Чтение онлайн

На торжественные мероприятия я не пошла, занятий не было, — но в коридоре все равно сталкивалась с другими студентами, большинство из которых питали ко мне сильные, но не теплые чувства. В их числе была Анжела Дягилева, с которой мы обменялись парой колкостей, с итоговым счетом не в мою пользу. Хотя сейчас меня это волновало значительно меньше, на фоне-то имеющихся проблем.

В туалете меня ждал неприятный сюрприз, видимо, последствия празднования первого сентября — кого-то из дам стошнило на пол. Увидев эту картину, я недовольно скривилась, комендант сурово посмотрела на меня.

— А за тобой я сколько раз убирала, не припомнишь? Вот теперь на своей шкуре испытай, это твоя работа. Краснеешь? Хорошо, видимо, совесть еще осталась…

Я действительно чувствовала, как кровь прилила к щекам, опустила голову и взялась за тряпку. Хоть резиновые перчатки выдают…. Хуже всего был отвратительный запах, я почувствовала, как перехватывает спазмом горло. Да меня саму сейчас стошнит! Я попыталась сделать глубокий вдох и закашлялась от еще более усилившихся неприятных ощущений.

— А ну-ка вставай, и открывай окно, — быстро среагировала Анна Львовна. — Отдышалась? Домывай. Старайся не дышать глубоко и часто, окно впредь сразу открывай.

Последовав ее совету, я домыла пол, затем отчистила сантехнику, протерла зеркала, выбросила мусор.

— Ну как, понравилось? — уничижительно спросила Анна Львовна. — Я вот так же за тобой мыла, а почти в бабушки тебе гожусь!

Я молчала. А что сказать? Раньше нагрубила бы, но теперь я себе этого уже не могла позволить: подведу целую толпу людей, которые за меня просили. Мы шли по коридору, комендант продолжала последовательно вспоминать мои прегрешения. В коридоре второго этажа нам встретилась Стеклова.

— Добрый вечер, — поздоровалась она, внимательно присматриваясь ко мне.

Анна Львовна тепло ее поприветствовала, я смущенно кивнула.

— Ксюша, как дела? — участливо спросила Наталья Федоровна.

— Пока так же.

— А как с работой, не тяжело?

— Нормально, спасибо.

— Да где там нормально, — вмешалась комендант. — Брезгливая она очень, оказывается. В туалете кого-то вырвало, так это ей убирать не хочется, а как сама мне все полы пьяная уделывала…

— Ксюшенька, дружочек, дай нам поговорить без тебя, — обратилась ко мне Стеклова, перебив крайне удивленную этим Анну Львовну.

— Наталья Федоровна, пожалуйста, не нужно…

— Ксюша, иди. Дай взрослым теткам поговорить.

Я покорно пошла дальше по коридору.

— Анна Львовна, очень вас прошу, не терзайте девочку. Хватит уже ее носом тыкать в прошлые проступки.

— Наталья Федоровна, я не понимаю, — неодобрительно сказала комендант. — Почему вдруг к ней такое снисхождение?

— Потому что у нее уже месяц как тетя и сестра в коме после автокатастрофы. Она содержит их, себя и еще трех сестер.

— Да вы что?! — ахнула Анна Львовна.

Я, наконец, удалилась на достаточное расстояние, чтобы не слышать их голоса. Дошла до технической подсобки, сложила на место свой рабочий инвентарь, помыла руки и ополоснула лицо. Зря Наталья Федоровна так, я могла бы потерпеть. Но меня никто не слушает, они все поступают, как считают нужным. Ладно, сейчас дождусь коменданта, можно будет идти домой. Завтра утром опять сюда, а еще начинается учебный год.

И всего две недели до нового дежурства, на которое по-прежнему остаемся мы вчетвером… Когда уже эти незнакомые мне наставницы что-то решат? Вот что мне делать с дежурством? Опять три дня брать на себя, а потом сутки отсыпаться? А с работой как, прикинуться больной?.. Хорошо хоть два дня из трех выпадают на субботу и воскресенье, они у меня везде выходные. Кроме занятий в субботу, но там не страшно разок пропустить.

И всего через три дня после дежурства — защита курсовой работы. Да, наконец дописанной, во что пока самой слабо верилось. Но за какую-то неделю Некруев и Топотова на пару сумели помочь мне довести оформление результатов до ума, сами-то результаты были уже давно. Беда только в том, что защищать свою работу я все так же не готова. А еще экзамены в начале следующей недели, у меня еще нет допусков… и сколько еще этих «еще»…

В комнату вошла Анна Львовна, посмотрела на меня.

— Все убрала? — спросила она.

— Да.

— Иди домой, отдыхай.

Я натянула свитер и пошла в направлении дома. По дороге зашла в магазин, закупила продукты — моя очередь дежурить по кухне. Уборка сегодня была на совести Танремии, но в раковине была гора немытой посуды, а ноги прилипали к полу. Самой Танре дома не было, она вообще постоянно без предупреждения куда-то исчезала допоздна, игнорируя дела. Я скрипела зубами, но лишний раз замечаний старалась не делать, боясь довести дело до скандала. Надо же, я — и боюсь довести дело до скандала! Как все поменялось…. Забросив овощи в воду и включив газ, я перемыла посуду, наскоро протерла полы. В кухню вошла Каттеремия, поздоровалась.

— Какие новости? — спросила я, потому что сегодня была ее очередь посещения больницы.

— Евстигнеев сказал, что Джури в субботу начнут выводить из комы. Наставница вроде все так же, но мне показалось, что-то немного изменилось…. Я не знаю, Ксюар, не посмотришь сама, как старшая?

— Хорошо. Кать, пригляди за едой. Прямо сейчас и посмотрю.

Приняв истинный облик, я невидимая перенеслась в палату к Джуремии и наставнице: показаться сейчас не могла, здесь были камеры видеонаблюдения. Под одной из них беззаботно спала на свободной кровати нанятая мною сиделка. Отлично, именно за это я ей и плачу! Сама я ухаживать за больными не могла из-за работы, Луз по аналогичной причине. Танре отказалась наотрез тратить свободное время, всячески показывая, что это не ее проблемы. Впрочем, я знала, что на самом деле она часто здесь бывает, когда никого из нас нет. Делать сиделкой самоотверженную Катьку у меня не поднялась рука, остановились на наемном персонале.

Я осмотрела Джури и наставницу. Каттер была права, что направила меня сюда, возможности старшей больше. Жаль, изменения были не к лучшему…. Случилось то, о чем меня предупреждала Элиремия: кома наставницы начала влиять на общий жизненный баланс, хотя пока не критично. Каттеремия должно быть почувствовала именно это, просто не поняла детали. Вернувшись на нашу кухню, я приняла нормальный вид.

— Ты что-то выяснила? — с надеждой смотрела на меня Каттер.

— Нет, тебе показалось, — солгала я. — Что с овощами?

— Вроде, приготовились, — расстроено сказала она.

— Хорошо, где остальные?

— Лузза в комнате, а Танре… не знаю.

— Зови Луз, я звоню Танремии.

Я достала телефон.

— Да? — недовольно ответила Танре.

— Быстро домой.

— Я не могу, я сейчас в…

— Мне безразлично, где ты. Ты сейчас должна быть дома. Находи подходящее место и немедленно сюда, — не дожидаясь ответа, я положила трубку.

В кухню вернулась Каттер, вместе с ней шла Лузза. Через минуту появилась и разъяренная Танре.