Чтение онлайн

Но переживать и расстраиваться было некогда: они срочно искали место для лагеря, сверля коловоротами шурфы и подыскивая ровную площадку. В трехстах футах нашлось ровное место с таким толстым льдом, что никаких буров не хватало. Там и установили две больших палатки и третий навес под склад. Они ждали, когда льдину, наконец, прибьет к берегу, или море замерзнет, но время шло, а ледяное поле, закрепившись на рифах, не желало больше двигаться.

Они обустроились на месте. Люди были привычные и быстро распределили обязанности. Самым главным было, хоть как-то пополнять запасы еды, чтобы оставить консервы на случай выдвижения на юг, поэтому часть команды постоянно выходила на разведку с целью отлова тюленей. Стив тоже принимал в этом участие. Ледяная плита росла и вскоре должна была соединиться с берегом. Это давало надежду на то, что тюлени начнут делать полыньи, где их будет нетрудно выследить. Но одновременно это принесло и хлопоты: их посетил первый, пока еще не очень голодный, но любопытный хозяин льдов – белый медведь. Видимо, звери уже могли где-то переплывать замерзающий пролив.

Белый медведь – это вам не бурый и даже не гризли. Не знающий себе соперников, огромный хищник, рассматривал их припасы и самих полярников, только с гастрономической точки зрения. Даже выстрелы на него не производили должного впечатления, пока пуля не попадала в шкуру. И тут было лучше сразу убивать – до того, пока зверь сам не начнет убивать обидчиков. Хорошо, что опытные полярники знали выход: у них были две ракетницы и, в отличие от пуль, у фальшфейеров особого применения не было, а вот белых великанов они пугали отменно. Огня те все же боялись не меньше, чем другие животные.

Лежа и трясясь от холода, Стив вспоминал, что в тот, последний раз все собрались на охоту, а ему осталась незавидная роль дежурного по лагерю. За день до этого их маленькая разведка нашла в трех милях сразу несколько тюленьих полыней. Поэтому на охоту пошли все – ведь добычу надо еще разделывать и тащить. Вооружение: три винтовки и два пистолета, они забрали с собой, оставив одну ракетницу дежурному на случай, если появится медведь.

За палатки можно было не бояться – их, по примеру эскимосов, обложили пилеными глыбами снега метровой толщины и, поливая водой, превратили в бронированную стену, но вот склад, представляющий перевернутую вверх дном 24-местную спасательную шлюпку, белый хозяин льдов мог и потревожить. Поэтому Стив стал регулярно обходить лагерь, и уже через полчаса увидел мохнатого гостя. Но тот, не обращая внимания на лагерь, неспешно проследовал по следам охотников.

Оставалось только удивляться, как этот гигант смог своими куриными мозгами просчитать алгоритм: где охотники, там и потроха тюленей. «Надо, будет сказать, чтобы впредь не оставляли на льду ничего съедобного, а то так скоро тут целый клан этих убийц разведется!» - озабоченно подумал Стив, но вскоре забыл об этом, поскольку такие мелочи уже оказались не актуальны.

Вдруг полярник услышал глухой выстрел. Нет не выстрел – это лопнула льдина. Странно - сильного мороза, при котором обычно трещит сжимающийся лед, не было. Вскоре выстрел повторился. Стив проверил – ветер был сильный, но не настолько, чтобы начать двигать почти сросшийся с берегом лед. А лед все сильнее трещал... Наконец он понял, что происходит: в той стороне, где канул их несчастный «Покоритель Севера», начал вздуваться пологий бугор. По каким-то причинам уровень моря довольно быстро опускался больше обычного. Но, в сочетании с ровным и довольно сильным ветром с берега, произошло самое страшное, что вообще могло произойти: от бугра в сторону лагеря пробежала трещинка. Стив с ужасом смотрел та эту изломанную линию и чувствовал, что по спине пробежала струйка холодного пота. Нет, разлом не прошел по палатке и даже не задел лагерь… он сделал хуже: отсек всю охотничью бригаду от базы.

С другой стороны, трещина и трещина – может, на этом все и кончится? Но если события идут вкось, то идут туда все. Самый кошмарный сценарий продолжал развиваться под действием, казалось бы, совершенно безобидного ветра: майна неумолимо росла. Стив лихорадочно продумывал план действий: скорее всего, охотники сейчас где-то за три мили отсюда – при такой поземке ни одна ракета видна не будет. Надо отбежать хоть тысячу футов и выстрелить оттуда.

Стив внимательно следил за увеличивающейся полыньей, она росла со скоростью дюйм в минуту. У него пятнадцать минут, чтобы отбежать, выстрелить и пятнадцать, чтобы вернуться. Он не стал раздумывать. Пробежка – три выстрела по дуге в сторону охотников – бегом обратно. Разлом вырос до пятидесяти дюймов. Стив почувствовал, как у него сжалось сердце от ужасного выбора. Здесь он останется с друзьями… погибать от холода. Там он свободно проживет хоть до весны. Нет, он не сможет жить и знать, что все товарищи погибли!

И вдруг ему пришла мысль: «Размазня! Немедленно прыгай и пытайся сообразить хоть какое-нибудь плавсредство!» Соображать, на самом деле, и не надо – перед ним громоздилась огромная шлюпка. Стив перепрыгнул через ледяную воду, подбежал к складу и, с ходу ухватившись за борт, понял, что не в состоянии даже сдвинуть ее с места. «Конечно, она же примерзла!» - ему не хотелось думать, что с судна ее тащили вдесятером. Он оглянулся на трещину – та уже достигла критического размера. Вскоре дорога на ту сторону будет закрыта. Самое страшное было то, что льдина, кажется, только набирала скорость.

«Ничего! Расстояние – не помеха, если я спущу на воду эту лоханку!» - озверело подумал полярник и, схватив топор, стал методично обрубать лед, намерзший на борта. Он скинул рукавицы и забыл о ледяной крупе, секущей лицо – сейчас было не до того. Спустя полчаса шлюпка была свободна ото льда, но сдвинуть он ее по-прежнему не мог. Тогда полярник придумал нехитрую систему рычагов из весел и подпорок, по дюйму приподнимая один борт. Спустя еще минут двадцать шлюпка, опрокинулась на дно.

Стив отметил, что водяная лента уже достигла пятнадцати футов в ширину и стремительно расширялась. Белый, бесшумный пароход отправлялся в свое плавание с девятью пассажирами на борту, даже не ведающими о своей судьбе. Да, ракеты улетели впустую. Стив в отчаянии выпустил в воздух еще несколько штук и подошел к шлюпке. Ее носовая палуба возвышалась вровень с его глазами. Как ее доставить до воды, он не представлял.

Сначала его одолело отчаяние, но потом полярник усилием воли заставил себя думать. Нужна была элементарная лебедка, которой у них не было. Но эта лоханка весила не многим больше пары тысяч фунтов. Если он сообразит простейший ворот, то этого должно быть достаточно…

«Ага!» - он, кажется, придумал. Стив взял коловорот, и, отойдя к трещине, которая уже превратилась в край льдины, поскольку ширина уже не вмещалась в понятие трещина. Он засверлил глубокую лунку, потом воткнул в нее подходящий шест. Затем закрепил на носовом кольце шлюпки канат и протянул его до этого шеста. Там он сделал петлю и продел в нее конец багра, который стал воротом, наворачивающим канат на вертикальную ось.

Здесь он в спешке и совершил ошибку в своем, в общем-то, правильном инженерном сооружении – ему надо было засверлить лунку поглубже и под наклоном от лодки. А так он начал наматывать трос, удерживая одной рукой ось в вертикальном положении, а другой вращая по кругу ворот продетый в петлю. Трос натянулся, как пружина. Стив крепко держал вертикальную ось и, идя по кругу, продолжал крутить свой ворот.

Шлюпка качнулась и рывком двинулась на несколько дюймов вперед. «Получилось! Теперь нужно только потихоньку дотащить ее до берега», - но радость ослабила внимание, и Стив стал быстрее наворачивать трос. Канат опять натянулся до предела, и тут огненная боль обожгла его колено. Полярник в шоке, не понимая, что произошло, смотрел на вертикальный шест, выскочивший из ледяной лунки и ударивший его со всей силы натянутого троса, когда он переступал его, вращая ворот.

«Ничего, сейчас я все исправлю!» - в запале подумал Стив. Но стоило ему шагнуть, как невыносимая боль в ноге снова пронзила его, и он упал, потеряв сознание. Очнувшись, он понял, что уже спускаются сумерки. Взглянув в сторону трещины, полярник не увидел отколотого ледяного поля. Его бил озноб, то ли от боли, то ли от холода – он не знал и не хотел этого знать. Он остался один, а там, в темноте мечутся по краю льдины его друзья. И он больше не мог им ничем помочь. Не мог из-за собственной глупости!

Стив долго с ненавистью смотрел на злосчастный шест, разбивший ему колено. Рой самых мрачных мыслей носился у него в голове. Если бы он был изнеженным горожанином, он наверно, наложил бы на себя руки. Но привычка к выживанию в трудных условиях и борьбе с невзгодами сделала свое дело. Он почти на автомате прополз несколько метров до палатки, волоча больную ногу, и, затих на топчане, впав в забытье, не чувствуя больше ни холода, ни голода.

А дальше потянулись серые будни безмолвного одиночества. У него было все, чтобы выжить: и еда, и дом, и топливо, не было только одного: желания. Он чувствовал себя убийцей, пусть не по желанию, а по головотяпству, но разве от этого легче? Ведь, не поспеши он тогда, засверли лунку под вертикальную ось ворота поглубже, и она бы ни за что не соскочила. Жизни девяти человек висели на волоске, и он собственноручно оборвал эту единственную возможность.