Тшай планета приключений.
Шрифт:
Вудивер капризно сморщился, изобразив маску понимания и досады: «Именно неопределенность вызывает мои опасения! Если бы я знал, чего ожидать...»
«Того, кто мне поможет, — сказал Рейт, — и всякого, кто пожелает меня сопровождать, ожидает несметное богатство».
Вудивер поджал губы: «Что же получается — я должен участвовать в пиратском набеге, чтобы получить долю награбленного?»
«Я заплачу разумную сумму еще перед отлетом. Вы получите больше, если согласитесь участвовать в экспедиции, — при мысли о такой перспективе глаза Рейта невольно поднялись к потолку, — или после нашего возвращения».
«Насколько больше?»
«Не хочу говорить. Вы меня станете подозревать в безответственности. Заверяю вас, вы не будете разочарованы».
Из угла, где сидел Артило, послышалось скептическое бурчание. Вудивер проигнорировал его и произнес с достоинством добродетельного монарха: «Будучи человеком практичным, я не могу исходить из гипотетических предположений. Потребуется задаток в размере десяти тысяч цехинов, — толстяк раздул щеки и покосился на Рейта. — По получении этой суммы я смогу незамедлительно оказать влияние, необходимое для начала реализации вашего плана».
«Все это прекрасно, — сказал Рейт. — Допустим, однако, исключительно в качестве логического аргумента, не имеющего отношения к действительности, что вы не человек чести, а отъявленный негодяй, мошенник и плут. В таком случае вы могли бы присвоить задаток, а потом заявить, что выполнение проекта невозможно по той или иной причине — и у меня не будет никакого способа вернуть свои деньги. Поэтому я могу вам платить только за фактически выполненную работу».
На какую-то долю секунды лицо Вудивера исказилось гримасой нескрываемого раздражения, но голос оставался ровным и безучастным: «Тогда заплатите за аренду склада — то есть сборочного ангара. Он очень удобно расположен недалеко от космической верфи, не привлекает лишнего внимания и оборудован всем необходимым. Кроме того, я могу получить и доставить в ангар списанный корабельный корпус — сообщив на заводе, что он мне пригодится в качестве бункера для сыпучих материалов. Арендная плата чисто номинальная — десять тысяч цехинов в год — и вносится вперед».
Рейт кивнул с пониманием: «Интересное предложение. Учитывая, однако, что помещение нам понадобится лишь на несколько месяцев, зачем же причинять вам неудобство? Мы сможем арендовать ангар дешевле в другом, еще более подходящем месте».
Глаза Вудивера сощурились, складки кожи вокруг рта задрожали: «Давайте говорить откровенно. Наши интересы совпадают постольку, поскольку я извлекаю доход, занимаясь вашими делами. Мои услуги обходятся недешево. Либо я получаю задаток, либо мы расстаемся».
«Хорошо, — сказал Рейт. — Мы воспользуемся вашим складом, и я заплачу тысячу цехинов за три месяца вперед в тот день, когда будет доставлен подходящий корпус и бригада начнет работать».
«Гм. Это можно устроить хоть завтра».
«Тем лучше!»
«Мне нужны средства на приобретение корпуса. Металлолом тоже стоит денег. За перевозку придется платить».
«Не возражаю. Вот тысяча цехинов», — Рейт отсчитал деньги и положил их на стол. Вудивер хлопнул себя по бедру огромной мясистой ладонью: «Мало! Недостаточно! Гроши!»
Рейт резко произнес: «Очевидно, вы мне не доверяете. Это не располагает меня к ответному доверию. Вы рискуете только парой часов своего времени, тогда как я рискую тысячей цехинов».
Вудивер повернулся к Артило: «Что бы ты сделал на моем месте?»
«Не стал бы связываться».
Повернувшись обратно к Рейту, Вудивер развел руками: «Вот видите!»
Не теряя времени, Рейт забрал со стола тысячу цехинов: «Всего хорошего. Был рад с вами познакомиться».
Вудивер и Артило даже не пошевелились.
Трое друзей вернулись в отель на общественном пассажирском автофургоне.
На следующий день в гостиницу «Древнее царство» явился Артило: «Айла Вудивер вас ждет».
«Зачем?»
«Корпус доставлен в старый склад. Бригада разбирает и чистит секции. Айла хочет денег. Зачем еще?»
13
Вудивер достал корпус подходящих размеров в хорошем состоянии — металл нигде не проржавел. Иллюминаторы помутнели, кое-где даже покрылись пятнами и разводами, но были плотно посажены и герметизированы.
Пока Рейт инспектировал корпус, Вудивер стоял в стороне с выражением надменного всепрощения. По-видимому, каждый день он наряжался в новую и все более экстравагантную одежду — сегодня на нем был черный с желтым костюм, а голову украшала черная шляпа с алым плюмажем. Накидка на плечах удерживалась овальной застежкой из черненого серебра, разделенной поперек на две половины: с одной стороны выступала стилизованная голова дирдира, с другой — человеческая голова. Заметив, что Рейт обратил внимание на застежку, Вудивер глубокомысленно кивнул: «Моя комплекция, конечно, не позволяет это подозревать, но мой отец — из безупречных».
«Неужели! А ваша матушка?»
Рот Вудивера слегка покривился: «Аристократка с севера».
Артило, стоявший у входа, прокомментировал: «Кабацкая девка в Танге, болотного племени».
Вудивер вздохнул: «В обществе Артило романтические иллюзии испаряются. В любом случае, если бы мой отец случайно не ошибся чревом, теперь перед вами находился бы Айла Вудивер, дирдирмен фиолетового ранга из касты безупречных, а не Айла Вудивер, поставщик песка и гравия, благородно покровительствующий безнадежным начинаниям».
«Невероятно, — проворчал Аначо. — В сущности, невозможно. Среди тысячи безупречных не найдется одного, кому пришло бы в голову оставить в наследство примитивный знак отличия!»
Лицо Вудивера приобрело непривычный пурпурный оттенок. Молниеносно развернувшись, он выставил в сторону дирдирмена толстый указательный палец: «Кто смеет говорить о вероятности и возможности? Изменник Анхе-ат-афрам-Аначо! Кто дерзнул надеть голубые и розовые ленты, не пройдя пытки преображения? Кто исчез одновременно с его совершенством, Азарвимом-иссит-Дардо? Почему его совершенства больше никто никогда не видел? Где твоя честь, гордый Анхе-ат-афрам?»
«Я больше не считаю себя дирдирменом, — нарочито спокойно сказал Аначо. — Меня совершенно не привлекает перспектива носить голубые и розовые ленты или даже знаки отличия моих предков».
«В таком случае будьте добры не насмехаться над судьбой того, кому несправедливо закрыта дорога в касту равных по происхождению!»
Аначо отвернулся, пылая гневом, но явно предпочитая проявить осторожность и придержать язык. Оказывается, Айла Вудивер не считал ворон. Рейт хотел бы знать, как далеко зашли его изыскания.