Чтение онлайн

Кряхтя как столетний старик, я попробовал размяться, помахать руками-ногами, разогнать кровь. Помогло, но не на долго. Вот так я согревался до рассвета, пока вовсе не обессилел. Хотелось заснуть прямо на граните скалы. Розовая полоска ранней зари обозначилась на горизонте, но у меня уже просто не было сил радоваться наступившему утру. Волки под скалой все так же неусыпно несли стражу под моей скалой, и мне ничего не оставалось делать как сидеть и тупо пялиться на их серые наглые морды.

В какой-то момент я все же задремал. Мне снилось, что я у себя дома, в родной хрущевке на третьем этаже, смотрю бибисишную передачу про хищников средней полосы. Рычание с телеэкрана было настолько реалистичным, что я проснулся и увидел, что мои серые "друзья" пытаются наскоком добраться до моей окоченевшей тушки. Натужно поднявшись на ноги, я основательно обматерил волчар, и глянул на встающее солнце. Судя по тому, что светило еще даже не перевалило за линию горизонта, было около шести часов утра. Волки не оставляли попыток допрыгнуть до моей локации, но только зря чертили когтями по граниту. В какой-то момент они завыли, засуетились вокруг скалы и вдруг отбежали назад к лесу, оставив меня удивленно хлопать глазами. Через минуту я понял причину. На поляну вышло стадо кормящихся зубров. Впереди двигались молодые рогатые быки, за ними следовали коровы с телятами. Стадо разбрелось, отыскивая корм. Один крупный бык, увидев волков, довольно резво попер на них. К нему присоединилось несколько молодых бычков и волчья стая, разочарованно воя, удалилась в густой лес. Я понял что это как раз тот случай, когда уместно менять дислокацию, то есть, по-простому - драпать подальше да побыстрее. Я соскочил с камня, охнул от боли в потревоженном боку, и подошел к остаткам костра. Увиденное не обрадовало; костер был разбросан и не сбереглось ни одного тлеющего уголька, а самое паскудное - рядом с костром валялась моя наполовину расплавленная зажигалка "Crickett". Должно быть я обронил ее в костер во время битвы с волками. Чертыхнувшись, я пошел на юг - вниз по склону, придерживаясь изначального направления.

Спускаясь в долину, я отметил, что здесь потеплее; солнце грело затылок и я довольно споро продвигался вперед. Помня о непреложной истине, что стоит найти большую речку, и она выведет к людям, я старался найти какой-нибудь ручей, тем более что здесь уже не было снега, а жажда давала о себе знать. Я шел еще не меньше получаса, прежде чем спустился в сырой овражек, где было озерцо с талой водой. Спустившись, я склонился над озерком и стал пить ледяную воду, слегка отдающую терпкостью дубового листа. Напившись так, чтоб в ближайшее время не захотелось, я вышел из оврага и направился дальше.

***

Я шел до заката, шаря глазами вокруг. Усталость и голод делали свое - я едва брел. В лесу съедобного найти не удалось. Только мелкие лесные птицы изредка нарушали тишину леса, но их оставалось только провожать сердитым ворчанием желудка. Ко времени, когда солнце уже касалось верхушек самых высоких деревьев, я вышел из хвойного леса, опоясывающего горы большим зеленым одеялом. Выйдя на опушку, я наконец увидел то, что искал - слева впереди бурлила быстрая горная река. Уже что-то! Даже отсюда я почувствовал свежесть речного воздуха. Приковыляв к реке, я стал искать место для ночевки. Берега были каменистыми, тут и там высились глыбы нанесенных рекой камней. Стало холодать, поднявшийся ветер и надвинувшиеся из-за горных пиков массивы мрачных на вид облаков торопили с выбором места. Нужно было срочно пристраивать куда-то мой замерзший зад.

Спустившись вниз по реке я услышал шум, а через сто метров нашел и его причину - реку пересекали пороги. Всюду высились нагромождения здоровых заросших пока редкими деревьями каменюк. Пробираясь между ними я нашел немало щелей, куда при желании можно было забиться, однако ночевать там было нельзя без риска замерзнуть на сквозняке и холодном камне. Я было совсем отчаялся, но пройдя пороги я увидел то, что искал - маленькую пещерку в здоровой насыпи камней недалеко от реки. Повезло, что вход был с подветренной стороны, ветер сюда не доставал, здесь было сухо и "пол" был из чистого речного песка. Согнувшись, я протиснулся внутрь. Не хоромы, но выбора не было. Из последних сил натаскав сосновых веток и мха на подстилку, я забился вглубь и отрубился.

Утро встретило меня ярким светом давно вставшего солнца и голодным кваканьем моего желудка. Мечтая о съедении слона, я выполз из своего пристанища и побрел к речке, попутно высматривая деревце с ровной веткой, которую можно было использовать как острогу. Лес меня едой не побаловал, а вот в реке рыба просто должна быть! Раньше рыбалка была баловством с друзьями на порогах Десны, сейчас же от этого зависело спать мне сегодня голодным или нет. Наконец облюбовав одну жердь, и с трудом выломав ее, я как мог вручную заострил конец и зайдя на камни порогов, стал пробовать острожить рыбу. После доброго часа мучений и немереного количества попыток и ругательств я таки добыл крупную рыбину. Так как огня не было, пришлось есть сырой. Не успев посокрушаться по этому поводу, я вмиг умял почти килограммовую рыбу. К этому времени солнце поднялось в зенит и начало довольно заметно греть. Зная, что сейчас меня будет одолевать сонливость после первой серьезной еды, я продолжил свой путь вниз по течению реки.

Под ногами уже была не редкая травичка а настоящий луг, хоть и уже по большей части увядшей растительности. Так как холодные предгорья кончились, я сделал вывод что здесь сейчас осень. А там, где я был еще двое суток назад, была весна... Если раньше я видел природу только когда мы с друзьями забредали на шашлык в лес и это всегда ассоциировалось с весельем и праздником, то здешней природой я уже был сыт по горло. Интересно, а в эти места кто-нибудь забредает? Я уже прошел не меньше пятнадцати километров с места своего "явления". Где, к чертям, цивилизация?! Ни дорог, ни каких-либо следов человека. Ни тебе окурка, ни бутылок из-под пива... Непорядок! Городской человек в такой природе себя чувствует неуверенно и хреново! Прямо как я... Вдруг я остановился и крепко треснул себя по башке. Мобильный! Вот дурень, это надо было проверить с самого начала! Я быстро достал из кармана свой потрепанный Сони-Эрикссон и глянул на экран. Нет покрытия сети. Половина заряда... Черт!.. Тоскливо оглядев горизонт, я выключил телефон и засунул обратно в карман.

Речка ниже по течению уже не так бурно катила свои воды, и местами уже стала выдавать петли. Ранее отступивший смешанный лес снова взял реку под стражу, нависая обомшелыми влажными стволами над водой. Я шел по узкой песчаной кромке речного берега с каким-то неясным и непонятным ощущением неправильности... Ясно, что людей тут нет. Но что же тогда меня беспокоит с того времени, как я иду по этому берегу?

Так и не выяснив для себя этот вопрос, я решил что есть кое-что важнее неясной тревоги. Например вопрос убежища на ночь и конечно же еды. Поэтому я углубился в прибрежный лес, попутно оглядываясь в поисках чего-либо, что могло послужить мне первым или вторым. Скоро я обнаружил несколько поваленных деревьев недалеко от берега. Одно из них вывернулось мощными корнями из земли вместе с дерном и образовало нечто вроде землянки, что как нельзя лучше подходило для ночевки.

Чтобы мою лачугу не продувало ветром, пришлось навалить сверху кучу надерганных здесь же еловых лап и палок, "пол" выстелил прошлогодней сухой травой. Вполне довольный проведенной работой, я опять изготовил острогу и пошел к берегу, выискивая перекаты, где было бы удобно подстеречь рыбу. Пришлось довольно далеко пройти дальше вниз по реке, прежде чем я нашел подходящее местечко. Несколько красноватых булыжников высились из воды в метре от берега. Перепрыгнув на них, я приготовился к охоте на рыб, вглядываясь в прозрачную толщу воды. Несколько раз я пытался насадить на острогу подплывшую было рыбину, но попадал только в ил на дне речки или же острога скользила по чешуе мгновенно уплывавшей рыбы. После двадцатой попытки я уже матерился в голос - солнце садилось а у меня ни рыбешки!

Так, Серега! Пора пользоваться результатом эволюции человечества - соображалкой то есть. Раз скользит, значит надо острее. Я скептически глянул на острие размокшей остроги. Затупилось... Нужно что-нибудь острое!

Я закрутился на месте, но вокруг были только камни... В следующее мгновение я уже рылся на берегу в поисках острого камня. Увы, река была полна только окатаных голышей. Но, в моем случае стоило воспользоваться опытом предков каменного века. Я подобрал увесистую черную глыбу и несколько раз с усилием бросил на камень поменьше. Брызнули осколки. Увы, камень кололся прямыми гранями, что совсем не годилось. Я повторил опыт с другими камнями. Что-то получаться стало когда я стал бить по красноватому камню, такому же, на котором недавно сидел и пытался острожить. Осколки были большими но гораздо острее, мелкозернистая структура камня позволяла ему колоться чешуйками и острыми треугольниками. Но тут у меня развалился камень, которым я так нещадно колотил. Чертыхнувшись, я поднял такой же красный булыжник, и начал отбивать кусочки от моей заготовки, пользуясь большим камнем как молотком. Каждый удар сопровождался искрами и запахом горелого камня... Последним ударом я отколол тонкий прямой осколок, который можно было использовать. Еще раз втянув в себя запах горелого камня, я понял, что мне повезло вдвойне - похоже, камень этот не что иное как кремень! Настроение впервые за последнее время скакнуло до отметки "супер". Уже представляя себе, как будет жариться на огне рыбка, я загнал кремневую иглу в расщепленную острогу и плотно обмотал шнурками от ботинка. Уже с третьей пробы на остроге дергалась здоровая рыбина, но я не успокоился, пока не наловил три штуки. Хотелось отыграться за вчерашний голодный день.

Вместе с уловом я вернулся к своей стоянке. Осталось только всего ничего - добыть огня... Со всей ответственностью заявлю - рыбу было наловить проще!..

Собрав кое-какого сушняка, я попытался выбить достаточную искру на тонкие веточки. После десятой попытки я даже не обуглил свою заготовку. Потом я сообразил, что нужно что-то вроде трута - легковоспламеняющегося материала. В идеале это вата или сухие до хруста тонкие листочки травянистых растений. Ваты было не достать, поэтому в косых оранжевых лучах заходящего солнца я стал ползать по всему подлеску в поисках сухой растопки. С трудом набрав пригоршню сухих листочков и чешуек коры с лиственниц и елок, я скатал все это в комок и засунул в приготовленное гнездышко из мелких палочек и хвороста. В этот раз я добился дымка и красных искорок в растопке, которые, впрочем, тут же затухали. Без наддува дела не будет! Еще минут десять я высекал искры и дул как экваториальный пассат, пока в голове не закружилось и мир расцвел разноцветными пятнами в моих глазах. Но мои усилия увенчались полным успехом - после последней удачной искры, выбитой с особым остервенением, я стал счастливым обладателем огня и опаленных бровей и ресниц. Пламя сразу охватило весь сушняк и я стал подкладывать понемногу мелких дров.

Хороший костер я развел уже в густых сумерках. Помня о том, что я тут не единственный хищник, костер я расположил за два метра от входа своей землянки. Таким образом корни упавшего дерева защищали меня со стороны реки, а огонь - с леса. За дровами ходить было недалеко, поэтому я запасся с избытком.

На скорую руку выпотрошив самую большую рыбину, я насадил ее на мою верную острогу, расположив ее рядом с огнем на самодельном тагане из деревянных рогулек, воткнутых в землю. Следом я расположил около костра и другие две. Следующие полчаса растянулись для меня в мучительную вечность, так как поджаривающаяся рыба стала вызывать своими божественными ароматами сильное слюноотделение и жалобы голодного желудка. Наконец не выдержав, я схватил первую попавшуюся под руку рыбину и тут же ее заточил, здраво рассудив, что горячее сырым не бывает. Самый лучший повар это голод! Недожаренная внутри и подгоревшая снаружи несоленая рыба показалась мне самой лучшей едой, которую я когда-либо ел. Плюясь чешуей и сыто икая, я отложил недоеденную вторую рыбу вместе с нетронутой третьей на лист лопуха, накрыл другим и наскоро закопал около кострища. Потом навалил кучу дров в костер и завалился спать.