Чтение онлайн

Трое перешли через мост, где им встретился какой-то парень в яркой рубашке лет двадцати, оказавшийся знакомым Василия. Они поздоровались, и уже было разговорились о предстоящей у Василия вписке, хотя сам Кистенёв сразу же попытался отвязаться от разговора, но сделать это смог только через несколько минут, когда уже Крейтон демонстративно постучал пальцем по наручным часам и указал на спускавшееся к горизонту солнце.

– Сколько людей убил маньячило?
– с усмешкой спросил парень, взглянув на Мессеира.

– Лучше вам этого не знать.

Вскоре после этого они с Кистенёвым распрощались, и троица пошла дальше.

– А серьёзно, сколько ты на самом деле убил людей, Мессеир?
– спросил у того Семелесов.

– Как видишь недостаточно, раз я здесь.

За оврагом лежали ничем не примечательные кварталы, застроенные однотипными серыми панельными пятиэтажками с проходными дворами и маленькими железными гаражами, местами образующими отдельные районы. И везде были одни и те же узкие улочки с растрескавшимся асфальтом на проезжей части, по краям заставленной припаркованными машинами. И только магазины, занимавшие первые этажи почти что каждого третьего дома вносили хоть какое-то оживление на улицы, на которых с наступлением сумерек наступало и безлюдье, ибо чтобы в темноте бродить по этим дворам и подворотням нужно было быть исключительно смелым человеком, или и вовсе не человеком.

На это и рассчитывал старший кандидат в змееносцы ордена первого знамени Мессеир Крейтон, когда выбирал время для операции. Всё должно было произойти в час когда последние прямые солнечные лучи оборвутся, позволив их цели покинуть помещение, что она непременно сделает для охоты или прогулки после сидения целый день взаперти. Но при этом должно было оставаться ещё достаточно света, чтобы человеческий глаз свободно видеть, куда нужно стрелять.

– А ты точно уверен, что он живёт здесь?
– поинтересовался Кистенев, когда они уже подходили к нужному адресу.

– Разумеется, его адрес должен сказать было легко вычислить. Сначала по материалам, столь любезно предоставленным мне синерубашечниками, я смог определить район поисков. После чего, зная, что вампиры-одиночки обычно снимает жилье, так как вынуждены часто его менять, то мне осталось только найти молодого человека лет двадцати-тридцати нигде не работающего и не учащегося, живущего в уединении и всегда вовремя платящего за квартиру. Имея определённые источники информации сделать это было не так уж сложно, так что вчера я уже прогулялся к одному адреску полученному таким образом, и вот он, наш клиент.

Они вошли в один из дворов между вытянутыми серыми параллелепипедами зданий и пошли по центру между растущими вкривь и вкось деревцами, и старой детской площадкой с заржавелыми качелями и горкой. На середине пути Мессеир остановился и окинув своих спутников беглым взглядом достал из-под плаща железную флягу.

– На, хлебните, - произнёс Крейтон протягивая её друзьям.

Кистенёв с Семелесовым по очереди отхлебнули из неё, не забывая при этом поморщиться. Крейтон взял флягу обратно и допил содержимое, в конце потряс ей, чтобы вытряхнуть последние капли себе в рот.

– Поздравляю вас, господа, это был один великолепнейших моментов в вашей жизни, когда вы попробовали настоящий шенгренский коньяк, думаю что нескоро вам представиться подобная возможность снова, - произнёс он, с грустью взглянув на флягу, потом резко поднял взгляд, вернув лицу прежний серьёзный вид.
– Пока ещё не поздно, можете сдать пистолеты и идти по домам, и всё, я вас не знаю, вы меня не знаете.

В ответ ему были лишь слабые отрицательные кивки головой.

Они заняли позицию во дворе, между крайним подъездом и кучкой разношёрстых гаражей теснившихся возле домов. Семелесов вместе с Крейтоном присел на обшарпанную железную ограду спиной к двери, при этом сложив руки перед собой, он несколько раз про себя бормотал: 'Царю небесный, утешителю...'. Кистенёв стоял рядом, опершись плечом на ствол дикой рябины, поглядывая время от времени на выход из подъезда.

– Значит так, повторяю в последний раз последовательность. Я простреливаю ему коленные чашки, после чего тащим его за гаражи, там делаем серебряный компресс, пока он не скажет где искать его бывший клан, потом делаем удар милосердия. И запомните, в одну линию не становиться, ближе, чем на пять шагов не подходить. Ясно?

В ответ ребята кивнули головами.

– Теперь просто сидим и разговариваем не вызывая подозрений, как обычная шпана. О чём вы тут обычно разговариваете?

– Ну, они кэжуалы обычно о шмоте, - произнёс тихим голосом Семелесов, кивнув на Кистенёва.

– Серьёзно? О шмотках?
– Крейтон посмотрел на Василия, изображая во взгляде одновременно и разочарование и непонимания, словно ожидая, что тот сейчас опровергнет все обвинения.

– Нет, ну не всегда, но о шмоте иногда, же нужно поговорить.

– Вот чёрт, - выругался Крейтон, резко опустив голову.

– Ну, о чём ещё, можно поговорить о политике, - предложил Семелесов.
– Как вы, например, относитесь к введению цензуры в интернете?

– Сволочи, - отрезал Василий.

– Тема исчерпана, - подытожил Семелесов.

Солнце медленно, но верно приближалось к горизонту, приобретая характерный ярко-красный оттенок и окрашивая в него весь северо-западный участок неба. А вскоре это покраснение на небе осталось единственным напоминанием о пребывании та когда-то солнца, наконец, объявляя о начале заветных вечерних сумерек.

Тяжёлая железная дверь подъезда открылась, и на дорожку между заброшенными клумбами вышел смазливый парень на вид двадцати с небольшим лет. Он был одет в чёрную кожаную куртку, но не ту которую обычно носят мотоциклисты или неформалы, а достаточно простенькую и не вызывающую, его волосы были вздыблены, но при этом поднимались они аккуратно, будто обработанные лаком или чем-то подобным. И в полумраке сумерек, только если специально приглядеться, можно было заметить его неестественную бледность.

– Он словно со страниц романа, паршивого дамского романа, - шёпотом произнёс Семелесов, взглянув на него краем глаза.

– Die Waffen legt an, - скомандовал Крейтон тихим, но суровым голосом, поднимаясь с ограды, и, указав на Кистенёва, добавил.
– Ты будто рассказываешь нам весёлую историю, мы будто смеёмся.

Они перемахнули через ограду, уже держа в руках пистолеты, так чтобы их не видел вампир, остановившийся в нескольких метрах от подъезда, словно ждал кого-то, удостоив ребят только презрительным косым взглядом. Тем временем юноши вышли наискось к асфальтовой дорожке идущей параллельно зданию, при этом посмеиваясь, слушая 'историю', которую рассказывал Кистенёв, из которой разобрать со стороны можно было только: 'Ну, тогда я ему и говорю, пошёл на хрен... они офигевшие стоят...'.

Когда они вышли на дорожку Крейтон обратился к Семелесову: 'Ну, всё, тебе в ту сторону, до встречи, чувак'. И Семелесов также попрощавшись, уже двинулся в сторону, одновременно с этим и сам Крейтон чуть отошёл от Кистенёва, так что втроём они образовали неровный треугольник, заняв нужную позицию. И тут дверь в подъезд вновь открылась, и послышался разозлённый женский голос:

– Семелесов, ты что здесь делаешь?

На ступеньке возле двери стояла их одноклассница Вера Найдёнова, навстречу которой двинулся вампир.