Чтение онлайн

– Жарко там будет в любом случае, а у плаща есть одна важная задача, - при этих словах Крейтон распахнул полы плаща, показав два клинка в ножнах висевшие у пояса.

– А они тоже от вампиров?
– спросил Семелесов.

– Что вы сказок не читали, отруби голову и всё нет гадёныша. Всё пора идти, - скомандовал Крейтон, взглянув на часы.

Семелесов и Кистенёв положили пистолеты к себе в сумки, не рискуя идти с этим за поясом. Кистенёв после этого быстро отошёл в свою комнату и вернулся, держа в руках чёрный кастет.

– Вот специально взял, этот не погнётся.

Крейтон посмотрел на него, как на последнего идиота, при этом сделав такое выражение лица как будто в данной ситуации он даже не знает, что сказать.

– Серьёзно, - спросил он нарочито спокойным голосом, смотря Кистенёву прямо в глаза.
– Ты думаешь, что это действительно поможет против твари, на которую и с пистолетом ходить опасно, серьёзно? Можешь, конечно, взять, но только не вздумай на него надеяться.

Сказав это, Мессеир развернулся, вышел сначала в прихожую и дальше на лестничную площадку. Семелесов вышел вслед за ним, с усмешкой взглянув на Кистенёва. Сам Василий выходил последним, закрывая за собой дверь, остальных он нагнал, когда те уже спускались по лестнице, пренебрегая лифтом.

– Значит так, - начала Крейтон, когда троица проходила мимо третьего этажа.
– Я бы никогда не взял вас с собой, если бы это был матёрый кровосос, а не новообращенный щенок, и, тем не менее, даже не думайте отвлечься, задуматься, засмотреться на птичку пока будете держать его на прицеле, в идеальном случае лучше не моргать.

Они спустились на первый этаж и, не останавливаясь, вышли на улицу через железную дверь подъезда.

– И запомните, - продолжал Крейтон.
– На время операции я ваш командир, слушаться меня беспрекословно. У меня десять лет подготовки и два года оперативной работы, вы о существовании этих тварей узнали два дня назад, так что возражений, надеюсь, не будет.

Они вышли на асфальтовую дорожку, ведущую вдоль дома, и двинулись в сторону арки в соседний двор. Крейтон шёл в центре спереди, Семелесов с Кистенёвым по краям, чуть отставая.

– И главное, - Мессеир сбавил шаг и повернул голову, при этом приподняв руку с выставленным указательным пальцем, как бы призывая к вниманию.
– Если эта тварь окажется к вам ближе, чем на пять шагов вы трупы, ясно.

– Почему?
– спросил Семелесов.

– Даже из ордена не многие способны выжить в рукопашной схватке с вампиром, про вас я уже не говорю. Они превосходят людей в быстроте, силе и скорости реакции. Вы и глазом не успеете моргнуть, как он окажется перед вами и одним ударом сломает рёбра.

– То есть против них можно действовать только с огнестрелом?

– Разумеется.

– А как же осиновые колья и всё прочее?

– Осиновые колья?
– Крейтон остановился и пристально посмотрел в глаза Семелесову.

Он отошёл в сторону поднял с земли какую-то палку и протянул её Семелесову.

– Представь что это осиновый кол, попробуй проткнуть мне сердце, - он отошёл назад, чуть разведя руки в стороны.

Семелесов передал свою сумку Кистенёву и вышел вперёд. Перехватил палку и занёс её как нож.

– Не бойся, она не острая, бей как если бы действительно хотел проткнуть мне грудь.

Семелесов, как ему и велели, попытался ударить, но Крейтон тут, же перехватил его руку и отвёл в сторону и, заломив её, подсечкой сбил Алексея с ног.

– Такой удар и человеку не составит труда перехватить, а здесь речь идёт о твари, чья скорость реакции в разы превышает человеческую. Так что свои осиновые колья можете приберечь для забора на даче.

– Кстати, а почему кол должен быть осиновый?
– спросил Кистенёв, наблюдавший за схваткой со стороны.

– На осине Иуда повесился, - ответил как на автомате Семелесов, поднимаясь с асфальта.

– Да плевать им, на чём повесился ваш Иуда, - произнёс Крейтон, идя дальше, в сторону арки.
– Может, его даже убивать не придётся, если он своих дружков нам сдаст, по-хорошему, вас такой расклад особенно устроит ведь так?
– добавил он, повернувшись, скорее констатировав факт, чем спросив.
– Боитесь же, видно по вам.

– Да чего бояться, - попытался усмехнуться Семелесов.
– Вон Кистенёв он вообще на выезд ездил ему по фигу. Да, Вася? Ты его недооцениваешь, Мессеир, там на него одного двенадцать человек набросилось ... своих, правда.

– Заткнись, Лёха.

Крейтон вновь чуть повернул голову, взглянув на шедших позади ребят, и на его лице появилась слабая улыбка, что происходило в последнее время крайне редко.

– Ничего, Лёша, станешь ты так крутым охотником на вампиров, склеишь, наконец, свою Веру, да?
– усмехнулся Кистенёв.

– Заткнись, Вася, - неожиданно резким голосом отрезал Семелесов.
– Пошла она к чёрту, к тому же в таком случае мне скорее следовало бы стать вампиром, а не охотником на них.

– Не советую, - серьёзно произнёс Крейтон.
– Тогда мне придётся тебя пристрелить на месте, друг мой, наша братия вампиров не особо жалует.

– Так вы их и просто отстреливаете, я думал дело только в медальоне.

Тем временем троица уже вышла на улицу и ведомая Крейтоном двигалась по направлению к мосту через овраг, чтобы перейти на ту сторону.

– У ордена богатая история отношений с этими тварями, - начал Мессеир.
– Всё началось ещё при Матиасе втором, когда империя только поднималась. Тогда многие считали, что при помощи созданного недавно ордена можно будет заодно и покончить, с вампирским подпольем. Но это оказалось не так-то просто. Вот тогда началась настоящая война, о которой большая часть населения империи даже не подозревала. Воевали с ними долго и кровопролитно, но те умудрялись тут же набирать новых бойцов, благо дураков хватало, а вот у ордена было полно дел и кроме ночной охоты. Пока наши бегали за кровопийцами, в колониях бурным цветом расцвели анархисты и сепаратисты, против которых орден и должен был изначально действовать. Тогда пришлось пойти на перемирие с вампирскими кланами: орден прекращал дневные отстрелы кровососов, а те в свою очередь переставали беспредельничать и пили кровь только тех кого положено.

– Кого положено?
– удивился Кистенёв.

– Да, - флегматично ответил Крейтон.
– В каждом мире есть люди, без которых он станет лучше. Они убивали преступников, содомитов, анархистов и сепаратистов, в конце концов, так что ещё и облегчали ордену работу. Но перемирие это было весьма шатким, и по сути стороны находились в положении, как это вы называете ... холодной войны. Так что возникновение новой заварушки было лишь вопросом времени. И времени этого, как оказалось, было сто двадцать лет, затем произошёл восточно-карланийский инцидент. Один из кланов решил, что хватит всё это терпеть и пора брать власть в свои руки. Они обосновались на юге империи, на юго-западном побережье центрального моря, в Карлании, и начали создавать армию. Империя действовала жёстко, как, впрочем, и предполагалось. Район, захваченный этими тварями, оцепили шестью пехотными дивизиями, подогнали гвардию, воздушный флот, про орден конечно не забыли. Всю восточную Карланию объявили зоной свободного огня, с приказом войскам стрелять по всем кто будет выглядеть слишком бледным для человека, а на деле стреляли во всё что движется. Сколько там погибло, так и не разобрались. Зато с заговорщиками покончили раз и навсегда. Но это было только начало, получив такой шикарный повод для войны, имперское правительство просто не могло продолжать перемирие, как будто ничего и не было. Сразу после инцидента, орден вместе с контрразведкой и тайной полицией ударил по остальным кланам и на этот раз одновременно, по всей стране, за день вырезали больше тысячи двухсот штук, две трети мантийского вампирятника. Тех, кто бежал за границу накрывали уже там собственные службы. С тех пор кровопийцы стали тише воды ниже травы, но орден их всё равно старается не трогать. И как это ни странно из-за медальона.

– Вы что не хотели его получить, с его-то возможностями.

– В том-то вся и проблема что у них медальон был изначально, и их собратья из параллельных миров могли двинуть на Мантию, чтобы остановить нас, завладей орден медальоном. А очередная Карлиния Иссельдару была не нужна, как и сам медальон по большому счёту, до определённого момента. Так что для первознамёнников медальон был священным Граалем перед носом. Но теперь нет, ни империи, ни ордена, я человек отныне вольный, могу охотиться как хочу и за кем хочу, так ведь, - он посмотрел на Кистенёва так, словно ждал, что тот кивнёт в подтверждение его слов.