Тропою Толтеков
Шрифт:
Спустя несколько дней она пришла снова. Он сумел до нее дозваться, и девочка назвала свое имя: Марго. Она всегда была грустная и не хотела разговаривать. Однажды Марго призналась:
– Я никогда не буду счастлива. Ты знаешь почему.
Но Рико не знал. Он растерянно спросил:
– Я даже не знаю кто ты. Так почему же я должен знать, отчего ты обижена на меня?
– Ты не даешь мне жить, - тихо и грустно выговаривала она ему, глядя в окно и продолжая сжимать своего затасканного тряпичного медвежонка. – Я так хотела бы узнать, что такое настоящая жизнь, но ты держишь меня взаперти.
Рико ничего не понимал, но раз уж девочка, наконец, разговорилась, то решил хоть что-то у нее выяснить:
– Расскажи мне о себе и я, может, смогу помочь?
Марго грустно усмехнулась и сказала:
– Тебе так хочется узнать о жизни изнасилованной и убитой батрачки?
– Но ты же ребенок?! – воскликнул Рико, все еще не понимая.
– А разве одно другому мешает? – по щекам девочки текли слезы, но она продолжила. – Я не понимаю, что произошло. На улице все не так… Я боюсь этих огромных зданий, там так много самодвижущихся повозок…
– Машин? – переспросил Рико.
– Наверно… я не знаю. Я только помню, что меня родители продали батрачить в харчевню. Я ничего не видела кроме тяжелой работы и побоев. Этот мишка – единственное, что у меня было, - девочка нежно посмотрела на убогое создание, долженствующее изображать медвежонка. – Но однажды хозяин сильно напился и поймав меня в углу кухни, прикрикнул, что я уже большая и сорвал с меня платье… Тогда все упились, а работники боялись хозяина. Это было страшно, противно и больно. Он что-то разорвал мне. У меня текло много крови, я пыталась заткнуть ее тряпкой, но у меня не хватало сил, я устала и заснула… А теперь, я вдруг очнулась всего на мгновение в мужском теле. Но я умная! – Марго утерев слезы, хитро и мстительно посмотрела на Рико. – Я нашла способ сбегать из-под твоего присмотра. Да, я могу с тобой говорить! И я отомщу всем вам, злобным тварям!
– Хе-хе! – раздался смех в стороне. Рико оглянулся и увидел старика, откуда-то возникшего в его кресле. – Не верь этой плутовке. Она только прикидывается паинькой. Эта киска только и ждет, чтобы вцепиться тебе в горло!
– А Вы кто такой? – удивился Рико.
– Я-то… не важно. Так, гость случайный, - старик отмахнулся от вопроса. – Ты вот что лучше послушай: если будешь и дальше ее привечать, она тебя из тела полностью выживет.
– Сам хорош, старый хрыч! – злобно ответила девчонка. – Тебя никто и не спрашивал. Сам-то зачем сюда приперся?
– Хе-хе, - невозмутимо хохотнул старик. – Я-то меру знаю: немного попользовался, дай и хозяину привести все дела в порядок, а ты, стерва маленькая, норовишь подмять его под себя! И по дури своей не понимаешь, что если он в психушку угодит, то и ты там окажешься. А если руки на себя наложит, то и нам труба!
– Знаю я тебя, старый сладострастник: все норовишь женщинами попользоваться, пока в теле? – презрительно оскалилась Марго.
– Ну это небольшой грех, а вот ты, язва, норовишь все справедливость навести по своим меркам. Ой, Рико, бойся ее! Я тебя, если только в публичный дом и заведу, а она ведь и рукоприкладством может заняться.
Смотря на весь этот гротескный спектакль, Рико почувствовал, что окончательно сходит с ума, и в ужасе бросился вон из гостиной... В тот раз это помогло. Но теперь он регулярно находил себя, прячущимся под одеялом на кровати и слушающим через зажатые уши выяснения отношений между его гостями.
Жизнь пошла под откос. Один раз он нашел себя пристающим самым похабным образом к своей девушке. Увидев ее испуганные глаза, он страшно смутился и с извинениями убежал. Тогда ему с трудом удалось загладить свою вину. Они опять стали нежно ухаживать друг за другом, но спустя месяц он очнулся с ножом в руках и увидел перед собой свою любовь, в разорванной одежде, ссадинах и подтеках, затравленно смотрящую на него и приготовившуюся к последним мукам. Тогда он умолял ее никогда больше не встречаться с ним, поскольку он стал опасен. Рико шел домой и понимал, что дальше все будет только хуже. Он рыдал, но ничем не мог себе помочь.
Его нормальная жизнь кончилась, когда на работе он нашел себя посреди лаборатории, заполненной дымом и воем пожарной сигнализации. Энрико подбежал к огнетушителю и заметил, что лаборантка в страхе шарахнулась от него. Выяснять в чем дело, было некогда. Он спешно затушил возгорание. После этого пришлось идти на лечение. Несмотря на поставленный диагноз прогрессирующей шизофрении, его не выгнали с работы – слишком ценили его умственные качества. Только приставили к нему следить лаборантку.
К сожалению, несмотря на лечение, его работа не продлилась и пары месяцев – случай разнузданного сексуального домогательства к лаборантке весьма преклонных лет, окончательно поставил его перед лечебным заведением закрытого типа. Вечером все те же два гостя затеяли свою занудную перебранку, хвастаясь в подробностях, кто чего сумел учудить в его теле. Тогда Рико не выдержал: решительно встал и, пройдя мимо этой сумасшедшей парочки, вышел на маленький балкончик, перекинул ногу через перила и, не задерживаясь ни секунды, бросился вниз…
– М-да, грустная история, - сочувственно промямлил Женя, водя пальцем по краю стакана. – А потом, конечно, ты прошел мимо странных звероголовых монстров на ацтекских пирамидах к орлу…
– Откуда ты знаешь? – удивился Рико.
– Мы все мимо них шли, - признался гость, но тут Рико сумел его удивить, поддакнув:
– Да, и эти двое тоже за мной увязались!
– Так ты что, от них сейчас под одеялом прятался?
– Да, от них. Когда они стали ломиться ко мне здесь, я понял, что даже умерев, никуда не могу деться от этого сумасшествия, - Рико имел, действительно, несчастный вид. – И ведь все оказалось не так, как говорилось в библии. Наверно я сильно согрешил, совершив самоубийство.
– Ну, скажем, самоубийство ты совершил в состоянии аффекта, принужденный своими «сожителями». Так что, вряд ли оно повлияло на твою посмертную судьбу. Больший эффект оказал твой интерес к индейским культурам.
– Но как это? Ведь история инков – это история нашей страны, а все индейские культуры имели одни корни. Это так интересно…
– Твой интерес похвален. Непохвальны интересы тех, кто этим воспользовался, - загадочно пробормотал Женя и, видя, что только путает парня, перешел к насущным делам. – Но давай, определимся с твоими «сожителями». Зря ты их здесь испугался – ты больше не жертва, а вот они по-прежнему зависящие от тебя сущности.
– Я чего-то не понимаю. Как они от меня зависят?
– Я тоже не истина в последней инстанции, но сдается мне, что защита твоей души в реале, то есть на Земле, дала сбой и на нее подсели не очень развитые души, которых немало на пороге между изнанкой и астралом… - Женя наткнулся на непонимающий взгляд и пояснил. – Не обращай внимания. Тебе потом Жасмин все объяснит. Так вот, эта девочка, Марго, по идее, должна была реинкарнировать в новое тело, но, видимо вследствие сильной психической травмы, не захотела снова жить. Она просто «уснула» в зоне порога, судя по твоим словам не меньше, чем на сотню лет, а потом, очнувшись, не поняла, что с ней произошло. Тут-то ей и подвернулась твоя незащищенная душа, вернее ее плотная оболочка. А старик – не знаю… может, его сексуальные страсти свихнули. Одно могу сказать наверняка: они слабые души, которым не было бы места в астрале, если бы ты их с собой не привел. А пожив в твоем теле, они стали как бы твоими родственниками. Да… скорее всего так, если только тебе не привиделось, что они шли за тобой к орлу. А если все же не шли, то они просто твоя выдумка: ангельские сущности, «дети» твоего сознания.
Рико смотрел на читающего лекции гостя и что-то про себя думал. Наконец решившись, он спросил:
– А ты сам… не из этих… «сожителей»?
Женька, как читал лекцию, с поднятым стаканом, так и замер с открытым ртом, потом фыркнул, еле удержавшись, чтобы не разбрызгать содержание стакана на собеседника:
– Ну, Рико, ты даешь!.. А ведь ты прав. Я даже не подумал, что могу предстать перед тобой в такой роли.
– Ты не обижайся…
– Я? Да меня, знаешь, как трудно обидеть? – отсмеявшись, ответил гость. – А ведь это дела не меняет. Если хочешь, можешь считать меня своим бывшим «сожителем».