Чтение онлайн

– А нагвали? – опять напомнил Женя.

– Нагваль это тот, кто пришел отсюда на Землю, чтобы провести в астрал хоть небольшую группу душ. У толтеков сложилась такая практика. Некоторые души пережившие слияние и обретшие божественную силу, решили помочь тем, кто еще на Земле выбираться в астрал. Но, поскольку прямое влияние отсюда на людей минимально, они инкарнировали в тела и, пользуясь своей божественной сущностью, вели за собой индейцев. Но, поскольку это божественные пары, то при инкарнации образуется два нагваля, которые должны не только настроить группу учеников, но и найти свою половину. Чтобы облегчить эти поиски, сложилась цепочка: пара нагвалей, мужчина и женщина, собирают и воспитывают свою группу, которую они поведут мимо орла в астрал, но одновременно, они ищут следующую пару инкарнировавших нагвалей, чтобы передать им свой земной опыт. Ведь при инкарнации вся астральная память стирается, и чтобы вновь обрести себя, нагвалю нужно проделать весь долгий и тяжелый путь становления.

– Значит, прежде всего, нагваль должен пожертвовать своей астральной личностью?

– Да, ведь реинкарнация стирает прежнее «я». Но, жертвуя собой, жертвуя своей любовью и теряя свою половину при инкарнации, нагваль приводит сюда большие группы индейцев, делая их счастливыми и обогащая астрал.

– А как же ты понял, что в твой сон несет предупреждение об опасности?

– Я и не понял, а стал догадываться только лет через полста, когда все больше душ стало пропадать. Я никому не говорил об этом сне, так как был сам не уверен. Но постепенно все стало вставать на свои места, кроме того, чьи это мысли и зачем это все надо? Это так и остается до сих пор догадкой. Но я не забывал последней картинки и постоянно искал на Земле подобную душу.

– Но во сне Костя был дряхлым стариком, а ты его нашел совсем еще молодым.

– Я его нашел еще раньше, чем ты думаешь, еще лет за десять до его экспедиции в Мексику, - в сумерках просматривалась мягкая и немного грустная улыбка главного нагваля толтеков. – Неужели ты считаешь, что я слонялся по изнанке и заглядывал каждому человеку в лицо?

– Нет, конечно… - смутился Женя.

– Я запомнил его душу, вернее ощущение его души, и просто иногда обнимал всю Землю своим вниманием. Правду сказать, я сильно удивился, когда нашел его в Москве. Но это было неважно. Важно было его вытащить ненадолго сюда для сообщения нужной информации. И когда он отправился в экспедицию, я понял, что наш шанс настал. Ведь здесь мы намного сильнее и можем внушить сильные галлюцинации.

– Да уж, и внушили! – крякнул Женя. – Этак его припечатали в Бонампаке, что чуть душу не вытряхнули.

– Не чуть, а вытряхнули, - укоризненно улыбнулся терпеливый бог. – А как ты думаешь, нам было с ним побеседовать? И так-то нелегкая задача представилась. Сначала мы их завели на площадку, затем заставили копаться в этих развалинах. Самое сложное было внушить им, что они ковырялись в подземном входе, а вместо этого скатить их с пирамиды в джунгли. Риск был огромный, но, как видишь, все получилось, и ты здесь. И потом, неужели ты думаешь, что мы неблагодарные существа? Чиракан подала великолепную идею, как ему помочь в жизни. Она привязала его мысли к себе с помощью амулета, который он потом нашел при раскопках, а это позволило ей всегда быть с ним на связи и отсюда помогать в критических ситуациях.

– Да, понимаю, иногда достаточно увидеть не тот свет на светофоре, чтобы полностью изменить свою судьбу.

– Ну никого с его дороги не пришлось убирать такими методами, но останавливать начальственную руку над подписанием волчьего билета, и внушать особые симпатии, пришлось…

– Ну что ж, все ясно. Вернее ясно, что ничего не ясно, но свою божественную начинку надо подзапрятать куда поглубже, как и страх перед орлом…

– Я не любопытен, но если можно, скажи, что все это значит? – вдруг спросил просящим тоном Кецалькоатль, наплевав на всю свою нагвальскую гордость.

– Я бы и рад. Но этого тебе не скажет никто, даже сам астрал. И именно поэтому никто не должен знать о твоем сне.

– Это мне и так ясно. Надеюсь, сейчас я поведал тайну тому, кому надо.

– За подтверждением обращайся к астралу, а я через несколько дней иду к вашему орлу в гости. Так что, твой сон пришелся в руку!

– Дай бог тебе сил и удачи справиться с этой ношей, - шепнул Змей, и они оказались снова у выхода из храма. На террасе Чиракан что-то весело выговаривала Константину, а тот, натурально разинув рот, слушал откровения богини.

– Костя, подбери челюсть, а то слюной зальешь все божественные апартаменты! – рассмеялся Женя, чтобы скрыть тоску, подступавшую к горлу. – Пора и честь знать! Не расстраивайтесь Чиракан, он со своей красавицей скоро к вам заявится. Увидите: его половина не хуже богинь.

– А почему она должна быть хуже? Тем более, если они придут в новом качестве, им легче будет сюда попасть.

– Конечно, но пожалейте Костика – он еще совсем юный житель астрала, ему надо отдохнуть в раю, а у нас еще неотложное дело в Службе Равновесия.

– Даже так! – Чиракан мгновенно посерьезнела. – Тогда не смею вам мешать и пожелаю удачи в делах. Уверена – плохими делами вы заниматься не будете. Змеик, ты проводишь наших друзей? – и увидев утвердительный кивок Кецалькоатля, вспорхнула со своего места. – Тогда до встречи у нас в Толлане!

– Надеюсь! – ответил Женька и спросил у Кецалькоатля. – Ты обещал нам сохранить время.

– Я могу вас даже забросить в ту временную точку, когда вы вошли в пирамиду небесного Теночтитлана. Только не пытайтесь тут же обратно войти сюда. Парадоксов нам еще не хватало!

– Неси нас, наш Пернатый Змей! – продекламировал Женька, и спустя мгновение все погасло: они зависли в открытом астрале.

– Ну все, прощайте, и удачи! – Кецалькоатль не удержался и обнял Женю, шепнув. – Я буду молиться астралу за тебя, – и тут же испарился, будто его и не было…

***

Женька соображал, сколько же времени могло пройти в астрале, но поняв что сбился со счета предложил Косте:

– Давай, взглянем на твое тело и как там Буль управляется, а потом уже и к эсерам!

– Каким эсерам?

– Службу Равновесия.

– А что это за служба такая?

– Это тебе белые да пушистые в раю расскажут! – ответил Женя и прыгнул вместе с любопытным приятелем на изнанку. Буль скучал у кровати с двумя почти бездыханными телами. При виде возникших в комнате гостей, он бодренько вскочил и, приставив руку к несуществующему козырьку, весело отрапортовал:

– Все вверенные тела находятся в полном порядке!

– Лучше скажи, который час и сколько мы уже болтаемся по астралу?

– Полтора часа, так что все в порядке. Вы уже закончили и или еще что осталось?

– Осталось провести некоторую вивисекцию душ и свеженький старикан будет к вашим услугам! – нарочито бодренько ответил Женя, но Буль не подхватил веселья и спросил:

– Что, все-таки идешь? Ладно, ладно, вопросов нет. Я что, не понимаю. Идите уж, за полчаса справитесь. Как раз этому старому телу – а то еще загнется до срока.

Костя, так ничего и не сказав, вновь оказался в черноте астрала, влекомый своим проводником. Он пребывал в каком-то ступоре. Профессор просто не ожидал, что вид его немощного старческого тела произведет столь тягостное впечатление. И за это существование он цеплялся последние годы? Нет, не цеплялся, но и не прекращал его насильно. С другой стороны, что-то Женя говорил о суициде – убийство любого человека даже себя самого неминуемо отягощает душу. Да еще и настрой при этом явно неположительный.