитанности, но так или иначе у него был целый арсенал слов-заменителей иногда смотрящихся весьма забавно в уже устоявшихся нелитературных выражениях, как например слово 'великолепно' заменяющее в этой фразе другое слово, исконно русское и выражающее куда более явное одобрение происходящим.

– И сколько тут серебра?
– спросил Кистенёв, с интересом рассматривая очередной патрон, прежде чем положить его в обойму.

– Пуля свинцовая, серебряная только рубашка, та часть, которая соприкасается с телом, получается меньше двух грамм.

– А серебро, какое?
– спросил Семелесов.
– Обычное или отлитое из серебряного креста манчестерского собора.

– Ну, разумеется, - произнёс Крейтон как всегда абсолютно серьёзным голосом.
– Я лично участвовал в спиливании этого креста ножовкой и переплавке на рубашки для пуль.

Крейтон первым закончил заряжать обойму. Он вышел в прихожую и вернулся в своём старом чёрном плаще и чёрных кожаных перчатках. Так что теперь с пистолетом, который благодаря вынесенной вперёд обойме со стороны походил на товарища маузера, Мессеир выглядел как особист изображенный гротескной стереотипной манере, не хватало только фуражки с красной звездой, а вот взгляд и выражение лица полностью соответствовало.

– А в этом тебе не жарко будет, - поинтересовался Кистенёв слегка насмешливым голосом.